ЖАНРЫ

Птичка на тонкой ветке

Эльдемуров Феликс Петрович

Шрифт:

– Нет... нет... нет...
– пронеслось по головам.

– Хотите, хотите!
– не унимался Кротос и его глаза сияли удовлетворением - он верно выбрал направление.

– Нет! Не хотим! Не хотим!
– видя, что псоглавцы тому не препятствуют, закричали люди.

– Не пойму, к чему он клонит?
– спросил сэр Бертран.
– Он хочет натравить на нас толпу?

– Это вряд ли...
– ответил я.
– Для этого он слишком нас боится. Сейчас ему важно не столько унизить нас, сколько спрятать за словами свои ничтожество и трусость. Мы же ему необходимы. Не посмеет.

Молчал бледный Пикус, на плечо которого опиралась леди Исидора и что-то тихо-тихо, утешаючи, шептала на ухо молодому королю. Молчал и Тинч, белыми от напряжения пальцами сжимая посох Таргрека и, наверное, припоминая события десятилетней давности - исступлённые речи генерала Курады и воющие толпы на площадях Коугчара...

– Та-ак... Плохо, сограждане, плохо!
– прогуливаясь по трибуне как массовик-затейник перед группой отдыхающих, вещал тем временем Кротос.
– Мир? Унизительный мир, которого требуют от нас послы так называемых великих держав...
– сказал он, помавая рукой в нашу сторону, - вот что ждёт всех вас! Нам-то, тельхинам, что... Мы, которые храним и защищаем ваше существование, мы, которые только что принесли вам первую долгожданную победу, что же... мы готовы снова погрузиться на корабли и отправиться дальше по свету. Мы направимся в ту страну, где наши благородные устремления и наши заслуги оценят по достоинству... Вы этого хотите? Не слышу!

– Нет... Нет...

– Верите ли вы мне, избранному вами же вождю нации?

– Верим!

– Не слышу!

– Верим!!!

– Так вот, господа посланники, - и Кротос, подбоченясь, обернулся в нашу сторону.
– Ни-че-го у вас не выйдет! Да, сегодня - вы наши гости. Мы свято чтим незыблемые традиции гостеприимства в нашем народе! Но... будь я проклят, если вы сегодня же, в этот знаменательный день нашей победы над вашими полчищами, не подпишете с нами договора - на тех условиях, которые будут определены нашим, свободолюбивым и могучим народом!

– Не пойму, о чём он?
– волновался командор.
– И, в конце концов, что за победу он там одержал?! Что он, чёрт побери, имеет в виду? Он издевается над нами?

– Не обращай внимания. "Сяо-ляо"...

– Что?

Треплется...

– А потом...
– сверкая глазами, продолжал великий диктатор, - потом мы сами будем диктовать этим недоумкам, и будем ежечасно напоминать им, кто на самом деле хозяин в этом мире, ибо наша историческая задача - стать именно хозяевами этого мира, и взять на себя эту историческую ответственность - наша задача!.. А теперь я сызнова спрашиваю вас: согласны ли вы готовиться к новой победоносной войне, чей очистительный пламень сожжёт и очистит воздух от последнего из наших врагов? Вы готовы к великой войне?

– Готовы!!!

– Хотите вы гадкого, унизительного мира или хотите великой победоносной войны?

– Войны!

– Ещё раз!

– Войны! Войны! Войны!

– Вот видите?!
– снова крикнул Кротос в нашу сторону.
– Вы слышите глас нашего великого народа? Народа, который вам не сломить никакими испытаниями, а тем более - вашими угрозами, господа иноземцы!.. Вы согласны со мною?
– проревел он толпе.

– Согласны!!!

