Разрушительная ненависть
Шрифт:
Во-первых, нужно было выяснить, что они украли.
Логика взяла верх, и я позвонил в 911, прежде чем приступить к быстрому поиску пропавших ценностей. Телевизор по-прежнему на месте, как и приставка, и баскетбольный мяч с автографом Майкла Джордана, который Ава подарила мне на двадцать третий день рождения.
Дом казался нетронутым. Я почти убедил себя, что у меня паранойя и я просто забыл запереть входную дверь… пока не зашел в свою комнату.
– Ублюдки.
Одежда выкинута из ящиков, все опрокинуто, а на стене, где когда-то висела картина, – пусто. Грабитель разгромил мою комнату.
Хейзелбург – один из самых безопасных городов в стране, поэтому я не удосужился установить систему безопасности. Какую вселенскую силу я прогневал, что случилось подобное дерьмо?
Гнев нахлынул ослепляющей волной, когда я снова осмотрел вещи. Удивительно, но ноутбук остался на месте, а вот картина, наличные на случай чрезвычайной ситуации, планшет и часы пропали. Ничего особенно ценного, но все же.
Когда я представлял, что кто-то зашел в мою комнату и рылся в вещах, сердце начинало биться быстрее.
Чтобы успокоить ярость, требовался крепкий напиток и хорошая долгая тренировка с боксерской грушей, но мне пришлось дождаться полиции.
Один из полицейских обыскал комнату на предмет улик, а другой взял у меня показания. Когда я перечислил пропавшие предметы, он нахмурился.
– Получается, грабитель украл четыре предмета на пару сотен долларов и оставил ноутбук? – Его слова были полны скептицизма.
Я не винил его. Я, черт подери, тоже не понимал.
– Может, что-то его напугало, и он ушел, не успев забрать.
Единственное объяснение, которое я смог придумать.
– Хм. – Офицер нахмурился еще сильнее. – Хорошо. Мы сделаем все возможное, чтобы найти преступника и вернуть вещи, но не хочу давать ложных надежд. Раскрываются только тринадцать процентов краж со взломом.
Я так и предполагал, но казалось, они махнули на дело рукой, даже не начав.
– Понимаю. – Я выдавил натянутую улыбку. – Я ценю любую помощь, офицер.
Вскоре полиция уехала без малейших зацепок, забрав с собой мою надежду вернуть вещи. Через неделю дело окажется в конце списка.
День становился все дерьмовее и дерьмовее.
Я пошел на кухню и открыл бутылку водки, пока набирал номер Джулс. Она ничем не могла помочь, но мне нужно было с кем-то поговорить, и она оказалась первой, кто пришел на ум.
– Привет, как жизнь?
Услышав ее голос, я немного расслабился.
– Кто-то забрался в мой чертов дом. – Я налил в стакан водки и выпил залпом. Холодный ожог погасил часть гнева. – Украли всякую дрянь. Полиция только ушла – они обещали заняться этим делом, но вероятно, ублюдок уже в другом штате.
Джулс ахнула:
– Господи.
– Ага. – Я поставил пустой стакан в раковину, включил громкую связь и вернулся в комнату. Теперь, когда полиция осмотрела место происшествия, нужно было навести порядок. – Тебе повезло: они забрали картину, которую ты так ненавидела. – Я попытался поднять настроение. – Ты наняла кого-то, чтобы от нее избавиться, Рыжая? Потому что в таком случае достаточно было просто попросить. Я бы выбросил ее ради тебя.
– Забавно. – Ее смех показался мне натянутым – а может, дело просто в бессонной ночи. – Хочешь, я приеду?
– Не-а. – Я хотел, но у нее хватало дел и без моего дерьма. – Занимайся учебой. Я заскочу позже, когда тебе понадобится перерыв.
Моя смена начиналась только вечером.
– Отличный план. – Ее голос прозвучал немного странно. – Джош, я… Мне очень жаль.
– Все в порядке. То есть, конечно, отстой, но по большому счету могло быть и хуже. По крайней мере, я жив.
– Да, – тихо сказала Джулс. – У меня скоро начнется урок, но поговорим позже, да?
– Ага. Я л… – Я осекся. – До скорого, – неуклюже закончил я.
Я повесил трубку, сердце колотилось от паники.
Что за хрень?
Возможно, дело в алкоголе, но я почти произнес три слова, которых избегал говорить всю свою жизнь. Я никогда не думал, что скажу эти слова Джулс. Но в тот момент они казались настолько естественными, что почти вырвались неосознанно.
Они не стали результатом внезапного, ослепляющего озарения, как в кино. Не было ни многозначительного зрительного контакта после важного разговора, ни особого поцелуя в конце волшебного свидания.
Они стали кульминацией миллиона маленьких мгновений – того, как Джулс пыталась отвлечь меня разговорами о рыбьей пропаганде во время просмотра «В поисках Немо», ее тихого сочувствия, когда я рассказал о смерти пациентки, ее вкуса и того, как она идеально мне подходила. Была последним кусочком мозаики моей жизни.
Каким-то образом она превратилась из последнего человека, с которым мне хотелось быть рядом, в первую, к кому я обращался за утешением или когда просто нужно было поговорить.
Хотелось бы сказать, что я не знал, как так вышло, но я медленно, но верно шел к этому моменту с нашего первого поцелуя. А может, даже раньше, с Вермонта и нашего перемирия в клинике.
Я просто оказался слишком слеп, чтобы заметить, как в навигаторе изменился пункт назначения.
Десять минут назад мои мысли поглощало ограбление; теперь я про него практически забыл.
Мне предстояло решить куда более серьезную проблему.
Это строго физические отношения.
Не влюбляться.
Рыжая, да скорее ты сама в меня влюбишься.
Стук в груди усилился.
– Ох, черт.
Глава 44
Джулс
Завтрак встал поперек горла, и мне пришлось совершить значительное усилие, чтобы заставить его вернуться обратно, когда я закончила разговор с Джошем.
Я чувствовала себя фальшивее репродукции «Моны Лизы» в вестибюле захудалого мотеля.