Чтение онлайн

Можете ли пить чашу, которую Я буду пить?.. (Мф. 20, 22) – вопросил Спаситель учеников, клявшихся Ему в верности. В то время апостолы еще не были готовы пить горчайшую чашу смертную, к которой шел Христос Искупитель. Когда коварные богоубийцы схватили Сына Человеческого, ученики Его разбежались страха ради иудейска. Только один, самый любимый и любящий из апостолов, святой Иоанн Зеведеев, нашел в себе мужество последовать за Учителем до Креста Его. И в этот страшный час испытания женская любовь оказалась самоотверженнее мужской, женщины оказались доблестнее мужчин. «Немощнейший пол явился тогда наиболее мужественным: так все переменилось», – замечает святитель Иоанн Златоуст. Место учеников у подножия Креста Иисусова как бы заступили их матери: здесь были мать апостолов Иакова и Иоанна Зеведеевых, мать апостола Иакова Алфеева. Среди толпы беснующихся христоненавистников, между рядами грозных римских воинов шли за Сыном Человеческим к Голгофе сострадательные женщины, которые плакали и рыдали о Нем (Лк. 23, 27). Среди этих бесстрашных женщин конечно же спешила за своим Исцелителем пламенная галилеянка, святая Мария из Магдалы. Однако здесь она не была первой. Смиреннейшая Дева – Мать, державшаяся поодаль от Божественного Своего Сына в часы Его славы, теперь по праву заняла ближайшее к Иисусу место в час Его позорной казни. Недоступна нам тайна Пречистой души Богородицы, Совершеннейшей во всем роде человеческом, – венце творения Божия, явившейся Венцом венца этого творения. Только Она, Дева и Мать, могла испить всю горечь Голгофской чаши Сына Человеческого, и Ее страдания у Креста Сыновнего были соизмеримы со страданиями Самого Распятого Спасителя.

Великая тоска терзала тогда и святую Марию Магдалину, но ее горе истончалось в женской слабости, находило облегчение в слезах. Скорбь святой Магдалины была земной, человеческой. А сердце Пречистой Матери истязала нечеловеческая пытка Вселенского Креста Господня.

Скорбь Матери Божией недоступна человеческому пониманию: такого не могут постигнуть ни наши слабые чувства, ни наш несовершенный разум. Вот замечательные строки поэтессы Анны Ахматовой:

Но многое вмещало в себя и горящее любовью сердце святой Марии из Магдалы. Сердцем, полным сострадания, она разделяла безмерные мучения и Распятого Господа, и Пречистой Богородицы, «Матери Господни состраждущи, и слезы точащи». И горчайшие Крестные страдания Спасителя мира смягчались, когда Он видел среди толпы распинателей и лица состраждущих Ему: Лик Пресвятой Матери Своей, лица любимого ученика, святого Иоанна, святой Марии Магдалины и других милосердных и доблестных женщин.

Церковь Христова свято хранит память об Искупительной Жертве Спасителя и о стоянии верных у Креста Его. На иконах Распятия Господня мы видим стоящими близ умирающего Христа Госпожу нашу Богородицу, апостола Иоанна и святую Магдалину.

