Чтение онлайн

Арно удивлённо приподнял седую бровь.

— Вот как? А чего же ты хочешь тогда?

Я обвёл взглядом мастерскую, задерживаясь на диковинных инструментах, которые Система помечала названиями.

— Если выиграю, хочу лишь одного: позвольте рассмотреть ваши инструменты поближе и задать вопросы о том, как они работают и откуда пришли. Я всё ещё учусь, мастер, а такого опыта, как у вас, не встречал ни в одной кузне.

Старик на мгновение замер, а затем разразился хриплым смехом, хлопая себя по костлявым бёдрам.

— Слышали?! — проорал он толпе. — Парню не нужно золото, ему нужны знания! Клянусь Пламенем, Лоренцо, на этот раз ты привёл ко мне либо полного идиота, либо настоящего мастера! Договорились, северянин! По рукам! Гляди на мои железки, сколько влезет, коли сумеешь доказать, что достоин их касаться!

Я молча стянул через голову пропотевшую рубаху, бросив её табурет. Воздух в кузне был густым и горячим, но моё тело, достигшее шестой ступени Закалки, почти не чувствовало дискомфорта. Наоборот, «Живая Ртуть» внутри отозвалась приятным покалыванием, когда затянул на поясе кожаный фартук. По толпе пронёсся тихий вздох — наверное, из-за того, что моя кожа теперь имела странный стальной отлив, а мышцы при каждом движении перекатывались под ней, словно литые жгуты. От меня исходил сухой и ровный жар.

Ульф шагнул к наковальне, заняв своё место — без лишних слов протянул руку и взял со стойки личную кувалду Арно — массивную штуку с короткой рукоятью и оголовьем, исписанным какими-то зазубренными знаками. Здоровяк хмыкнул, взвесил в руке и одобрительно прогудел:

— Тяжёлая. Добрая железка. Мастер Арно умеет в вес.

Старик Арно, завидев, как Ульф управляется с его инструментом, лишь криво усмехнулся.

— Слушайте правила, щенки! — прокричал он, показывая на образец подковы. — Перед вами по куску «дикого» железа с восточного карьера. Задание — одна пара подков «Скалистый зацеп». Время — пока не остынет последний уголь в малой чаше. Оценивать буду по трём статьям: вес должен разниться не более чем на вес медяка, шип должен входить в камень вулкана как в масло, а сердцевина обязана гнуться, но не лопаться. Кто первый окунёт в масло — тот и забирает кон. Начинайте!

В кузне было ровно две наковальни, два горна и двое мехов. То ли для таких вот турниров, то ли у мастера работали наёмные кузнецы.

Валерио сорвался с места, как ужаленный — его молотобоец заработал мехами с такой яростью, что из горна выплеснулся сноп искр. Парень из Мариспорта действовал быстро, по-академически выверенно, явно желая задавить меня темпом.

Я же не спешил. Подойдя к куче заготовок, активировал «Зрение Творца».

[Объект: Заготовка «Дикое железо» (Низкое качество)]

[Анализ: Неравномерное распределение углерода, включения серы в левом углу. Риск появления трещины при закалке: 42%.]

Отбросил этот кусок и выбрал другой — невзрачный, покрытый бурой окалиной, но Система тут же подсветила внутреннюю структуру ровным серым светом.

[Объект: Заготовка «Дикое железо» (Среднее качество)]

[Анализ: Плотная структура, высокая вязкость. Рекомендовано для изделий с ударной нагрузкой.]

Кивнул Ульфу. Заготовка отправилась в горн. Пока прогревалась, я закрыл глаза, настраиваясь на ритм острова. Внутренний Горн в животе начал раскручиваться, и я направил поток горячей Ци в кончики пальцев.

Валерио уже вовсю лупил по металлу, наковальня звенела, как бешеный колокол. Он торопился, и я видел, как его Ци расходуется впустую, просто нагревая воздух вокруг.

Когда мой металл дошёл до глубокого вишнёвого, я выхватил его клещами.

— Бей, Ульф!

Работа началась. Мой молотобоец двигался плавно, удары были не такими частыми, как у помощника Валерио, но каждый из них нёс колоссальную мощь. Я использовал новую особенность «Живой Ртути» — невероятную плотность и вес. Каждый мой удар ручным молотом вминал сталь, словно мягкий воск.

В какой-то момент почувствовал, что металл начинает капризничать — «дикое железо» было слишком неоднородным. Тогда применил бытовую хитрость, которой научился ещё в Бухте — начал посыпать заготовку мелким речным песком, который заметил в углу. Песок плавился, превращаясь в своего рода флюс, вытягивая шлаки наружу.

Валерио, заметив, что я начинаю его обходить, ещё больше прибавил в скорости — лицо было мокрым от пота, глаза лихорадочно блестели.

[ВНИМАНИЕ! Соперник допустил ошибку. Перегрев закраины. Снижение прочности структуры на 15%.]

Я видел это и без системы. Металл у него под молотом начал «искрить» — верный признак того, что он его пережёг в погоне за скоростью. Валерио тоже это понял, выругался и чуть замедлился, пытаясь выправить дефект, но ритм уже был сбит.

А я вошёл в поток — плевать на толпу и на ставки, просто наслаждался тем, как послушная сталь изгибается под волей. В самый сложный момент, когда нужно было сформировать тот самый «зацеп», я применил «Чувство Сплава» — буквально ощутил, где в металле скопилось напряжение, и вместо того, чтобы бить сильнее, нанёс серию лёгких, вибрирующих ударов, используя «Внутренний Горн» для локального подогрева зазубрины на наковальне.

Сталь легла идеально.

— В масло! — скомандовал я.

Шипение, столб жирного дыма, и я выхватил обе подковы, швырнув их на каменный пол перед Арно. Металл одной подковы ещё гудел, остывая, но геометрия была отличной.

Валерио замер, занеся молот для очередного удара, посмотрел на меня, потом на мои подковы, и его рука медленно опустилась. Парень не сделал и половины второй подковы.

В кузне воцарилась тишина, которую прервал Арно — подошёл, поднял одну из моих работ, взвесил на ладони и с силой ударил ею по каменному блоку, служившему порогом. Подкова вгрызлась в камень, как когти хищника, не оставив на себе ни вмятины.

— Клянусь Пламенем… — старик обернулся к толпе и взревел: — Вот вам северянин! Победитель! Редкость в наших краях в последнее время — мастерство, которое не купишь за золото! А то всё столичные, да островные… Тьфу!

Арно начал споро собирать деньги со зрителей. Валерио, бледный как полотно, молча достал кошель и выложил на наковальню проигранную сумму. Его плечи подрагивали от досады, но кузнец нашёл силы подойти.

Парень из Мариспорта протянул руку — ладонь была горячей и дрожала.

— Ты действительно хорош, северянин, — процедил тот сквозь зубы, стараясь сохранить остатки достоинства. — Признаю, я тебя недооценил. До встречи на испытаниях. Там не будет места фокусам с песком, только твоя Ци против моей.

Пожал руку, хватка была крепкой. Я не чувствовал к нему злобы — лишь понимание того, что между нами лежит пропасть опыта, которую не засыпать никаким золотом.

Валерио уже собирался уходить, бросив через плечо короткий кивок приятелям, но вдруг замер — медленно развернулся, сделал два шага назад и подошёл ко мне почти вплотную. Лицо было пугающе спокойным и застывшим.