Чтение онлайн

Я так горжусь собой, что не могу сдержать дурацкую улыбку. Затем перевожу взгляд на Ронана.

— Где следующее?

Он пристально смотрит на меня, на его красивом лице отражается смесь удивления и вновь обретенного уважения, прежде чем он берет еще один кусок дерева и протягивает мне.

— Ну что ж, давай.

— И, Ронан…

— Да?

— Оставь меня сегодня в покое. Пожалуйста. У меня и так паршивый день. — Я умоляюще смотрю на него, надеясь пробудить хоть каплю человечности, спрятанную где-то глубоко в его развратном теле.

Он ничего не отвечает, но что-то, мелькнувшее в его глазах, заставляет меня поверить, что он понял.

— Эти зеленые штуки не становятся вкуснее, когда остывают.

Я отрываю взгляд от брюссельской капусты на тарелке и вижу широкую ухмылку Мигеля. Он обходит столы с подносом, собирая грязную посуду.

Улыбка сходит с его лица, когда он замечает мое угрюмое выражение.

— Что случилось?

— Ничего. Просто устала.

— Ага, я слышал. Так значит, теперь ты в команде? Просто безумие. Как так вышло?

Сегодня я уже много раз видела это выражение лица. Удивление, а еще больше — недоверие. Я вздыхаю. Все задают один и тот же вопрос, да еще добавляют — почему ты не поехала с Вульфом? Разве ему не нужна ассистентка? Мигелю я отвечаю то же, что и остальным:

— Я знала, что работа ассистентки временная.

— Значит это действительно то, чего ты хочешь?

— Мне нравится работать на свежем воздухе. Я изначально подавала заявление на эту вакансию, так что да.

Кажется, это было так давно. Тогда единственное, чего я хотела, это сбежать от Джеда и Гринбэнка, уверенная, что никогда не переживу его измену. Я не могла даже представить, что посмотрю в сторону другого парня.

Господи, как же я ошибалась.

— Ну что ж, тогда рад за тебя. — Он делает паузу. — Тебе идет. Хотя работа тяжелая.

— Ага. — Я тянусь, чтобы размять плечи. Целый день махать топором, загружать дрова, потом выгружать и складывать — отличное напоминание о том, как мало я двигалась в течение учебного года. Завтра утром будет адски тяжело вставать с постели.

Массаж бы сейчас не помешал.

— Слушай, ты не знаешь… — Я хочу спросить про Майкла, но резко обрываю себя. Мигель в курсе, что две ночи назад Майкл был с девушкой. Если я задам вопрос напрямую, он может сложить два и два, а я не могу рисковать, чтобы кто-то догадался, что Эбби спала с Генри Вульфом.

Генри превратил меня в параноика.

Но мне нужно знать, что случилось с Майклом, потому что о его увольнении и отъезде никто не сказал ни слова.

Решив действовать окольными путями, я ковыряю вилкой рис и небрежно спрашиваю:

— Ну что, какие тут новости? Что-нибудь интересное происходит?

Мигель пожимает плечами.

— Рэйчел вернулась.

— Да, знаю. Она моя соседка.

— Точно! Забыл. Домик, полный красоток.

Я сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. После того как я невольно стала свидетельницей того, как он отзывается об этих «красотках», когда они не слышат, его чары на меня не действуют.

— Что-нибудь еще?

— Да нет, все по-старому.

Я ничего не понимаю. Мигель должен был знать, что его соседа уволили, разве нет?

Разве что его не уволили?

Смею ли я надеяться, что Генри солгал? Или передумал?

— Ты еще ешь?

Я слабо улыбаюсь в ответ.

— Должна. Спасибо. — В этот момент звонит телефон, и я разрываюсь между облегчением от того, что можно закончить разговор с Мигелем, и раздражением, потому что это опять звонок из дома.

— Увидимся, милая Эбби. — Мигель подмигивает и привычной развязной походкой направляется к следующему столу.

Со вздохом я отвечаю на звонок. Сегодняшний день уже достиг дна, хуже стать не сможет.

— Привет, мам. Прости, у меня не было возможности перезвонить.

— Что, черт возьми, ты с собой сделала, Эбигейл?

Я хмурюсь, и по спине пробегает холодок.

— О чем ты?

— Сижу я себе, никого не трогаю, на воскресной службе, и тут Мэри Джейн показывает мне фото моей дочери, которая выглядит, как иезавель!

Я даже не знаю, о какой Мэри Джейн речь — их у нас минимум пять, — но после угроз Генри меня охватывает паника.

— О чем ты говоришь? — Если мама называет меня иезавелью — а это прозвище до сих пор было зарезервировано за девушкой Джеда — дело серьезное.

— Какое-то большое мероприятие в твоем отеле. В Твиттере опубликовали фотографии.

Ох. Я облегченно вздыхаю.

— Ты про открытие отеля?

— Все, что я знаю, это то, что ты была в вызывающем черном платье и этих нелепых туфлях, а со всей этой штукатуркой на лице я еле тебя узнала! И что ты сделала со своими волосами? Ты их испортила!

Закатываю глаза. Именно этого я от нее и ожидала.

— Какая Мэри Джейн?

— Младшая сестра Люси.

Ну конечно. Люси. Та самая, что спрашивала про Аляску. Я поддразнила ее, скинув фото Генри, в основном чтобы оно дошло до Джеда и люди наконец перестали судачить о том, что у меня разбито сердце и я хочу его вернуть.

— И что она ищет в Твиттере про Wolf Hotels? — Я уже знаю ответ, еще до того, как она его озвучит.

— Все одержимы тем, что ты делаешь на Аляске, и этим твоим боссом. И не меняй тему!

Конечно, одержимы. Потому что они не знают его настоящего, в отличие от меня, к моему несчастью.

— Этой одежды требовал дресс-код, — говорю я и упрямо добавляю: — И, по-моему, я выглядела неплохо.

— Из-за тебя здесь все безостановочно чешут языками. Не могу поверить, что мне пришлось защищать собственную дочь. Какой работодатель станет требовать, чтобы ассистентка так одевалась, а?

Она не захочет слышать ответ на этот вопрос.

И я не хочу говорить о Генри — или о том, чем я тут занимаюсь — ни с кем, включая маму.

— Как дела в Гринбэнке? Как папа? — Я с ним вообще не говорила с тех пор, как уехала, что, впрочем, не так уж необычно. Он не любитель телефонов, да и дома его почти не бывает. Надо будет позвонить на рассвете, в обед или ужин — в другое время он либо в поле, либо спит. Разница во времени усложняет дело.

Она вздыхает.

— Как обычно. Я почти не сплю из-за переживаний за тебя.