Чтение онлайн

— Убить меня собрался? — Стигга изумленно приподнял бровь. Было в этом движении что-то наигранное. — Ну давай, делай свое дело. Вон копье стоит у стенки. Возьми его и проткни мне сердце, я даже дергаться не буду. Видать, судьба у меня — умереть от руки тупицы.

Нортон рванулся к копью. Схватив его, он направился к орку. Тот стоял неподвижно, как и обещал. Не дернулся он и во время замаха, и даже тогда, когда острие копья остановилось в нескольких сантиметрах от его груди.

— Я знал, что ты не сможешь, — улыбнулся Стигга. Убийство Роло нельзя оправдать, но кару за его смерть можно отсрочить. За мою же смерть Олаф немедленно сдерет с тебя шкуру. А ты же еще планируешь пожить, верно?

— Зачем ты это говоришь? Зачем ты это делаешь!? — голос Нортона немного успокоился, хотя его по-прежнему трясло. Для него было унизительным метаться как загнанный зверь перед этим зеленокожим. В конце концов, это орк в клетке, а не наоборот!

— Мне нужно кое-что, Роло бы не дал мне этого, но ты дашь.

— Чего ты хочешь? Груши? В моем саду их не растет.

— В глотку затолкай себе свои груши! А мне дай ключи от моей клетки. Я не хочу познать унижение, когда кто-то смотрит мне в зубы перед покупкой. Не для того мой бог дал мне клыки. И не для того мне руки, способные сжимать копье! Я плохой воин, но при этом я всегда оставался орком! Даруй мне свободу!

— Ты, видимо, выжил из ума. Мне проще убить тебя.

— Убить меня нельзя, это я тебе уже объяснил. Сохранить мне жизнь, не даровав свободу, тоже невозможно. Иначе я… — Стигга замолчал, оскалившись самой хитрой своей улыбкой.

— Иначе что?

— Тупой орк, не получивший свободу, резко поумнеет. Пускай все узнают мой маленький секрет, но вместе с ним Олафу станет известно и о сегодняшней ночи, и о готовящемся заговоре, и о том, кто и как лапает его дорогую дочь. Я просто скажу ему правду такой, какая она есть, а потом буду смотреть из своей клетки на последствия. Но всего этого можно избежать, если отпереть этот чертов замок. На меня можно будет повесить убийство Роло. Ведь ты постоянно проведываешь своих псов, и не мог видеть, что происходило тут. Ведь этот дурак недавно получил из-за меня палкой по спине. Может, он решил открыть клетку и проучить меня?

— Упустить тебя — то же самое, что убить. Наказание — смерть.

— Так ведь упустил Роло. Ты приглядывал за псами и даже предположить не мог, что стоит тебя войти внутрь — и этот коварный орк нападет на тебя со спины.

— Ты, видимо, держишь меня за идиота, орк. Я никогда не выпущу тебя отсюда.

Рот Нортона говорил одно, но его глаза метались из стороны в сторону, словно у загнанного зверя, которого поймали в невидимую клетку. Стигга сразу понял, что дело осталось за малым и через считанные минуты он обретет долгожданную свободу.

***

Когда ключ несколько раз провернулся в замочной скважине и стальная дверца со скрипом отворилась, Стигга сделал глубокий вдох и расправил плечи, будто через открытую дверь на него хлынул воздух, который не просачивался через железные прутья. Это был вдох свободного орка.

— На выход, зеленокожий! Скоро рассвет, у тебя не так много времени.

— Какой же ты дурак, Нортон, — усмехнулся Стигга. — Ты совершил чудовищную ошибку, человек. А тупость должна быть наказана!

***

Через десять минут дверь сторожки приоткрылась и оттуда выполз Нортон. Он мог отталкиваться лишь левой ногой, потому что правая была вывернута в колене под неестественным углом и волочилась за ним, как обрубок веревки. На месте правой щеки была рваная рана, из которой обильно лилась кровь. Оба его глаза затекли настолько, что Нортон почти ничего не видел и двигался вперед, скорее, по памяти. Он цеплялся за жизнь, стараясь уползти как можно дальше от зверя, идущего за ним следом.

Стигга не спеша шел позади него, наслаждаясь своим превосходством. Многие орки, в том числе и сам Стигга, не поощряли такое бахвальство, предпочитая убивать врага при первой возможности. Но орк слишком долго ждал этого момента и просто не мог отказать себе в удовольствии. Его клыки были окровавлены, и каждый раз, когда очередная капля стекала на подбородок, он утирал её рукой. Ведь он же не животное, и не дикарь…

В правой руке он сжимал копье, которое когда-то принадлежало Роло. Пальцы его левой руки перебирали ключи, которые открывали замки от вольеров. То ли услышав знакомый звон, то ли голос Стигги, псы стали покидать свои жилища и обращали свой взор на орка. Все они, от ласковой Пепельной, до боевитого Глоткохвата, внимательно следили за ним и вовсе не обращали внимание на того, кто любил их больше всех на свете. Они смотрели на Стиггу, как раскаивающийся смотрит на проповедника. Со слепой верой и послушанием.

— Вы все думали, что если орк, значит тупой. Если узок в плечах, значит слабый. Если глаза покорные, значит сломлен! — Стигга сплюнул пережёванный кусок кожи, который когда то был щекой воина. После чего сделал короткий рывок в пару шагов и что было сил ударил Нортона по ребрам. От удара тот перевернулся на спину и слетел с «хлюпающей мостовой». Но почти сразу же лег обратно на живот и, нащупав деревянный настил, постарался забраться на него и продолжить свое движение к выходу. Разум отказывался верить в то, что спасения нет. А орк тем временем все продолжал.

— Как же мне было невыносимо опускать глаза при виде Олафа, скрести ложкой из миски куриный бульон, приготовленный этой старой каргой. И как же это унизительно прикидываться идиотом, зная, что окружен непроходимыми тупицами! — Стигга подошел к первому вольеру. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы подобрать ключ из связки. Но когда он это сделал и дверь отворилась, Злюка, Саламандра, Грушевый и Вертихвост покорно вышли через открытую дверь и пошли вслед за орком. Разве что Вертихвост немного вилялсвоим хвостом.

— Больше всего я опасался, что мое тело справится с холодными ветрами и я не заболею. Я отбрасывал в сторону те одеяла, что вы мне заботливо стелили, укутываясь в них только под самое утро. Орки, даже старые, заболевают довольно редко. Но никогда еще ни один орк так не желал хвори, как я, лежа на холодном полу. Но Грихтвар был ко мне благосклонен. И на третью ночь, пылая от жара, я был счастлив!

Второй замок упал на землю. Зубоскал, Чучело и Оторванное ухо присоединились к процессии, следующей за Стиггой.

— Если дурак считает себя умным, ни в коем случае не нужно его переубеждать. Поставив охрану из людей, Олаф заключил меня среди псов. Меня! Того, кто знает и людской, и псовий! Вас я слушал, с псами же говорил, хоть вы этого и не замечали.

Когда был открыт третий замок, Фрея, Пепельная, Химера и Замарашка присоединились к остальным не так покорно. Они зарычали, а Химера даже пару раз гавкнула… На Нортона. Старая сука, которую он любил больше прочих, которая всегда, завидев его, махала хвостом и спешила облизать ему нос своим мокрым языком, сейчас была готова сорваться и разорвать мужчину своими клыками. И единственное, что её сдерживало — это воля Стигги.