Чтение онлайн

Мира прищурилась.

— Полезная точность, — сказала она. — Не везде безопасная.

Виктор промолчал. Только под челюстью проступила жёсткая линия.

Мира уже смотрела на Николаса.

Плечи юноши дёрнулись. Он выпрямился, поправил очки двумя пальцами, словно ему нужно было занять руки хоть чем-нибудь.

— Николас… Вейл, — произнёс он, с короткой паузой перед фамилией. — Научный консультант и навигатор.

Мира обошла стол и направилась к нему. Шаг у неё был мягкий, почти бесшумный. От одежды тянуло влажными травами и сладковатым цветочным запахом.

Николас сглотнул.

Она остановилась вплотную. В этой близости стало видно, как они похожи: одного роста, одинаково прямая осанка, та же собранная неподвижность в плечах, то же нескрываемое благородство, которое не смягчает человека, а только делает его заметнее.

— Учёный, — повторила Мира. — Какое громкое слово.

Николас дёрнулся, но не отступил. Кулаки его сжались.

Мира наклонилась немного вперёд, плащ натянулся по талии, пышная грудь приподнялась на вдохе.

Вейра поймала эти элегантные движения взглядом и втянула воздух поглубже.

— Не любите, когда вас читают вслух?

Пальцы Миры медленно скользнули по рукаву Николаса. Тот вздрогнул, будто кожа не успела приготовиться к этому прикосновению.

— Не трогайте, — он резко одёрнул руку.

Мира отступила на полшага.

На спине у Вейры свело мышцы. Она следила, как эта женщина занимает пространство, не спрашивая ничьего позволения, будто здесь ей принадлежал даже воздух.

— Как скажете, Вейл, — ровно произнесла Мира. — Здесь обычно интересуются не тем, кто вы, а кому вы принадлежите.

Виктор тихо цокнул языком.

Николас мог отступить, мог отвернуться. Но остался на месте.

Мира подняла руку. На этот раз её пальцы коснулись не рукава, а оправы его очков. Она едва заметно сдвинула их на переносице мелким, почти заботливым движением, оттого ещё более чужим.

— У Эмерика Вейла, — сказала она, не отрывая взгляда от его лица, — вырос хороший сын.

Лицо Николаса побледнело, губы дрогнули. Через взгляд его прошло что-то тёмное и тяжёлое — и сразу исчезло, уступив место холодной собранности.

Виктор выдохнул сквозь зубы.

Мира улыбнулась чуть шире и прошла мимо Николаса так близко, что задела его плечом. Он не повернулся. Только пальцы сжались на ткани собственного костюма.

Взгляд Миры лёг на Вейру.

— Новенькая, — сказала она. — Или просто умеешь не оставлять следов.

К горлу подкатил сухой ком. Вейра не отвела глаз.

— А ты слишком любишь угадывать.

Пальцы правой руки нашли шов плаща, нащупали нож.

Мира едва заметно улыбнулась.

— Скажи своё имя, милая.

— Вейра Ламберт. Логистика…

— Логистика, — повторила Мира. — Удобное прикрытие для наёмницы Вейры Соль.

Её взгляд задержался на левом рукаве плаща. Под тканью шевельнулся знакомый жар.

— Вы довольно честные для пиратов, — сказала Мира уже громче, для всех. — Это трогательно.

Она перевела взгляд на светящиеся кольца эфирных знаков.

— Хорошо. Говорите, что хотели от меня услышать.

— Нас интересует не Храм, — сказал Виктор. — Нас интересуют те, кто ещё помнит, для чего он был создан.

Мира приподняла бровь.

— Кто же, по-вашему, ещё помнит?

— Дева Ветра, — ответил Виктор. — Нам сказали, в Вересте есть та, кто слушает ветер, а не тех, кто ведёт за него отчётность. Если она ещё жива, мы хотим говорить с ней.

Он произносил слова медленно, следя за её лицом. Мира лишь усмехнулась.

Плечи Вейры напряглись. От его голоса, от этой уверенности. От того, как легко он свернул туда, где, выходит, уже бывал без неё — если не ногами, то хотя бы разговором.

Дева Ветра. Значит, было что-то ещё. Ей не рассказали всё. Мысль вошла в виски, как игла.

— Девам всегда придумывают красивые титулы, — сказала Мира. — Так легче забывать их имена.

Она провела пальцем по краю стола.

— Восемь лет назад Сайлер Крей придумал этим богам новую форму.

На миг она подняла взгляд вверх, туда, где над камнем лежал город.

— Теперь у нас культ Эфира, Ветра и протокола, — продолжила Мира. — Сайлер любит новые слова. Особенно если их удобно читать с виселицы.

По позвоночнику Вейры прошла дрожь.

Перед глазами вспыхнул другой зал: белые стены, мальчик, падающий, как тряпичная кукла, лёгкая вуаль на светлых волосах — и ровный голос без единой нотки жалости. Дева Ветра.

Николас медленно скрестил руки на груди.

— И всё же вы здесь, — сказал он. — Под его крышей. С его людьми и порядком.

Мира посмотрела на него без спешки.

— А вы, я смотрю, любите простые ответы.

— Я люблю понимать, с кем говорю.

Узкие кольца на её пальцах тихо блеснули в полутьме, когда она убрала тёмный локон за ухо.

— Тогда поймите сразу: я не исповедуюсь.

Николас едва заметно дёрнул подбородком.

— Значит, вам удобно оставаться между.

На этот раз Мира слабо улыбнулась.

— Между обычно и выживают.

Вейра не сводила с неё глаз. В голосе Миры по-прежнему не было ни дрожи, ни спешки. Это раздражало почти так же, как пугало.

— Я действую так, чтобы у моих господ оставалось впечатление, будто всё идёт как надо, — сказала Мира. — Этого иногда достаточно, чтобы не дать им заметить лишнее.

Она обвела их взглядом.

— Верест уже смотрит на вас как на чужаков. А я вижу людей моря. У вас руки тех, кто не раз проходил эфирные потоки.

Виктор невольно опустил взгляд на свои длинные пальцы, со следами игл и швов.

— Если ты знаешь, откуда мы пришли, — сказал он, — значит, видела корабль.

— Не сама, — Мира пожала плечом. — Но здесь любят заводить досье на прибывших. Я иногда листаю их.

Она чуть подалась вперёд, захватывая взглядом всех троих сразу.

— Значит, вам нужно место, где город не сомкнётся на вас зубами.