Чтение онлайн

— Ты такая красивая. Такая раскрепощенная, забывшая обо всем, — Лайла судорожно кивает, уткнувшись лбом в мой лоб и вслушиваясь в шепот: — Каково сознавать, что мимо может пройти кто угодно? Что любой случайный прохожий может увидеть, как я трахаю тебя пальцами? — она судорожно ловит ртом воздух, веки подрагивают, и Лайла распахивает глаза, встречаясь со мной взглядом. — Только взгляни, насколько же тебя это возбуждает.

Я ведь не лукавил: Лайла не перестает исходить влагой. Пальцы совсем мокрые, и по тому, как судорожно сжимаются ее мышцы, я понимаю: кульминация близко.

— Вот так, малышка, двигайся навстречу руке. Покажи, насколько же сладостно это ощущение.

С ее губ срывается глубокий стон, а великолепные глаза снова крепко зажмуриваются.

Скользнув свободной рукой по ее шее и запустив пальцы в волосы на затылке, я мягко сжимаю их, притягивая Лайлу к себе, и шепчу:

— Вот так, Лайла. Двигайся в такт руке, кончай на пальцы, малышка, и стони мое имя.

Она стонет мне в губы, сжав рубашку в кулаке и притягивая ближе, пока бедра неукротимо подаются навстречу руке, но я отчетливо чувствую: ей не хватает самой малости, легкого толчка, чтобы сорваться с обрыва.

— Тихо, солнышко, помалкивай, а то еще кто-нибудь завернет за угол проверить, что тут происходит, — шепчу я, подавшись вперед и проведя языком по ее нижней губе; голос звучит хрипло, а мышцы на бедрах напряжены в отчаянной попытке не кончить в штаны. — Не хотелось бы, чтобы какой-нибудь незнакомец возбудился, глядя, как ты кончаешь мне на руку.

Лайла запрокидывает голову, в немом крике обнажая шею, пока лоно содрогается в оргазме. В этот миг она крепко прижимает меня к себе; протяжный, громкий стон вызывает самодовольную ухмылку. Опустив голову, я покрываю ее шею частыми поцелуями, со сладострастием ловя каждую дрожь тела.

— Умница, малышка, — бормочу я. — Невозможно отвести взгляд от твоего лица, искаженного наслаждением.

Вашу мать, истинное чудо, что я не кончил. Стоило Лайле хотя бы случайно коснуться члена – и сдерживаться я бы уже не смог.

Издаваемые ею секунду назад звуки вечно будут прокручиваться в голове, особенно когда вернусь домой и сожму ладонь на своем члене.

Грудь Лайлы тяжело вздымается, пока она медленно возвращается на грешную землю. Стоит выскользнуть пальцем из ее киски, как девушка устремляет на меня затуманенный взор, и я испытываю колоссальное удовлетворение, видя, как округляются ее глаза, когда подношу пальцы к губам и обсасываю их.

Вдоль спины пробегает дрожь, вынуждая отвести взгляд и поправить джинсы.

Я в шаге от того, чтобы кончить.

Особенно теперь, ощутив ее вкус.

Вашу мать, я попробовал на вкус саму Лайлу Карсон.

Господи боже, сейчас точно кончу.

Зажмурившись, я лихорадочно перебираю в уме все что угодно, лишь бы сдержать оргазм и не опозориться: чертов бейсбол, кулинарные передачи, маффины, зебру.

Но сдерживаться тяжело, чертовски тяжело, ведь передо мной Лайла.

Моя Лайла.

Та самая Лайла, о которой грезил без малого два года, которая, казалось, даже не посмотрит в мою сторону, – и глядите-ка, где я оказался. Сижу на диване в книжном магазине и изо всех сил пытаюсь не кончить.

— Киран?

— Секунду.

Глубоко вдохнув, я открываю глаза. Лайла вовсю улыбается, разглядывая более чем отчетливый бугор на моих джинсах.

— И ты еще упрямо твердишь, будто ничем не отличаешься от остальных.

От этих слов Лайла резко поднимает глаза.

— А разве нет?

— Нет.

Подавшись вперед, я запечатлеваю на ее лбу невесомый поцелуй, потому что... да черт его знает зачем.

— Ну как?

Разглаживая ладонями платье, Лайла заливается смехом.

— Спрашиваешь еще? Господи, Киран, да я... я просто... — она вздыхает и откидывается назад, даже не замечая, как уютно прижимается к моему боку. — Слово «потрясающе» тут даже близко не стоит.

— Оправдало фантазии?

— Лучше любой фантазии, какую я только способна вообразить, — едва слышно шепчет она.

— Отлично, ведь у меня припасено еще много всего интересного.

Радужный мыльный пузырь, в котором только что блаженствовал, с треском лопается, стоит Лайле поднять голову, заглянуть мне в глаза и прошептать:

— Нам нужно обсудить правила.

Правила.

Точно, сделка. Никаких «мы» и в помине не существует.

Подавив внутренний протест от очередного напоминания, что свидание ненастоящее, я натягиваю улыбку.

— Внимательно слушаю.

— Пожалуй, стоит оставить все происходящее между нами.

Я хмурюсь.

— Ты не рассказала Белле? — если она скрывает происходящее даже от лучшей подруги, неужели попросту стыдно признаться, что крутит со мной отдаленно напоминающее роман? Слова самовольно срываются с языка. — Я для тебя кто? Постыдный секрет?

Лайла порывисто выпрямляется и садится ко мне лицом, прижав мягкую, изящную ладошку к груди – как раз туда, где бьется сердце, которое уже вполне можно считать ее собственностью.

— Господи, да нет же, Киран! — горячо уверяет она. Ладони перемещаются на щеки, заставляя меня смотреть ей прямо в глаза. — Клянусь, дело совсем в другом. Я ни капли тебя не стыжусь. Просто неловко, что мне без пяти минут двадцать шесть, а я вынуждена просить друга обучить элементарным вещам.

— Вот как.

По-хорошему, надо бы добавить что-то еще, но нужные слова никак не подбираются. Сердце по-прежнему колотится как сумасшедшее, отзываясь глухой болью на мысль, что придется скрываться. Впрочем, чему тут удивляться, раз уж по-настоящему встречаться со мной Лайла не желает.

Подавив подступившую к горлу горькую обиду от очередного напоминания, я трясу головой, силясь прогнать мрачные мысли.

— Можно я хотя бы Грейсону расскажу? Без подробностей, само собой, но не люблю ему врать. Он мне как семья.

Лайла нежно водит большими пальцами по моим щекам туда-сюда, и убаюкивающие ласки заставляют напряженные плечи расслабиться.

— Конечно можно. И раз уж на то пошло, Белле я уже все разболтала. Прости, нужно было сперва спросить разрешения.

От ее признания сердце наконец забивается веселее. Выходит, никакой я не постыдный секрет.

— Все нормально. Она мне тоже как сестра.

Улыбнувшись моим словам, Лайла убирает ладони от лица, отчего пальцы вдоль туловища непроизвольно вздрагивают, отчаянно прося вернуть прикосновения.