Серебро на стрелах твоих
Шрифт:
И в его словах не было пафоса, только горькая правда.
— Это так, — кивнул Воронцов, командующий рыцарями на нашей стене.
Черный аспид подлетел совсем близко, его зубы лязгнули над головой в светлом капюшоне, над моим напарником по учебе, Олёшкой. Я рубанул по огромной зубастой морде, не раздумывая, и летучий гад неожиданно взвыл и отлетел от нас.
Всё-таки мечи имели хоть какой-то смысл. Хотя я бы предпочел артиллерию современного образца и парочку отличных вертолетов.
Драконы наступали, двое начали крушить одну из башен, вроде бы, восточную. Рыцари падали вниз в ров. Надеюсь, выплывали.
— Надо отпустить аспида! — сказал я, обернувшись к Воронцову.
— Если мы отпустим гаденыша, твари будут думать, что от нас можно получить всё! — рявкнул один из моих братьев.
Сейчас в доспехе они были неразличимы друг от друга. По крайней мере, для меня.
Драконы, отломив добрый кусок восточной башни, словно она была украшением на торте, навалились на западную башню.
— Я. Принимаю. Решение. За всех! — выделяя каждое слово, рявкнул я. — Мы отпускаем гаденыша!
— Думаю, это верная мысль, — ответил Воронцов за всех.
— Нельзя прогибаться под тварей! Они поймут, что мы слабые! — проревел в ответ один из моих братьев.
— Недальновидное решение! — рявкнул второй.
— Вы князь, ваше высочество, я согласен с вами, — повторил для особо умных Воронцов, — драконы понимают наш язык. Вы можете объявить им о нашем решении.
— Приведите аспида! — приказал я.
Чудовища разбили крышу западной башни и перебрались к стенам. Они ломали уже нашу стену, ударяясь головами и грудью о каменные глыбы.
Их было уже четверо, и тактика ими была выбрана очень удачная.
От стены после каждого удара, сотрясающего замок до основания, отламывались здоровенные куски мрамора, посверкивая изломами на солнце, лучи которого изредка пробивались сквозь рои наших врагов.
«Аспид, гаденыш, пленник, ведут, неужто, осовбодят, зачем-то, отдадут драконам, гаденыша», — заговорили рыцари.
Но я никак не отреагировал на их шушуканье.
Голого мальчишку со связанными за спиной руками вывели на стену. Он был грязен, худ, некрасив, но не сломлен. Стоял прямо, вздергивал подбородок, с гордостью и презрением смотрел на нас всех.
Драконы зависли в воздухе, прекратив на миг битву.
Я встал на самый край стены.
Первое слово далось с трудом. Мне казалось, что я прыгаю в бездну.
На меня смотрели и драконы, и рыцари.
— Аспиды! И драконы! — заорал я. — Если вы улетите, через час после вашего отступления мы освободим пленника! Если попытаетесь его отбить, он может погибнуть. Даю княжеское слово чести выполнить всё сказанное точно!
Драконы слетелись в круг, будто совещаясь, потом выстроились в ряд, каждый взмахнул правым крылом, словно отдавая честь.
Это выглядело жутко. Они еще и разумные. Мало того, что огромные, зубастые, шипастые, крылатые, бронированные и клыкастые так еще и наделены разумом. Вот где жуть!
— Не трогайте! — рявкнул я, заметив, что один из моих братьев собрался ударить пленника. — Поставьте его рядом со мной!
— Согласен! — второй братец откинул забрало. — Вы с ним одного поля ягоды! Два трусливых нищеброда-голяка!
Аспид бросился на него, не задумываясь. Я оттащил парня за шкирку от полностью вооруженного рыцаря. И не за брата я беспокоился в этот миг. Мои перчатки оказались изъязвлены, будто я макнул руки в кислоту.
И, правда, аспид только внешне похож на человека. На самом деле он чудовище.
Но его слова: «Вы построили замок на нашей земле», — звучали в моей памяти каждый раз, когда я вспоминал про него.
Драконы повернулись к нам спиной и демонстративно улетели. Только один белый аспид, скользнув в нашу сторону, плюнул струёй пламени в моего среднего брата, того, что хотел ударить аспида.
Я набросил на Георгия свой плащ. Георгий заохал и был уведен поднявшимся на стену доктором. Чернов без доспеха, без оружия, но с сумкой наперевес, увел бестолкового княжича с волдырями на красивой мордахе.
А белый аспид заглянул в глаза пленника, потом посмотрел мне в лицо.
Мне показалось, или во взгляде желтых глаз аспида с вертикальными зрачками был вопрос?
Наш пленник прорычал что-то.
Белый аспид кивнул и улетел следом за остальными.
— Вам удавалось хоть раз выиграть подобную атаку? — спросил я у Воронцова.
— Такой атаки я не припомню за все годы службы. Раньше их нападения были похожи на набеги, а это был серьезный бой, — вздохнул старик.
— И вывод неутешительный, — ответил я, — мы не готовы к сражениям с этими тварями.
Воронцов промолчал.
— Много ты понимаешь! Только раз вышел на стену! — рявкнул мой старший брат, с ненавистью глядя то на меня, то на аспида.
Время, назначенное мной, чтобы отпустить аспида пришло неожиданно.
— Час прошел, — напомнил мне мрачный и усталый Олёшка.
— Мы отпускаем его! Не вздумайте стрелять! — прокричал я, попросив Воронцова. — Передайте всем стрелкам мой приказ.
Воронцов отправил к рыцарям гонцов, по виду оруженосцев.
Рыцари в напряжении всё еще стояли на стенах.
Четверо сопровождали нашего пленника, они покрепче затянули его руки. Видимо, цепь, которой они связали аспида, не давала ему обратиться.
Его вывели через опущенный мост.
Парень побрел по заросшему лугу, спотыкаясь и покачиваясь, но не оглядываясь. Я восхитился его спокойной уверенностью и мужеством. Вряд ли он верил на самом деле, что не получит стрелу в спину.
Он ушел уже довольно далеко, когда справа и слева от него ударили толстые стрелки-болты, выпущенные из арбалета.
Я резко обернулся, стреляли с развалин восточной башни.
— Взять! — приказал я.
Понимая, что главное, сдержаться и не ударить придурочного стрелка.
Двое рыцарей подвели ко мне высокого крепкого мужика лет тридцати. Он криво улыбался, глядя мне в глаза.
— Я приказал не стрелять. Зачем ты ослушался моего приказа? — как можно холоднее спросил я.
— Ты — мальчишка. Никто. И не смеешь мне приказывать, — ровным тоном ответил он.