Любовь святой Марии Магдалины была деятельной, и деятельностью облегчала она свою великую скорбь об Иисусе Распятом. Святая Мария проводила Тело Избавителя своего до гробницы, где похоронил почившего праведный Иосиф Аримафейский. Последовали также и женщины, пришедшие с Иисусом из Галилеи, и смотрели гроб, и как полагалось Тело Его (Лк. 23, 55) – и тогда святой Магдалине первой пришла мысль об отдании Почившему последней почести: помазании Его Тела благоуханным миром. Первенствовавшая в служении имениями Живому Иисусу, она названа первой и среди жен-мироносиц, явивших трогательную женскую заботу об Иисусе Умершем. Церковь именует святую Магдалину великой мироносицей. И после кончины своего Исцелителя и Учителя святая Мария продолжала служить Ему имением своим: миро стоило очень дорого, и на его покупку некогда богатая галилеянка отдала свои последние деньги. Верная Господу во всем, святая Магдалина строго соблюдала и древний закон Божий, предписывавший субботний покой, – в этот день верующим иудеям нельзя было предпринимать никаких дел. И мироносицы, приготовив благовония и масти, в субботу остались в покое по заповеди (Лк. 23, 56). Томительно тянулась для святой Марии Магдалины показавшаяся ей бесконечной субботняя ночь. Еще затемно во главе жен-мироносиц поспешила она ко Гробу Иисуса. Это предприятие было опасным: повсюду рыскали шпионы злобных фарисеев, не удовлетворившихся казнью Самого Христа и стремившихся наложить руки на всех, кто был с Ним. Но не этого боялись святые жены-мироносицы, которых любовь сделала бесстрашными. Они вспомнили, что погребавшие Спасителя мужчины закрыли вход в Его гробовую пещеру большим камнем, сдвинуть который было не под силу слабым женским рукам. И теперь святых мироносиц смущал вопрос: кто отвалит нам камень от двери гроба? (Мк. 16, 3). Томимая этим сомнением, святая Мария бежала к гробовой пещере и оказалась около нее раньше всех. Камень был уже кем-то отброшен в сторону, но сам Гроб Спасителя был пуст!

Умом святая Мария еще не могла подняться над земными представлениями: она подумала, что кто-то из учеников, боясь иудейских козней, перенес Тело Иисуса в другое место. Утратив Живого, потерять и возможность почтить Умершего – это казалось нестерпимым. И святая Магдалина вновь побежала за помощью и советом к мужчинам, к ближайшим Христовым апостолам Петру и Иоанну. Но те, придя ко Гробу, тоже не могли ничего понять, только от великой любви в сердце апостола Иоанна затеплилась казавшаяся совершенно невероятной надежда. Мужчины ушли, а святая Мария осталась одна, чтобы плакать у пустого Гроба.

Святитель Иоанн Златоуст повествует: «Женский пол как-то особенно чувствителен и весьма склонен к состраданию… Мария стояла, плача. Она, по самой своей природе, легко трогалась, а притом еще не знала ясно учения о Воскресении… Итак, ученики пошли домой, а Мария стояла у Гроба. Великое, поистине, утешение доставляет нам самый вид гроба. Видишь ли поэтому, как она, для большего утешения, приникает взором во Гроб и хочет видеть место, где лежало тело? Оттого немалую получила она награду за столь великое усердие».

Заглянув в гробовую пещеру, святая Мария увидела, что там – два Ангела, в белом одеянии сидящие, один у главы и другой у ног, где лежало Тело Иисуса (Ин. 20, 12). Но святая Магдалина не поняла, что перед ней не люди, а Небесные вестники. Она не обратила внимания ни на сияние белоснежных ангельских одежд, ни на ослепительное, подобное молнии, блистание ангельских ликов. Велико было ее горе, и не было ей дела ни до кого и ни до чего, кроме главного – она искала своего Спасителя.

(Случай подобного «невнимания» описан в житии одного преподобного старца-подвижника. Ученики его однажды в изумлении увидели, как их наставник идет по пустыне в сопровождении двух величественных, сверкающих Небесной славой Архангелов и не замечает своих чудесных спутников. Старец был всецело погружен в молитву: всей душой, всем сердцем, всеми помыслами устремлялся он к Господу своему, и ему не было дела ни до чего прочего.)

Незнакомцы в белых одеждах задали святой Марии вопрос именно о том, что ее волновало: Жена! что плачешь? И на это участие неизвестных она откликнулась, высказав свою боль: унесли Господа моего, и не знаю, где положили Его (Ин. 20, 13).

