Чтение онлайн

– …И то и другое, – понимаю я.

– Только одно из этих чувств относится к тебе, Аврора.

– Просто… – Я окидываю его взглядом, а после качаю головой. Хватаю все, что он значил для меня, крепко сжимаю в кулаке и осознанным усилием снова сжигаю. – Если ты пришел, чтобы отвести меня к нему, – будь добр, сделай это, Кэл.

Он хмуро смотрит на меня. Плечи его расправлены, зубы стиснуты. И тогда я чувствую. Там, внутри него. Тень, о которой он говорил. Его Внутренний Враг.

И понимаю, что дальше по коридору меня ждет он.

– Иди за мной, – говорит Кэл.

Мы шагаем по красивым кристальным дорожкам, он – впереди, я – позади. Вокруг меня бурлит сила – она давит на кожу, на череп.

Та часть меня, которая мучается, хочет, жаждет держать Кэла за руку, идя с ним к свету, молчит. Та часть меня, которая сожалеет, желает, чтобы все сложилось иначе, ушла. Есть только сила, то, во что меня превратили, девушка, которая собирается спасти галактику. Она следует за юношей, коего, как ей казалось, любила, ступает по мерцающей дорожке и наконец, наконец-то, попадает в самое сердце корабля.

Это место прекрасно. Идеально. Стены широкого сферического зала практически теряются в тени, изгибаются от основания вверх и наружу, а затем вновь сходятся в одной вершине. В самой нижней точке, на кристальных шпилях, возвышается трон – огромный, с зубцами, переливающийся всеми цветами радуги.

Здесь располагается центр Оружия, сосредоточие всего, даже само помещение словно стремится к нему. Куски кристаллов вылезают из стен зала и цепкими руками тянутся внутрь, будто хотят забрать того, кто сидит на троне, или, возможно, выразить ему свое почтение.

В его лице я вижу черты Кэла: знакомые скулы, вскинутый подбородок, надменный изгиб бровей. На нем черные доспехи с высоким воротом, кроваво-красный плащ ниспадает по ступеням, ведущим к трону. Серебристые косы закрывают половину лица, уголок губ изогнут в едва заметной улыбке.

Архонт Каэрсан.

Звездный Убийца.

Отец юноши, которого я любила.

Триггер эшваров.

Предатель эшваров.

Кэл отступает к изогнутой стене, пока я подыскиваю слова, которые затронут его отца, слегка подтолкнут к действиям.

– Какой, – начинаю я, – выразительный наряд. Где купил такой плащ? Или его сшили тебе на заказ?

Он не отвечает. Но поднимается на ноги и медленно спускается ко мне по ступеням, плащ развевается за его спиной. Должна признать, выглядит впечатляюще. По-прежнему молча Каэрсан останавливается передо мной, возвышаясь на несколько метров. Неторопливо смеряет меня взглядом, будто оценивает и не находит во мне желаемого.

– Я думал, – наконец произносит он красивым, мелодичным, таким завораживающим голосом, – ты будешь выше.

– Жаль тебя разочаровывать, – отвечаю, даже не пытаясь выпрямиться. Я такая, какая есть – то есть невысокая, тем более по сравнению с сильдратийцами.

– Я ждал тебя, – продолжает архонт. – Почувствовал твое пробуждение.

– Ну, вот я здесь. И знаю, что должна делать.

Он выгибает серебристую бровь.

– Посвятить себя делу эшваров?

– Победить Ра’хаама, – поправляю я. – Спасти тысячи миров.

– Защищая их детскую площадку, – задумчиво произносит он. – И населяющих ее кукол, которых они создали.

Я удивленно смотрю на него:

– Что ты хочешь этим сказать?

– Тебе неизвестно, кто ты, – говорит он.

– Мне известно, что я та, кто сделает то, что не получилось у тебя.

– Не получилось? – улыбается Каэрсан. – Единственное, что у меня не получилось, – это преклонить перед ними колени, как они того хотели.

– Эшвары сделали тебя тем, кто ты есть. Они наделили тебя силой для спасения галактики, а ты использовал ее для убийства миллиардов существ.

– Ты правда в это веришь? – спрашивает архонт со слабой улыбкой на губах. – Что они желают спасти галактику? Что действительно заботятся о нас?

Он издает тихий смешок.

– Мы для них – вещи, дитя. Всего лишь инструменты. Они создали нас.

– Разумеется, они создали нас, – бесстрастно повторяю я. – Создали нас, чтобы защит…

– Не просто нас, – шипит он. – Тебя и меня. А нас всех.

Он указывает на то, что творится снаружи, – на битву, которая бушует до сих пор.

– Все, что нас окружает: каждую расу, каждого индивидуума, от седовласого старца до крошечного младенца. Мы все созданы эшварами в надежде, что среди этих миллиардов отыщется тот, кто сможет продолжить их борьбу против Ра’хаама. Судно, способное отомстить расе, которая одержала над ними верх. – Его губы изгибаются в почти заговорщической улыбке. – Эшвары совсем не воплощения благородства, какими хотят предстать. Не самоотверженные мученики, отдавшие свои жизни за нас. Они – демоны. Демоны, которые желают стать богами.

Я усмехаюсь:

– И я должна в это поверить?

Он слегка покачивает головой, будто перед ним бестолковая ученица:

– Ты никогда не задумывалась о том, почему мы все похожи друг на друга? Сама посуди, дитя. Представители всех рас в галактике ходят на двух ногах. Дышат воздухом. Говорят на языках, понятных другим. Вероятность того, что сотни рас на столь огромном отрезке времени и расстояния будут развиваться по схожим схемам, равна нулю. – Он с хмурым видом складывает руки на груди. – Эшвары заселили галактику существами по своему образу и подобию. Мы для них точно вирус в чашке Петри. Ничем не лучше насекомых.

Его слова эхом отзываются в моем сознании, отчего по всему телу пробегает дрожь. Я слышала, как Тайлер и Фин говорили об Объединенной Вере. О религии, распространившейся среди галактических рас и объясняющей эти сходства.

Я бросаю взгляд на Кэла, прижавшегося к стене зала.

– Но… Творец, – произношу я.

Звездный Убийца мотает головой.

– Не Творец, дитя, – говорит он. – А Творцы.

Слово потрясает меня, и в моих жилах стынет кровь.

– Эшвары – наши кукловоды, – продолжает Каэрсан, сверкая фиалковыми глазами. – А мы – их марионетки. Представь, каким самомнением нужно обладать, чтобы заселить сотни миров существами по собственному подобию. И все ради какой-то жалкой мести? – Он обводит рукой помещение, радуги пляшут на поверхностях кристаллов. – В том-то и вся шутка, Аврора Цзе-Линь О’Мэлли. Это все, кем мы являемся. Нет никаких богов. Никакого великого замысла. Никакой другой цели, кроме отчаянной попытки павшей империи нанести последний удар. Лотерея бесчисленных жизней длиною в миллион лет ради одного последнего шанса отомстить.

Эта мысль никак не укладывается у меня в голове. Но благодаря силе, соединяющей и связывающей нас, я понимаю, что Каэрсан не лжет. Все мировые религии, все истории сотворения, все верования о том, почему и как это началось…

Неужели нас всех действительно создали эшвары?

Это осознание камнем опускается на мою грудь. Ледяная рука сдавливает внутренности. Интересно, как эту новость воспринял бы Финиан. Что бы сказал Тайлер.

Творцы…

А потом я отгоняю эту мысль прочь, сбрасываю с себя ее тяжесть. И усилием воли вновь переключаю внимание на Каэрсана, который, смерив меня взглядом, усмехается.