Чтение онлайн

От взгляда Макса у меня на лбу выступили капли пота. Я практически видела, как он собирает детали головоломки: мой неожиданный визит, затянутый разговор, внезапный намек.

Потом у него в голове что-то щелкнуло, и он уставился в телефон – глаза забегали по экрану с бешеной скоростью.

В мои легкие снова хлынул воздух, когда он зарычал.

Получилось. По крайней мере, с телефоном.

Не говоря ни слова, Макс бросился к ноутбуку. Каждый отчаянный удар по клавиатуре звучал в тишине как выстрел.

Я медленно приблизилась к двери, не сводя с него взгляда. Его реакция расскажет, уничтожил ли Кристиан все копии или у него была спрятана еще одна.

Макс наконец поднял голову, и его лицо исказилось от ярости, а мои колени подкосились от облегчения.

Дамоклов меч, висевший надо мной столько лет, наконец исчез.

Я свободна.

– Что ты сделала? – прошипел он.

– Забрала то, что мне принадлежит. Контроль над собственным телом.

Тяжесть внутри меня исчезла, так внезапно и резко, что я бы оторвалась от земли, если бы не боялась разрушить этот хрупкий сон случайным движением. Тяжесть оставалась со мной так долго, что я даже не осознавала ее присутствия, пока она не пропала.

– А еще я хочу вернуть картину. Она не принадлежит ни тебе, ни твоим друзьям.

Макс двигался так быстро, что я не успела даже моргнуть, когда его рука стиснула мое запястье в сокрушительной хватке. От боли, пронзившей руку, у меня вырвался тихий крик.

– Чертова сука…

Он успел произнести только половину предложения – татуированные руки оторвали его от меня и отшвырнули в сторону, словно тряпичную куклу.

Кейдж.

Он каким-то образом проник в номер, а никто из нас даже не заметил.

– Убери руки от дамы, – прорычал Кейдж.

Макс изумленно зашипел, увидев высокого здоровяка.

– Кто ты, черт подери, такой?

Кейдж скрестил руки на груди. Отвечать он не стал.

– Картина, Макс.

Мое запястье по-прежнему пульсировало от его хватки, но я не стала обращать внимания.

– Где она?

Он сжал зубы от ярости, но ему хватило ума не проверять способность Кейджа к насилию.

– В шкафу, – выдавил он. – В портфеле.

Я глянула на Кейджа, и тот кивнул. Он присматривал за Максом, а я достала из шкафа портфель и расстегнула молнию. Картина скрывалась внутри – целая, невредимая и отвратительная, как всегда.

Слава богу.

– Это еще не конец, – процедил Макс, когда я подошла к двери. Внешне он держал ярость под контролем, но его глаза светились гневом и паникой. Скорее всего, его «друзья» не слишком обрадуются, что он упустил картину.

– Думаешь, ты решила все проблемы, просто избавившись от записи и вернув картину? Ты по-прежнему лгунья и шлюха. Со временем твой парень это поймет и вышвырнет тебя прочь, как все остальные. Как я планировал сделать, пока ты не ускользнула среди ночи, как трусиха.

Я замерла в дверях. Макс нажимал на все возможные кнопки. На некоторые мне было плевать; другие сдирали струпья с заживающих ран, провоцируя новое кровотечение.

На ладонях выступил пот при мысли, что Джош узнает о случившемся.

– Возможно, мне стоит ускорить процесс. Сообщить хорошему доктору, кто именно вломился в его дом. Уверен, он оценит правду.

Яд слов Макса проникал в мои вены. Послышалось низкое рычание Кейджа. Он сделал шаг к Максу, но я протянула руку и остановила его.

Это не его битва.

– Вообще-то, Макс, это конец. У тебя больше нет записи. Нет доказательств случившегося в Огайо. Если бы были, ты бы уже их использовал. И можешь попытаться рассказать Джошу, но он поверит не тебе, а мне. У тебя ничего нет.

Макс побледнел. Он сжал руки в кулаки, его грудь поднималась и опускалась от поверхностного дыхания.

Лишившись возможности шантажа, он казался маленьким. Слабым, как Волшебник страны Оз после того, как отдернули занавес.

В животе проросло странное, неожиданное семя сочувствия. Несмотря на все ужасные поступки, Макс спас меня, когда мама выгнала меня из дома. Конечно, он втянул меня в сомнительную жизнь, но без него я могла оказаться бездомной.

Я бы все равно отрезала ему яйца, будь у меня такая возможность, но он прав. Я ему должна. Не деньги или тело, а некое признание нашей общей истории, которое позволит с чистой совестью уйти навсегда.

– Мне жаль, что ты провел столько лет в тюрьме, – сказала я. – Семь лет – немалый срок, и я понимаю, почему ты злишься. Но это твой шанс начать все сначала. Не погружайся в старую жизнь. – Я тяжело сглотнула. – Легко увязнуть в прежних привычках и обидах, но ты никогда не станешь счастливым, если будешь гоняться за тем, чего больше не существует. Пришло время проститься с прошлым. Как я.

Я вышла, оставив покрасневшего и одинокого Макса в номере.

В голове бурлили тысячи мыслей, пока мы с Кейджем спускались на лифте в вестибюль.

Пришло время проститься с прошлым. Как я.

Вот только я этого не сделала – не совсем.

Я планировала подбросить украденное обратно в дом Джоша, предоставив ему разбираться в мотивах грабителя. Но тогда ложь навсегда останется камнем на моем сердце. Даже если Джош так и не узнает, о случившемся буду знать я. Каждый раз, когда он будет меня целовать, каждый раз, когда будет мне улыбаться, я буду знать, что обманываю его, и это сожрет меня, а в конечном итоге и нас, заживо.

Как построить отношения на лжи?

Ответ: никак.

Двери лифта открылись. Я прошла по вестибюлю, едва замечая уродливый оранжевый ковер и потертые диваны.

Проститься с прошлым – не значит похоронить его под новым фундаментом, надеясь, что никто не найдет; это значит выставить уродство на свет и взять на себя ответственность.

Невозможно исцелиться от того, чего не признаешь.

Когда мы с Кейджем вышли из отеля, в голове появилась ясность.

Я знала, что делать.

Я должна сказать Джошу правду.

Глава 46

Джош

– У тебя подозрительно хорошее настроение. – Клара удивленно приподняла бровь, когда я вышел со смены. – Причина начинается на «Дж» и заканчивается на «улс»?

– Не могу ни подтвердить, ни опровергнуть, – сказал я, почти насвистывая.

Не считая кражи со взломом, у меня выдалась чертовски удачная неделя. Я попрощался с Майклом, мы с Алексом снова стали друзьями, и на работе все проходило относительно легко. Для отделения экстренной помощи это означало отсутствие смертей и происшествий с массовыми жертвами, хотя был ужасный случай с одним идиотом и паяльной лампой.