Чтение онлайн

Вот и славно.

— Тогда созвонимся ближе к вечеру?

— Ага. Хорошо. — Кивает он болванчиком. — Я пойду?

И не дожидаясь ответа, срывается к партам чуть ли не вприпрыжку.

— Да погоди ты! Номер запишешь?

И это самый светлый мозг универа, прости господи.

Убедившись, что Феликс вбил себе мой номер, убираю телефон в рюкзак и направляюсь к лестнице.

— До свидания, Ксюша, — бросает он мне вслед. — Я уже начинаю ждать!

Завидный энтузиазм, будто и уламывать не пришлось.

Последнюю пару отменяют. Я оставляю мотоцикл во дворе, решая, чем убить время. Надо с Соколовским поговорить, а я не могу. Вспоминаю, какой восторженный бред про тот вечер несла сгоряча, и мне перед ним даже в мыслях неловко. Вот уж не думала, что окажусь НАСТОЛЬКО неразборчивой…

Так противно от самой себя, кто б знал…

Когда я захожу в прихожую, отец уже вовсю уплетает ужин, запивая еду маминым фирменным чаем. Хоть бы она туда валерьяны добавить додумалась. Мне ещё к Феликсу отпрашиваться. Или теперь достаточно просто поставить папу в известность? Утром я усиленно «торопилась» на пары, но теперь разбора полётов не избежать.

— Ну что, колбаса ты моя деловая, как в клуб сходила? — с ехидцей идёт он в наступление. — Что-то ты рано вернулась. А зато как рвалась!..

— Макс! Мы же с тобой договорились… — прикрикивает мама из соседней комнаты.

Не знаю, о чём они договаривались, но отец с первого раза редко понимает. Вот и сейчас лишь понижает голос до шёпота, так, чтобы слышать могла только я.

— У меня появились причины для беспокойства?

— Как будто они у тебя когда-нибудь заканчиваются, — закатываю глаза, хватая с тарелки яблоко. — Особо рассказывать нечего. Мы с Костей полюбовались на клуб из машины и почти сразу отбыли домой.

Про то, как мы катались на Буране и довели до ручки Злобина, отцу, полагаю, лучше не знать. Иначе к причинам для беспокойства добавятся выговор и домашний арест.

— Хм… Пожалуй, мне этот парнишка начинает нравиться. Какие, говоришь, у вас отношения?

Я рискую подавиться яблоком, так тороплюсь перевести тему.

— Пап, я вечером уеду на часик-другой.

Беспроигрышный уход от разговора. Вальяжность с отцовской позы сдувает на раз. Взгляд тяжелеет, становится ястребиным, пальцы сцеплены, что есть сил.

— Куда?

Знать бы самой! От Феликса пока что ни строчки, ни весточки. Но смолчать не вариант, а ответить категорически нечего. Остаётся только шокировать. Снова.

— На свидание, — улыбаюсь невинно, прогоняя угрызения совести. Всё ведь действительно чинно. По-другому с таким заучкой попросту быть не может.

— Понятно. Шапку надень. Холодает.

И всё?!

Господи боже, девятнадцать лет прожила и даже не догадывалась, что так можно было!

Забегает Дарья, сообщить, что сломалась музыкальная шкатулка, и забирает отца устранять неполадки. Схватив со стола ещё одно яблоко, удаляюсь к себе. Думы мрачные думать.

Когда приходит сообщение от Феликса с координатами, я успеваю так себя накрутить, что на нервяке мне почти всё равно, как он воспримет мой стрёмный вопрос. К чему я оказываюсь неготовой, так это услышать у себя в прихожей голос Соколовского. Но и это ещё не апогей вечерней программы.

Кульминация наступает, когда он входит ко мне в комнату под папиным конвоем, чёрт побери, с букетом пионов!

— Прости, Мартышка, твоих «любимых» чёрных не нашёл… — Подмигивает он мне многозначительно. А потом приглядывается ко мне повнимательней и как-то нехорошо меняется в лице. — Не понял. Ты что, куда-то собралась?

Господи, да что ж я так робею-то? Как будто совершить что-то ужасное намереваюсь! Я, между прочим, в первую очередь совесть свою успокоить хочу. Чтобы один зарвавшийся мажор не бахвалился потом, что Кот после него меня подобрал. Феликс ладно, этот хоть безобидный. Посмеёмся и переживём как-нибудь.

Надо же было так глупо подставиться! Первый поцелуй, он ведь как первый раз — должен произойти по любви. А вышло глупо. Вышло лишь бы чтоб было. Это я только сейчас поняла, идиотка.

— Не понял… — траурным эхом повторяет папа. — А с кем тогда свидание-то, дочь?

Ой блин…

Надо сваливать. Срочно.

— А это так важно? Ты отпустил, шапка на мне! — заявляю, бочком протискиваясь в коридор. — Спасибо за цветы, Кость! Ваза на кухне. Всё, всем пока. Буду скоро!

Сажусь на мотоцикл, а руки дрожат. Некрасиво как вышло! Да что ж за непруха?! Ничего, Кот меня всегда понимал. Вот сейчас всё исправлю и сразу покаюсь!

Навигатор приводит меня к многоэтажке в спальном районе. Феликс уже стоит у парадной двери в белой рубашке и тонком костюме. Зубами стучит — за километр слышно!

— Привет! — бросаю и морщусь, пожимая ледяные пальцы. — Извини, что заставила ждать. Я буквально на пару слов и беги. Ты весь синий.

— К-ксень… — отстукивает он зубами. — П-пошли в дом. Ч-чай хоть п-попьём. Г-горячий.

— Спасибо за приглашение, но я откажусь, — отнекиваюсь, пытаясь мягко вырвать руку. Но куда там! Пальцы Феликса ко мне как примёрзли. — Я к парням на чай не захожу. Даже к таким приличным.

— Н-не в-важно. Н-нас уже ждут, — чеканит он спокойно и равнодушно.

Что значит — ждут?!

Не знаю, откуда в этом парнишке столько силы, но помешать ему взвалить меня на плечо я не могу ну никак! Комок ужаса подкатывает к горлу. Становится трудно дышать.

Что делать? Кому кричать? Сейчас сбегутся его подельники и вмиг мне рот заткнут! Страх усиливает сумбурные сомнения. Приходит понимание, что никто в ближайшее время не будет меня искать. Отец в это время укладывает Дарью и ставит телефоны на беззвучный режим. Если только Косте дам знать… Но эта попытка явно грешит излишним оптимизмом.

Последняя здравая мысль покидает голову. Приходит паника.

Так, спокойно, Ксюха. Времени в обрез. Делай и не думай.

Страх мешает сосредоточиться, но я успеваю разблокировать мобильный, скинуть Соколовскому координаты и даже написать «Помоги». Прочитано в ту же секунду. Слава богу! Из последних сил пытаюсь замедлить Феликса, но нам всего лишь на первый этаж.

Дверь открывает усатый мужик кавказской наружности и блестит в улыбке золотым зубом.

— Привэт дарагой! Заходи, чо так долго?