– Сегодня же, в честь великого праздника, я объявляю по всей стране выходной день! На улицах наших городов и сёл будут бесплатно раздавать еду и выпивку! Будем же вволю и есть, и пить, и славиться! Во дворцах зрелищ будут даны бесплатные представления с участием элитных звёзд сцены! Венцом же этого знаменательного дня станет не виданное ранее представление на главной Арене Стадиона! Восхвалим же всех богов, сыны Фенрира! Вы согласны со мной, восхвалим?

– Восхвалим! Восхвалим! Вос-хва-лим! Вос-хва-лим! Вос-хва-лим!..

– Ага. Точно, "Гистрио гистрио"!
– не удержался я.
– Ничего нового...

– А... я всё забываю спросить: что значит "гистрио"?

– По-латыни так именуется рыба-клоун.

– Ну, как я вас?
– поблескивая масляными глазками и потирая руки, говорил нам Кротос немного спустя.
– Так вам, так вам и надо. Вот он, вот он, мой народ! Вечерком подпишем соглашеньице, так ведь? А теперь я, как вполне дружелюбно настроенный хозяин, приглашаю вас на представленье. В Арене сегодня бои гладиаторов, это как раз по теме дня...

– Хотелось бы вначале пообедать. И отдохнуть с дороги, - возразил командор.

– Так там и пообедаете, и отдохнёте!
– воскликнул дружелюбный Кротос, внимательно оглядывая всю нашу компанию и почему-то, тёмным взором, особо выделяя Тинча - который так же внимательно изучал его.

– А скажите, - спросил Тинч, - Меня интересует, как потомственного каменщика, почему в вашем городе так много плохих домов?

– Как это "плохих"? Почему же сразу "плохих"? Они высоки, они вместительны...

– Они сложены из отвратительного, кое-как обожженного кирпича из самой низкосортной глины! Они же песком плачут! Кроме того, я заметил множество трещин на стенах! Кто же ставит дома на плывунах и подземных потоках?

– Зато какие у нас дворцы! А дом правительства!

– Мне глубоко плевать на все ваши дворцы и дома правительства, когда жилища людей построены так, что вот-вот обрушатся на головы хозяев. И ещё, почему дома эти вы строите так близко от своих дымящих фабрик? Такого даже у нас в Бугдене не увидишь!

– Как это "почему"??? Ведь это так удобно: вышел с работы - и вот, уже дома...

– Ага, конечно. Утром, как продрал глаза - и вот она, работа!.. За что только вас так любят эти люди?

– Хлеба и зрелищ, сыночек, хлеба и зрелищ!

– Интересно, а что произойдёт, если я сейчас, на глазах у всех, дам вам по шее...

– А что входит в программу представления?
– чтобы разрядить эту перепалку, полюбопытствовал я.

– Там увидите, вам понравится!
– улыбнулся Кротос.
– Скажу не тая, это наше любимое зрелище. Вначале гонки на колесницах, а на закуску - бои...

– Бои кого с кем?
– спросила Исидора.

– Увидите, принцесса, увидите! Я уверен, именно ВАМ это очень понравится!

2

РАССКАЗЫВАЕТ ТИНЧ ДАУРАДЕС:

Нет, видит Бог, не вмешайся Леонтий - я бы действительно попробовал на прочность шею этого мерзавца. Ну, да ладно...

Нас провели в большую ложу, которая, разумеется, именовалась "императорской". Посередине её, на особом возвышении, за особым столом, поместился сам Кротос с двумя телохранителями-тельхинами. По правую руку сели "омнийцы", по левую руку усадили нас...

К еде я почти не притронулся, хотя её было в избытке - столы ломились... Так, не удержался от луковки с солью и пожевал немного хлебушка, втайне надеясь по-настоящему угоститься попозже, из наших припасов.

Кротос толкнул очередную речугу про мир, войну и грядущее изобилие, отпил глоток вина, остальное содержимое бокала выплеснул на головы внизу сидящих, что они встретили дружными воплями восторга. Кто-то из них, я заметил, даже начал размазывать по лицу попавшие на него капли...

Поделиться с друзьями: