Чтение онлайн

— Я прожил долгую жизнь, — сухо ответил Алексей. — Поверь, это один из самых полезных навыков.

— О, — уважительно кивнул Глим. — Тогда у тебя легендарный уровень.

Алексей невольно хмыкнул.

Потом снова посерьёзнел.

— Но проблема не в Академии, — тихо сказал он.

— А в чём? — спросил Глим.

— В Льдовых, — ответил Алексей, поднимая взгляд к провалу в крыше.

Глим сразу притих.

Даже он понимал, что Великий дом — это не просто богатые люди с манерами. Это сила, политика, интересы, обязательства и сотни невидимых ножей за улыбками.

— Ты им не доверяешь? — осторожно спросил он.

— Я никому не доверяю, кого слишком интересую, — спокойно ответил Алексей.

— А Катарина? — после паузы спросил Глим.

Алексей задумался.

— Катарина… не самая большая проблема, — сказал он наконец.

— Значит, самая большая — её семья, — сделал вывод Глим.

— Умный зверёк, — одобрил Алексей.

— Я же говорил, — с достоинством напомнил тот.

Алексей посмотрел в ночное небо, видное сквозь рваный металл крыши.

В прошлой жизни он был удобным оружием для государства.

В этой мог стать удобным активом для дома.

Разница была.

Но не такая большая, как хотелось бы.

— Я не стану ничьим, — тихо сказал он вслух, сам того не заметив.

Глим поднял мордочку.

— Что? — спросил он.

— Ничего, — ответил Алексей. — Просто напомнил себе одну важную вещь.

После этого он активировал Небесный свет.

Три секунды подготовки показались вечностью.

Мана закрутилась спиралью, воздух внутри ангара натянулся, как кожа барабана, а потом сверху рухнул столб ослепительного сияния.

Удар был таким, что пол вздрогнул.

Металлический каркас застонал.

Пыль, ржавчина и свет смешались в один оглушительный взрыв.

Когда всё закончилось, в центре ангара чернела выжженная воронка.

Глим молчал секунд пять.

Потом осторожно сказал:

— Ну…

— Что? — спросил Алексей, стряхивая с плеч пыль.

— Если кто-то и правда захочет сделать тебя своим активом, — серьёзно произнёс Глим, — это будет очень оптимистичный человек.

Алексей усмехнулся.

— Вот и славно, — ответил он.

Следующий день прошёл почти мирно.

Почти.

Потому что утром мать всё-таки нашла Глима.

Точнее, не нашла — услышала.

Маленький идиот не придумал ничего лучше, чем возмущённо возразить ей из-за шкафа, когда она сказала, что в доме завёлся «странный кот».

Тишина после этого была такой, что Алексей успел мысленно просчитать пять вариантов бегства, три варианта объяснения и один — очень плохой — с частичным стиранием следов.

Мать медленно открыла дверцу шкафа.

Оттуда на неё смотрели три круглых глаза и весьма возмущённая мордочка.

— Я не кот, — оскорблённо сообщил Глим. — У котов репутация хуже.

Пауза стала ещё глубже.

Алексей закрыл глаза на секунду.

«Ну всё».

— Лёша, — очень тихо сказала мать, не отрывая взгляда от шкафа. — Почему у тебя в шкафу говорит… это?

— Потому что прятать его под кроватью оказалось менее надёжно, — ответил Алексей, понимая, как нелепо это звучит.

— Я всё слышу! — тут же возмутился Глим.

Мать перевела взгляд с него на сына, потом обратно.

— Я сейчас либо кричу, либо сажусь, — сообщила она с пугающим спокойствием.

— Лучше сядь, — посоветовал Алексей.

— Поддерживаю, — важно кивнул Глим. — Новая информация обычно усваивается сидя.

Через десять минут они уже сидели на кухне.

Мать держала чашку двумя руками, словно та помогала ей сохранять связь с реальностью. Глим устроился на табуретке, едва доставая лапами до края стола, и старался выглядеть прилично. Получалось плохо — слишком уж любопытно бегали его глаза.

— То есть… — медленно произнесла мать, переводя взгляд с сына на существо. — Это пришло с тобой из подземелья?

— Да, — ответил Алексей.

— И теперь живёт у нас? — уточнила она.

— Да, — повторил он.

— И разговаривает? — спросила она, всё ещё не до конца веря собственным глазам.

Алексей устало вздохнул.

— Очень много, — мрачно добавил он.

— Неправда, — немедленно оскорбился Глим. — Я разговариваю в уместных объёмах.

Мать вдруг закрыла лицо ладонью.

Алексей напрягся.

Но через секунду понял — она не плачет.

Она смеётся.

Тихо.

Невесело.

С облегчением.

Почти истерично.

— Господи, — выдохнула она, убирая ладонь. — А я думала, ты просто влез в секту, связался с плохой компанией или тайно женился.

Алексей моргнул.

Глим тоже моргнул.

Потом очень серьёзно сказал:

— Секту, если что, пока не планируем.

Мать посмотрела на сына уже иначе.

Не легче.

Но честнее.

— Ладно, — сказала она после паузы и выпрямилась. — Раз уж в моём доме живёт говорящий… кто ты вообще?

Глим тут же приосанился.

— Глим, — представился он с достоинством. — Проводник, питомец, стратегический консультант и очень храброе существо.