Чтение онлайн

– Что он говорил?
– спросил Золтан.

– Ничего.

– Но - монастырь... Какой монастырь? Какая горящая вода?

– Понятия не имею, - признался травник.

– Напоминает бредни Олле. Ты не находишь?

– Олле?
– пробормотал Жуга, глядя в никуда перед собой.
– Олле...
– Он вздохнул и потряс головой.

– Как же давно всё это было. Нора, Тил... Рик... Странно, что ты ещё это помнишь.

– Такое забудешь, как же!
– Золтан с видимым усилием взял себя в руки и вернулся к прежней теме.

– Однако ладно. Так что там с рунами? Что они тебе предсказали?

Травник поднял взгляд.

– Ученика.

* * *

От обычных вечерних размышлений брата Себастьяна отвлёк стук в дверь. Стук был тихий, вежливый и вместе с тем весьма настойчивый. Священник встал, шагнул было к двери, но уже на втором шаге вспомнил, что не задвинул засов, и остановился посредине комнаты.

– Кто там?
– спросил он, и добавил: - Входите: не заперто.

Дверь скрипнула и на пороге нарисовался кабатчик - полноватый лысоватый тип лет сорока с перевязанной щекой. Глазки его беспокойно бегали.

Пламя свечи, стоявшей на столе, заколыхалось.

– А, это вы, сын мой, - кивнул монах.
– Вы что-то хотели?

– Это... Покорнейше прошу меня простить, святой отец, - ответил тот и выгнулся в поклоне, - а только вы мне сами велели зайти...

– Я?
– брат Себастьян приподнял бровь.
– Признаться, не припомню. А в чём дело?

– Это... Там человек сидит внизу.

– Человек?

– Ага, - кабатчик закивал.
– Тот, о котором вы просили сообщить, ежели он объявится. Так вот он, стало быть, объявился... Объявился, стало быть. Ага.

И он умолк.

Монах перевёл свой взгляд на дверь. Скулы его напряглись.

– Мальчишка?
– спросил он, не поворачивая головы.

– Что?
– вскинулся хозяин "Синей Сойки".
– А, нет. Тот, другой. Который рыжий.

– Вы уверены?

– Он, точно говорю вам: он. Лис, стало быть. Кабы просто так, а то ведь вы его портрет же мне показывали. Да и я вроде как видал его раньше где-то с год тому назад. Я же сразу же сказал вам давеча, что вроде как его припоминаю...

Брат Себастьян уже не слушал, поглощённый какими-то своими мыслями. Бросил взгляд на кровать: время было позднее, Томас уже успел заснуть, но теперь он пробудился, приподнялся на локте и вслушивался в их разговор.

Кабатчик облизал сухие губы.

– Так что прикажете делать-то, а, ваше преподобие?

Брат Себастьян помедлил.

– Ничего, - сказал он наконец.
– Ничего не надо делать, любезнейший. Ступайте вниз, к себе за стойку. И не подавайте вида, будто что-то произошло. Да, и ещё...
– он вынул из кошелька на поясе испанский дукат, помедлил, сунул его обратно, достал заместо этого полновесный флорин и протянул его трактирщику:

– Вот, примите это в знак благодарности, а также - как плату за жильё. Святая Церковь не забудет помощь, которую вы ей оказали.

– Э-ээ... плату за жильё?
– насторожился тот.
– Вы собираетесь съехать, святой отец?

– Да, - кивнул священник, - мы съезжаем. Только попрошу вас никому о том не говорить.

Глаза кабатчика блеснули. Он с коротким поклоном "принял" монету, поднёс её к глазам, но куснуть постеснялся, бросил на монаха испуганный взгляд, зажал плату в кулаке и попятился к выходу.

– Благодарим покорно... Покорно благодарим... Если потребуется... Это... Завсегда, значит...

– Ступайте, сын мой.

В голосе священника мягко спружинил металл, и дверь за корчмарём торопливо закрылась. В наступившей тишине можно было расслышать, как в коридоре клацнула на зубах несчастная монета.

– Вы думаете, это п-п... правда он?
– нарушил молчание Томас.

– Всё может быть, сын мой, всё может быть, - рассеянно отозвался священник. Несмотря на явное возбуждение, он выглядел спокойным и сосредоточенным.
– Всё может быть.

Томас сел и свесил ноги на пол. Наклонился и нашарил под кроватью свои башмаки.

– Что мы будем делать?

– Мы?
– обернулся на вопрос священник.
– Думаю, что ничего.

– Н-ничего?
– опешил парнишка и замер с башмаком в руке.
– Но как же так...

– Именно так. увы, сын мой, нам положительно сегодня не везёт. Теперь я вижу, что с моей стороны было несколько опрометчиво отпустить сегодня всех стражников в поход по кабакам. Но с другой стороны наш путь был долог, а грешная натура требует простых утех... Но не надо падать духом. Для начала попробуем узнать, действительно ли этот человек тот, кого мы ищем. Надевай свой башмак, и давай попробуем незаметно выбраться на лестницу. Как ты полагаешь, Томас, оттуда можно разглядеть посетителей?

* * *

Молчание длилось так долго, что огонь в камине успел прогореть. Вернувшийся трактирщик подбросил угля, поворошил в огне каминными щипцами, дождался, пока возрождённое пламя с гудением не устремилось вверх по узкой глотке дымохода, и направился к столу, за которым сидели Золтан и Жуга.

– Не желают ли почтенные господа заказать чего-нибудь? Вина? Закуски?

К щеке его полоской грязноватой тряпки была привязана половинка печёной луковицы: трактирщик самопальным методом тянул фурункул.

– Нет, спасибо, - машинально отозвался Золтан, погружённый в свои мысли.

– А я бы съел чего-нибудь, - вскользь обронил Жуга.
– Веришь ли, весь день жру всухомятку - колбаса, да колбаса... Да и замёрз я что-то. Есть у тебя чего-нибудь горячее?

– Прощенья просим, но горячего не осталось. Если только подождёте...

– Подождём.

Без лишних слов трактирщик удалился.

– Плохо, - заявил вдруг Золтан.
– Ученик нам сейчас совсем ни к чему.

– Нам?
– переспросил Жуга.
– Кому это "нам"?

– Ну, тебе, мне, ещё кому-нибудь...

– Кому, например?

Хагг поморщился.

– Жуга, перестань, - раздражённо сказал он.
– Не цепляйся к словам. Ты же сам прекрасно всё понимаешь.

– Если честно, - нахмурился травник, - я ничего не понимаю. Нет, погоди, - он жестом остановил Золтана, который уже раскрыл было рот, чтоб возразить ему, придвинул табуретку и подсел поближе.
– Ты обещал мне помочь разобраться. Так давай, помогай.

– Времени нет. Расскажи, что ты хочешь узнать, чтобы мне не болтать лишнего.