Раз, раз - гость сидит у нас (= Раз, два - пряжку застегни)
Шрифт:
– И никто не заходил в кабинет, пока вы там сидели?
– Дайте подумать... Нет, пожалуй, никто. Раньше я припоминаю какую то блондинку... Но на этот раз она в кабинет не заходила. О, подождите! Ну конечно, туда зашел второй дантист, тот, что говорил с ирландским акцентом.
– Что же он сказал? Или сделал?
– Да нет, просто спросил Морли о чем - то и вышел. Как мне показалось, Морли не особенно горел желанием разговаривать с ним. Ну, с минуту говорили, а то и меньше.
– Больше вы ничего не припоминаете? Абсолютно ничего?
– Нет, что касается его, то он был в полном порядке. Пуаро откинулся в кресле.
– Мне он тоже показался вполне нормальным.
Возникла долгая пауза, после которой Пуаро спросил:
– Извините, а вы не припоминаете одного молодого человека, который в то утро сидел вместе с вами в приемной врача?
– Так - так.., да, кажется, там сидел какой - то молодой человек. Непоседливый такой. Впрочем, я не очень хорошо его запомнил... А почему вы спрашиваете?
– Вы бы узнали его снова?
– Едва ли. Я толком и не смотрел на него.
– И он не пытался заговорить с вами?
– Нет.
– Блант заинтересованно посмотрел на Пуаро.
– Но почему вы об этом спрашиваете?
– Этого молодого человека зовут Говард Райкс. Пуаро ожидал увидеть какое - то изменение в лице Блант, но тот оставался невозмутимым.
– Мне надо бы знать это имя? Я встречался с ним?
– Не думаю. Это приятель вашей племянницы.
– А, один из друзей Джейн?
– Ее мать, насколько мне известно, не одобряет этой дружбы.
– Ну, это, наверное, не подействует на Джейн, - отсутствующим голосом проговорил Блант.
– А мне кажется, что мать Джейн Оливера считает эти отношения столь серьезными, что даже решила увезти дочь из Штатов, лишь бы отвязаться от этого парня.
– Ах, так вот о ком речь!..
– Похоже, вы что - то вспомнили?
– Да, конечно. Уверен, что он не вполне подходит в друзья Джейн. Кажется, он замешан в каких - то подрывных делах?..
– Со слов мисс Оливера я понял, что он тогда специально записался на прием к Морли. Причем с единственной целью - увидеть вас.
– Познакомиться со мной и очаровать собственной личностью?
– Пожалуй, не совсем так. Думаю, цель заключалась в том, чтобы увидеть вас и попытаться самому проникнуться к вам симпатией.
– Какая наглость!
Пуаро едва сдержал улыбку.
– Похоже, вы воплощаете в его глазах все пороки и изъяны человеческого рода, не так ли?
– Я действительно не одобряю этого молодого человека, - твердо заявил Блант.
– Болтает много, шляется где - то, вместо того, чтобы заниматься порядочным делом.
Пуаро ненадолго задумался.
– Извините меня, м-р Блант. Могу я задать вам один не вполне скромный вопрос личного порядка?
– Спрашивайте.
– Если вы умрете, каков будет характер вашего завещания?
Последовала серия вопросов о причине подобного интереса, на что прозвучали объяснения, что все это имеет отношение к делу.
– Но в конце концов люди, покушавшиеся на вас, могут и продолжить свои попытки, так ведь? И они отнюдь не обязательно окажутся сумасшедшими юнцами.
Блант уставился на собеседника.
– К чему вы клоните?
– Скажу проще. Я хочу знать, кто выгадает от вашей смерти?
Блант улыбнулся.
– В первую очередь больница Святого Эдварда, затем Раковый институт и Королевский институт для слепых.
– А, вот так...
– Кроме того, часть денег я оставлю своей племяннице по браку - мисс Джулии Оливера. Аналогичную сумму - ее дочери Джейн и, наконец, достаточно солидная доля отводится моей единственной кровной родственнице Элен Монтрессор, чье материальное положение отнюдь не блестяще. Но вы понимаете, м-р Пуаро, все это - сугубо между нами.
– Естественно.
– Надеюсь, вы не думаете, что одна из них замышляет меня убить - не без сарказма спросил Блант.
– Ничего я не думаю, м-р Блант.
Тот успокоился.
– Ну так как? Возьметесь за дело с этой мисс Сил?
– Чтобы найти ее? Да, возьмусь.
– Великолепно!
– воскликнул Блант.
***
Выходя из комнаты, Пуаро чуть не столкнулся с высокой женщиной, стоявшей за дверями.
– Прошу прощения, мадемуазель... Джейн Оливера слегка отпрянула в сторону.
– Хотите знать, что я о вас думаю, м-р Пуаро?
– Но позволь...
– Вы - шпион, - она не дала ему кончить. Было похоже, что вопрос этот был скорее риторическим и ответ у нее был давно готов.
– Да, вот вы кто! Маленький, шустрый шпионишка, который повсюду рыскает и только беспокоит порядочных людей!
– Уверяю вас...
– начал было Пуаро.
– Я знаю, куда вы метите. И зачем вам вся эта ложь - тоже знаю. Что же вы так прямо и не скажете? Зато я скажу вам - ни черта вы не дознаетесь! Да и до чего дознаваться - то? Кому вообще надо причинять ущерб хотя бы волоску с головы моего достопочтенного дядюшки? Он в полной безопасности! И всегда будет ею наслаждаться. Неуязвимый, добротный, процветающий - и весь набитый шелухой! Куда он денется, этот несчастный Джон Буль?! Без всякого воображения и способности смотреть в будущее.
Она на мгновение умолкла, а затем, сменив резкий, срывающийся тон на более низкий, добавила с ядом:
– Ненавижу любое упоминание о вас, проклятый мелкий буржуазный детектив!
Резко повернувшись, она скрылась в соседней комнате.
Пуаро стоял как вкопанный - глаза широко раскрыты, брови подняты, пальцы растерянно теребят кончики усов.
"Эпитет "буржуазный" будет в самый раз" - подумал он. Такой он и есть. Вот только презрительный тон, с которым мисс Оливера бросила ему этот "упрек", давал пищу для размышлений.
В задумчивом настроении он вернулся в гостиную.
М-с Оливера раскладывала пасьянс. Окинув вошедшего холодным взглядом, подобным тому, каким досужий наблюдатель смотрит на ползущего жука, она томно пробормотала:
– Пиковый валет на червовую даму... Пуаро ретировался.
– Увы!.. Кажется, никто меня здесь не любит, - единственное, что смог пробормотать он.
Через балконную дверь он вышел на веранду, а оттуда в сад. Стоял прекрасный вечер, наполненный пряными ароматами. Слегка взбодрившись, Пуаро двинулся вперед, ориентируясь по едва видимой тропинке. Он повернул за угол и - две неразборчивые тени метнулись в разные стороны.