Чтение онлайн

Ника выходит первой, замечает моё лицо, хмурится.

– Что-то случилось, да? – спрашивает прямо, как только садится в машину.

– Почему ты так решила? – пытаюсь улыбнуться, но выходит слабо.

– Ты никогда не забираешь нас так рано. И выглядишь... потерянной.

Моя мудрая, чуткая девочка. От неё ничего не скроешь. Но я не могу грузить её своими проблемами. Она ещё ребёнок, несмотря на всю свою проницательность.

– Просто тяжёлый день на работе, – отвечаю, стараясь звучать убедительно. – Папа приглашает нас в ресторан сегодня. В "Пикколо".

– Зачем? – в её голосе такой скепсис, что невольно улыбаюсь.

– Говорит, хочет провести время с семьёй.

– Ага, – она отворачивается к окну. – Как удобно.

Даниил выбегает из школы, бросается к машине с радостным криком.

– Мама! Ты так рано! А куда мы едем?

– Домой, солнышко. Нужно переодеться. Вечером идём в ресторан с папой.

– Ура! – восклицает он. – А папа обещал показать мне новую игру на телефоне! Там можно строить замки и сражаться с драконами!

Ника закатывает глаза, но молчит. Она не хочет разрушать радость брата, хотя явно видит манипуляцию.

Дома помогаю детям с уроками, потом мы готовимся к выходу. Я надеваю простое чёрное платье – строгое, но элегантное. Минимум макияжа, волосы собраны в аккуратный пучок. Выгляжу как серьёзная, ответственная мать семейства. Никакой нестабильности, никакой неадекватности.

В ресторане Павел уже ждёт за столиком. Одет с иголочки, улыбается так широко, словно это лучший день в его жизни. Кто бы мог подумать, что утром он подал иск, чтобы разрушить нашу семью.

– Мои любимые! – восклицает он, вставая нам навстречу. – Как я соскучился!

Даниил бросается ему в объятия, Ника сдержанно здоровается. Я киваю, сажусь напротив.

– Как прошёл день? – спрашивает Павел, когда мы делаем заказ. – Что нового в школе, чемпионы?

Даниил с энтузиазмом рассказывает о своём дне, о новой настольной игре, которую им показывали на перемене, о контрольной по математике. Ника отвечает односложно, внимательно наблюдая за отцом.

– А у тебя как дела, Лена? – поворачивается ко мне Павел, когда дети заканчивают рассказ. – Много работы?

– Как обычно, – отвечаю нейтрально. – А у тебя?

– Ох, сумасшедший день! – он закатывает глаза. – Сначала встреча с инвесторами, потом проблемы на объекте, потом пришлось ехать в офис... Еле выкроил время для нашего семейного ужина.

Выкроил время. Между подачей иска о разводе и встречей с любовницей. Как мило с его стороны.

Ужин проходит в странной атмосфере. Павел сияет, шутит, развлекает детей, словно примерный отец из рекламного ролика. Даниил в восторге, смеётся его шуткам, с гордостью смотрит на него. Ника держится отстранённо, но постепенно оттаивает – даже она не может долго сопротивляться этому шквалу внимания и обаяния.

Я сижу молча, поддерживаю разговор только когда ко мне напрямую обращаются. Наблюдаю за этим спектаклем и думаю – сколько раз за тринадцать лет брака мы вот так ужинали всей семьёй? Сколько раз Павел выкраивал время в своём расписании, чтобы поиграть с сыном или послушать, как дочь играет на виолончели?

Редко. Очень редко. А теперь он изображает идеального отца. Теперь, когда на кону его репутация и его контроль.

После ужина Павел предлагает прогуляться до кафе-мороженого неподалёку. Дети в восторге, я соглашаюсь – знаю, что попытка отказаться будет использована против меня.

По дороге Павел идёт рядом со мной, дети впереди.

– Получила документы? – спрашивает он вполголоса, продолжая улыбаться, словно мы ведём светскую беседу.

– Да, – отвечаю так же тихо. – Впечатляет. Особенно психиатрическое заключение от врача, которого я никогда не видела.

Он даже не вздрагивает, не меняется в лице. Только улыбка становится чуть более напряжённой.

– Это правильное решение, Лена, – говорит он, словно не услышав моего обвинения в подлоге. – Для всех нас. Особенно для детей. Им нужна стабильность, нормальная жизнь.

– Нормальная жизнь, – повторяю я. – С отцом, который годами их не замечал, и его молодой любовницей в качестве новой мамы?

– Не передёргивай, – его голос становится жёстче. – Я всегда был хорошим отцом. И Вероника здесь ни при чём. Речь о тебе и твоей неспособности обеспечить детям нормальные условия.

– Неспособности? – еле сдерживаю гнев. – Я растила их все эти годы практически одна, пока ты строил бизнес и развлекался на стороне.

– Видишь? – он кивает, словно я только что подтвердила его правоту. – Снова эти обвинения, эта паранойя. Ты нестабильна, Лена. Тебе нужна помощь.

Понимаю, что он провоцирует меня. Хочет, чтобы я сорвалась, закричала, устроила сцену прямо здесь, на улице, при детях. Это стало бы идеальным доказательством моей "неадекватности" для суда.

– Дети прекрасно живут со мной, – говорю спокойно. – И суд это увидит.

– Не будь так уверена, – его улыбка становится хищной. – У меня есть свидетели. Доказательства. Ресурсы. А что есть у тебя, кроме истерик и манипуляций?

Сжимаю кулаки, до боли впиваясь ногтями в ладони. Только бы не сорваться. Только бы не дать ему то, чего он добивается.

– У меня есть правда, – говорю тихо. – И я не боюсь битвы, Павел. Я врач. Каждый день я сражаюсь за жизни своих пациентов. И я буду сражаться за своих детей до последнего вздоха.

Мы подходим к кафе. Дети оборачиваются, ждут нас у входа. Ника смотрит внимательно, словно пытается прочитать по нашим лицам, о чём мы говорили.

– Прекрасный вечер, правда? – говорит Павел громко, обнимая меня за плечи в показательно-семейном жесте. – Как же хорошо проводить время всем вместе!

Не сбрасываю его руку, хотя каждая клеточка моего тела протестует против этого прикосновения. Не сейчас. Не здесь. Не при детях. Я буду играть в его игру, но по своим правилам.

В кафе Павел покупает детям огромные порции мороженого с сиропом и орехами. Они благодарят, восхищаются его щедростью. Я сижу рядом, ковыряю свою порцию, не чувствуя вкуса. В голове крутятся его слова: "У меня есть свидетели. Доказательства. Ресурсы."

Да, у него есть всё это. Деньги, связи, влияние. Готовность идти на подлог документов. Решимость использовать детей как оружие.

Но у меня тоже есть оружие. Моя правда. Моя решимость. Моя любовь к детям – не показная, не для галочки, а настоящая, ежедневная, проверенная годами. И у меня есть поддержка – Сергей Леонидович, Максим, моя мама, коллеги, которые знают меня как профессионала и как человека.