Чтение онлайн

— А сейчас ваши преподаватели распределят вас по группам, и вы заново пройдёте свои ранги.

Эта процедура происходила в академии каждый год при переходе с курса на курс. Любой желающий мог пройти её, чтобы узнать, повысился ли его ранг. Первый раз студенты получали ранги на первом курсе — в возрасте пятнадцати лет.

Весь второй курс направился в закрытую часть академии.

Там, в центре просторного зала с высоким куполом, на постаменте из чёрного полированного камня покоился артефакт Сивиса. Он напоминал огромный ромб, сложенный из тысяч тончайших кристаллических пластин, которые мерцали даже в полной темноте. Вокруг постамента тянулись три концентрические окружности, выложенные серебряной проволокой — на них становились испытуемые.

Когда артефакт активировался, внутри ромба вспыхивал цвет. Один цвет. Чистый, без примесей. По этому цвету маги-экзаменаторы определяли ранг.

Ранги и соответствующие цвета:

Ранг Цвет

F Тускло-серый, почти прозрачный

E Бледно-зелёный

D Насыщенный синий

C Тёмно-фиолетовый

B Золотисто-жёлтый

A Оранжево-красный

S Багровый

SS Чёрный с серебряными прожилками

SSS Абсолютно белый

Цвета не обманывали. Они не зависели ни от настроения, ни от магии крови, ни от фамилии. Только от силы, вплавленной в самую суть человека.

Сегодня многим предстояло узнать, насколько они выросли за год. А кое-кому — понять, что они так и остались на месте.

Очередь двигалась медленно, но без толчеи. Каждый шаг к артефакту давил на нервы по-разному: кто-то шёл с гордо поднятой головой, кто-то — опустив глаза, кто-то — с таким видом, будто ему уже всё равно.

Катарина подошла к ромбу первой из их четвёрки.

Она скинула перчатку, коснулась серебряной окружности ладонью и замерла. Никакого напряжения — только лёгкое, почти неуловимое движение воздуха вокруг. Внутри артефакта вспыхнул свет. Тёмно-фиолетовый, глубокий, насыщенный, с едва заметными искрами на гранях кристаллов.

— Ранг C, — равнодушно объявил экзаменатор, но в его голосе всё же проскользнуло уважение.

По рядам прокатился одобрительный гул. С-ранг в начале второго курса — это серьёзно. Катарина убрала руку, кивнула своим и отошла в сторону, ни на кого не глядя. Она знала свой результат заранее. Но знать — одно, а видеть — другое.

Иван шагнул следом, широкий, основательный. Он подошёл к ромбу, как к спаррингу — без лишней торжественности, но и без бравады. Короткий выдох — и ладонь легла на камень.

Цвет выстрелил синим.

Насыщенным, густым, ровным.

— Ранг D.

Иван кивнул, убрал руку и, проходя мимо Алексея, коротко бросил:

— Нормально. Работаем дальше.

Семён подошёл последним из троих. Он явно нервничал — даже сжатые кулаки не скрывали дрожи. Алексей видел, как тот глубоко вздохнул, прежде чем прикоснуться к артефакту.

Свет вспыхнул бледно-зелёным.

— Ранг E.

Семён выдохнул с облегчением. Не герой, но и не провал. Для артефактора — более чем достойно.

— Молодец, — тихо сказал Алексей, и Семён благодарно кивнул, пряча глаза за стёклами очков.

Теперь настала очередь Алексея.

Он двинулся к артефакту спокойно, даже слишком спокойно — так, что несколько человек в очереди переглянулись. В прошлом году этот парень показал тускло-серый цвет. Самый низший ранг F. Его хотели отчислить. Его уже списали.

Алексей положил ладонь на серебряную окружность.

Он не закрывал глаза. Не задерживал дыхание. Просто стоял и ждал.

Внутри ромба сначала замерцало что-то тусклое, серое — привычный отсвет прошлого года. Кое-кто из студентов уже начал ухмыляться.

Но свет не остановился.

Серое дёрнулось, полыхнуло, перелилось в бледно-зелёный — и тоже не замерло. Зелёный взметнулся вверх, смешиваясь с синим, и вдруг застыл чистым, глубоким, плотным синим цветом. Насыщенным. Ровным.

Таким же, как у Ивана.

— Ранг D, — сказал экзаменатор, и в его голосе впервые за день прозвучало удивление.

В зале стало тихо.

Абсолютно тихо.

Потом кто-то из первых рядов выдохнул:

— Это же… он был F…

Шёпот прокатился по залу, набирая силу. В прошлом году этот парень едва зажёг серый свет. Его считали слабаком, которого держат в академии только ради протекции. А теперь — D. Прямой скачок через E. За один год. Такое случалось раз в десятилетие, если случалось вообще.

Иван присвистнул.

Катарина смотрела на Алексея с выражением, которое она сама не смогла бы назвать. Уважение? Нет. Что-то большее.

Семён стоял с открытым ртом, забыв поправить съехавшие очки.

Алексей убрал руку, не глядя на артефакт, и медленно развернулся к своим. Лицо его было спокойно, будто он только что не перешагнул через собственную репутацию и чужие ожидания.

— Ну что, — сказал он, — идём дальше?

Очередь зашевелилась, пропуская его. Кто-то смотрел с уважением, кто-то — с откровенной завистью, кто-то — с недоумением, пытаясь переварить увиденное.

Но Алексей шёл мимо всех одинаково ровным шагом.

В зале продолжали сверкать цвета — золотистый, оранжевый, багровый для старшекурсников. Кто-то плакал от радости, кто-то — от разочарования. Но главное событие дня уже произошло.

Тот, кого считали мёртвым грузом академии, теперь стоял в одном ряду с лучшими. И весь второй курс знал: эту историю будут пересказывать до выпуска.

Иван и Семён начали расспрашивать, как так он перескочил два ранга — давно такого не было.

— Слушай, ну правда, — Иван хлопнул Алексея по плечу, отчего тот едва заметно качнулся. — Ты же ещё весной еле светился. А сейчас — D. Это как?

— Может, артефакт сломался? — неуверенно предположил Семён, поправляя очки. — Хотя… Сивис не ошибается. Никогда.

Алексей пожал плечами, сохраняя невозмутимое выражение лица.

— Много тренировался, — ответил он коротко. — И повезло.