Чтение онлайн

— Гляди! — Вэй пихнул меня в бок, указывая на большую каменную жаровню в центре поляны.

Старшие ученицы и мастера совершали церемонию подношения духам предков. Вознося молитвы, они бросали в огонь таблички с пожеланиями и символические бумажные подношения. Пламя пожирало их, унося пепел ввысь, а дым, пахнущий сандалом и полынью, смешивался с праздничной суетой.

Поколебавшись, я тоже кинул в огонь имя моей матери.

Когда последние лучи солнца угасли, народ собрался на площади у Дворца. Глава Мэйсюань подняла вверх руку с курившейся трубкой, и по ее сигналу заклинательницы одновременно подожгли свечи в десятках больших бумажных фонарях.

— Они отдают свои печали и желания ветру, надеясь, что тот донесет их до Нефритового владыки, — прошептала прильнувшая ко мне Ся Мэй.

Подобные гигантским светящимся цветкам лотоса, фонарики один за другим медленно поднимались в небо, в головокружительную звездную высь, унося с собой надежды и мечты. В этот момент даже непрестанно болтавший Вэй затих, наблюдая за волшебным зрелищем.

С ближайшего холма грянули залпы фейерверков. Огненные пионы, хризантемы и ивы распускались в ночном небе, окрашивая его в ослепительные цвета. Грохот мешался с радостными возгласами толпы. Вспышки света озаряли лица друзей: восторженное — Яньлинь, задумчивое — Вэя, счастливое — Ся Мэй.

Праздник Дунчжи всегда был актом сопротивления зимней тьме, коллективным заклинанием света, тепла и надежды, обещанием того, что даже после самой долгой ночи обязательно взойдет солнце. Но почему-то в Доме Цветка я ощутил это особенно четко.

После пышной церемонии люди снова разделились на группки и потянулись кто куда. Праздник был в самом разгаре и развлечений хватало: ярмарка, танцы, накрытые в шатрах столы, ломящиеся от вкусностей.

Вэй с Яньлинь ненадолго отлучились, оставив нас с Ся Мэй вдвоем. Цветок, достала из кармана небольшую коробочку и протянула мне.

— Я купила его у пришлых торговцев, — пояснила она. — Почему-то подумала, что он тебе понравится.

Я открыл подарок и обнаружил внутри металлический диск размером с ладонь. На нем в несколько рядов по кругу были выгравированы иероглифы. За прозрачным стеклом колыхнулась серебристая стрелка.

— Компас фохата! — с радостным удивлением произнес я.

— Пускай он всегда указывает тебе верный путь! — улыбнулась Ся Мэй, привстала на цыпочки и чмокнула меня в щеку.

— Неожиданно, — буркнул я, скрывая смущение: сам-то я даже не подумал о подарке. — Спасибо.

Система иероглифов оказалась неожиданно сложной, и я перевернул компас, надеясь обнаружить подсказку, да так и застыл, будто за шиворот кинули снега. На светлой поверхности чернел символ солнца — точь-в-точь такой же, как на застежке игрушечного тигра и в пещере вырожденцев.

— Где, говоришь, ты его взяла? — хрипло проговорил я.

— У дядюшки Шангу, торговца каравана, который прибыл вчера. А что? Тебе не нравится?

— Караван еще здесь?

— Да, — растерянно отозвалась Ся Мэй. — Я видела их палатки на ярмарке.

Я взял ее за руку и потянул к выходу с площади.

— Пойдем, покажешь дорогу.

— Что случилось? — обеспокоенно спросила цветок, едва поспевая за мной.

Я в двух словах объяснил ей, что меня так взволновало.

— Черное солнце? — удивилась Ся Мэй. — Думаешь, оно как-то связано с твоим отцом?

— Возможно. Далеко еще?

Ся Мэй покрутилась, высматривая палатку торговца.

— Вон она! — указала на неприметную серую палатку.

Я бросился туда, прокладывая себе дорогу в толпе. Порой не слишком любезно, но сейчас это волновало меня меньше всего.

За прилавком стоял сухопарый мужчина лет пятидесяти в потертой овечьей шубе и меховой шапке. Крупный крючковатый нос придавал ему сходство с грифом. Загорелое до бронзы лицо было испещрено морщинами, словно каждая пройденная дорога оставила на нем свой след. Глубоко посаженные глаза смотрели проницательно, с лукавым прищуром.

— Госпожа Ся Мэй! — заулыбался он и поклонился. — Молодой господин! Прошу, проходите, у меня еще много разных диковинок.

Я вытащил компас и показал торговцу.

— Скажите, уважаемый, где вы взяли этот компас?

Вопрос застиг торговца врасплох, но по взгляду было видно, что он признал вещь.

— В Доме Бамбука выкупил у одного пройдохи, — наконец ответил он. — В прошлом месяце. Вещь мне показалась стоящей, а он за нее сущие медяки просил.

— Что за пройдоха?

— Служка одного из тамошних мастеров. Кажется, его зовут Ли Фу… или Линь Ву… А что такое, молодой господин? Компас неисправен? Получается, надул меня этот поганец?!

— Не знаю. Не проверял еще.

В голове лихорадочно вертелись мысли, мешая одна другой. Демоны Диюй! Я не мог упустить такой шанс узнать что-то о Черном солнце и прояснить судьбу отца.

— Хорошо бы съездить в Дом Бамбука и расспросить этого служку.

Похоже, последнее я произнес вслух, потому что торговец задумчиво посмотрел на меня и осторожно предложил:

— Прошу прощения, молодой господин. Через пару дней мой караван отправится в обратный путь. И мы как раз будем проезжать Дом Бамбука. Для меня будет честью, если вы согласитесь отправиться с нами.

— Ты серьезно? — возмутилась Ся Мэй. — Бросишь меня и попрешься зимой в Дом Бамбука?

— Дом Бамбука? — удивленно переспросил Вэй, придерживая полог, чтобы Яньлинь было удобнее пройти. — Мы услышали ваши голоса и решили заглянуть. Так причем здесь Дом Бамбука?

Когда я объяснил, в чем дело, к возмущению Ся Мэй присоединилась Яньлинь. Поделив нас с белобрысым между собой, девочки неожиданно сдружились и все чаще пели в унисон.

— А как же приказ главы Фухуа? Нас отправили в Дом Цветка, и…

— И не приказывали сидеть тут безвылазно, — неожиданно поддержал меня Вэй. — Если удастся подружиться с Домом Бамбука, мы привезем новые техники и новые знания. А эксперименты с новым оттенком приблизят нас к пониманию природы фохата. Если же у нас ничего не выйдет, главе Фухуа вовсе необязательно об этом знать.

Словно отыгрываясь за спокойное путешествие до Дома Цветка, в этот раз дорога и Серые земли подкидывали одну неприятность за другой.