Чтение онлайн

Хочу спросить, как прошло знакомство со Станиславой, но это вообще терра инкогнита, и на эту территорию я без его личной инициативы точно никогда не зайду.

— Завтра все в силе? — спрашиваю — и на всякий случай скрещиваю пальцы. Боюсь, что сейчас он сменит планы, выльет на меня еще один ушат ледяной реальности, в которой сын станет больше его, чем моим.

— Да, привезу его к восьми. — Наверное, я слишком громко выдыхаю напряженный воздух из легких, потому что Вадим тут же добавляет: — Я не собираюсь забирать его, Кристина.

Мои губы беззвучно произносят «Спасибо», а рот зачем-то жалуется:

— Он, наверное, даже не заметил, что меня нет. — Как странно поворачивается жизнь — до новости о своей беременности — и немного после нее — я была уверена, что никогда не смогу никого любить настолько беззаветно и безусловно.

— Нет, все время о тебе спрашивал.

Слышу в его голосе улыбку. Конечно, это спасительная ложь. Но это самая сладкая ложь, которую я когда-либо слышала. И в моменте я позволяю себе в нее поверить.

— Так что за работа? — Вадим так резко переключает тему, что я не сразу понимаю, почему и о какой работе он меня спрашивает. — Расскажешь?

— Тебе правда… интересно?

— Да.

Я иду на кухню, уже не совсем трусливо, а даже почти как хозяйка открываю ящики, чтобы приготовить фруктовый чай. Пока рассказываю про студию — телефон лежит на столе на громкой связи — на какое-то время теряю связь с реальность. Только когда доходит, что за это время чайник вскипел, доходит, как много болтаю. Но Вадим ни разу меня не перебивает, только пару раз задает уточняющие вопросы, видимо, чтобы разобраться в мешанине моих слов.

— Прости, меня занесло, — вздыхаю. — В общем, вот как-то так.

Жду, когда он вынесет вердикт. Должен же хоть как-то отреагировать на то, что я собираюсь внаглую потратить его шестьдесят тысяч. Хотя, наверное, для него это… ну примерно, как текущие расходы по карте, на которые он бы даже не обратил внимания. Но я все равно чувствую себя неловко.

— Звучит интересно, — наконец, говорит он. Без иронии, без издевки. О деньгах — ни слова.

— Я все верну, как только…

— Кристина, это твои деньги, — перебивает с легкой резью в интонациях. Не неприятной, а скорее такой, от которой у меня точно не возникнет желания развивать эту тему.

Наверное, мне нужно еще раз сказать ему «спасибо». Я собираюсь с силами — не знаю почему это так сложно. Но не успеваю.

— Надеюсь, ты уже в кровати и выспишься.

— Как раз собиралась спать, — разглядываю как в заварнике медленно опадают чаинки и ягоды облепихи.

— Спокойной ночи, Кристина.

— Поцелуй за меня Марика, — прошу очень тихо.

— Уже.

Динамик наполняется тишиной, вслед за ним — кухня и вся квартира.

Я могла бы вот так разговаривать с ним всю ночь. Хоть бы даже о фазах луны.

И на крохотную долю секунды даже кажется, будто и он тоже… мог бы.

Сплю я, на удивление, крепко и с наслаждением.

Позволяю себе проспать заведенный на шесть тридцать будильник и выбираюсь из кровати только к семи. Сегодня нет ни Натальи, ни Галины Петровны, так что на кухню делаю забег буквально в пижаме, лохматая после сна и с нечищенными зубами. Делаю себе кофе, разглядывая пасмурный день за окнами — мокрый снег, который пророчили все прогнозы и о котором не было ни намека, кажется, все-таки случился.

Я пью кофе, туплю в телефон, листая то тредс, то пинтерест. Просто так, без особой цели.

Раздумываю, написать ли Вадиму, и когда мысленно даю себе отмашку, отправляю ему пожелания доброго утра и лаконичный вопрос: «Как прошла ночь?» Мне все еще приходится пропускать каждое сказанное ему слово через десяток внутренних фильтров, но теперь этот процесс занимает не так много времени и моральных сил.

Ответ приходит примерно через полчаса — как раз когда я собираюсь в бассейн. Фотка Марка, сладко спящего у него на плече. И короткий отчет: спал хорошо, ел отлично, график не нарушали, «мы молодцы». Я отправляю в ответ улыбчивый смайлик, ловя себя на мысли, что сегодня мое чувство ревности и страха как будто заметно меньше.

В бассейне, пока мое тело, все еще как будто не до конца мое, режет прохладную, упругую воду, я чувствую, как с каждым гребком смываю с себя остатки вчерашней тоски. Я больше не пленница своих страхов, я — женщина, у которой есть сорок восемь часов свободы. И в сухом остатке я проведу их более чем продуктивно.

После бассейна домой совсем не хочется. Захожу в маленькое, уютное кафе на углу, заказываю ризотто с белыми грибами, огромную чашку капучино и достаю блокнот. Завтра — собеседование с нянями. Еще одно поле боя и тест на мою адекватность, поэтому я собираюсь как следует к нему подготовиться.

Открываю наш «Мамский спецназ» и бросаю клич о помощи.

Я: Девочки, завтра собеседую нянь. Кроме очевидного «Вы любите детей?» и «У вас есть справка от психиатра?», что еще важно спросить? На что обратить внимание?

Ответы прилетают со скоростью света, и я еще раз мысленно благодарю Лори за то, что подарила мне не просто чат, а целую армию поддержки.

Бананка: Спроси, что она будет делать, если ребенок орет три часа подряд, а она не понимает, почему. Если начнет втирать про «надо потерпеть» — гони в шею.

Викуся: ОБЯЗАТЕЛЬНО спроси, как она относится к соцсетям. Моя первая постила фотки Артема с подписью «мой сладкий пирожочек». Уволила в тот же день.

Лори: Самый важный вопрос: «Что вас бесит в детях?». Если скажет: «Ничего, они же ангелы» — врет. У всех есть предел. Наша честно сказала: «Меня выводит, когда они специально кидают еду на пол и смотрят мне в глаза».

Читаю эти бесценные советы, и мой страх постепенно сменяется азартом. Я выписываю вопросы в блокнот, добавляю свои, чувствуя себя не неопытной мамашей, а HR-директором, который ищет топ-менеджера для самого важного проекта в своей жизни.

Уверена, что в конечном итоге мы с Вадимом выберем самый правильный вариант.

После легкого позднего завтрака иду по магазинам. Безжалостно откладываю в сторону все бесформенные свитера и платья-балахоны, беру в примерочную только узкие джинсы — из плотного, правильного денима. Я такие сто лет не носила, потому что мои старые, добеременные, безнадежно малы. Тело изменилось — бедра стали чуть шире, округлее и более женственнее.

Разглядывая себя в зеркале и не нахожу там никакого «бегемота», а тем более — бесполый инкубатор. Я вижу там женщину. Другую, новую, но все еще остро на меня похожую. Конечно, мое тело нуждается в физических нагрузках, и я уже сплю и вижу, как смогу, наконец, забраться под штангу, сделать убийственный подход на дельты и «отшлифовать» все это тягой Т-грифа, но даже сейчас я не особо нахожу к чему придраться. Все мои страхи о том, что тело расплывется, оказались напрасными. Как и многие другие.