Страстно искала она умершего Христа – и не была готова увидеть Его Живым. Поэтому, когда близ гробницы явился Сам Воскресший Спаситель, святая Мария не узнала Его: слезы туманили ей взор, скорбь омрачала духовное зрение. Самого Иисуса она приняла за садовника, который мог знать, что произошло в гробнице, – и начала молить: господин! если ты вынес Его, скажи мне, где ты положил Его, и я возьму Его (Ин. 20, 15).

Великое горе, порожденное великой любовью, заставляло святую Марию надеяться, что своими слабыми женскими руками она сможет одна перенести Тело Господне. Но вместо горьких земных утешений – погребального обряда миропомазания и прощания с Телом Почившего, – Христос даровал пламенной Своей последовательнице сладчайшую Небесную радость. Она услышала голос Господа, назвавшего ее по имени: Мария! (Ин. 20, 16).

«Теперь святая Мария Магдалина услышала незабываемый голос Спасителя, силою которого Он изгнал из нее толпу бесов, – тот благодатный голос, который проникал и оживлял всякую душу, тот дивный голос, который услаждал души слушателей Его Небесным блаженством», – сказано в житии святой Марии из Магдалы.

С радостным воплем: Учитель! – святая Магдалина упала ниц перед Воскресшим, желая обнять Его ноги, как бы удержать Его здесь, на земле. Но Господь остановил ее, возвышая ее разум до понимания вселенского смысла происшедшего: не прикасайся ко Мне, ибо Я еще не восшел к Отцу Моему (Ин. 20, 17).

Что означало Его таинственное восхождение? Единородный Сын Божий прежде всех веков, и вовеки, и по окончании времен единосущен Богу Отцу и Святому Духу по Своему Божеству и не отлучается от Них. Он принял на Себя в Рождении от Девы Марии нашу плоть, совершил дело Искупления и воскрес. Теперь к Богу Отцу восходил Воплотившийся Сын Божий – Богочеловек-Христос по Своей человеческой природе. Сын Божий и Сын Человеческий – Один и Тот же, Он духовно и телесно явился в Царствие Небесное, чтобы воссесть одесную Отца и открыть дорогу в вечность Божию всем верным сынам и дочерям человеческим. Не царствовать в суетном смертном мире, не создавать преходящие «всемирные иудейские империи» (о чем грезили фарисеи и саддукеи, да даже и апостолы Христовы до их просвещения Светом Воскресения и сошествием Духа Утешителя в праздник Пятидесятницы) – нет, не за этим приходил на землю Мессия. Спаситель призывал людей в Пресветлое Царство не от мира сего (Ин. 18, 36) – где нет греховной грязи, нет скорби и смерти, а царствует чистейшая любовь, торжествуют истина и справедливость, где вечно блаженствует великая семья Божиих угодников, семья любимых и любящих. В Отчее Царство звал Христос Искупитель не только Своих апостолов, ближайших последователей и последовательниц, а все человечество – всех, кто примет Его зов всем сердцем. Ни святой Марии Магдалине, никому другому невозможно было удержать Воскресшего Спасителя в тесном земном мирке: счастье общения с Господом теперь становилось незримым, духовным и даровалось не одним ближайшим самовидцам Слова, а каждому, кто верой, надеждой, любовью сумеет стяжать духовную чуткость. Жертвенным подвигом Вочеловечившийся Сын Божий сделал верных, искупленных Его Пречистой Кровью, Своими братьями и усыновил Своих последователей Отцу Небесному. Это сладчайшее откровение сообщил Божественный Учитель святой Марии Магдалине, посылая ее благовествовать Свое Воскресение: иди к братьям Моим и скажи им: восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему, и к Богу Моему и Богу вашему (Ин. 20, 17). Несколько позже, когда святая Магдалина вместе с другими мироносицами вновь направилась к опустевшему Гробу, Спаситель даровал святым женам и счастье припасть к Его ногам: Иисус встретил их и сказал: радуйтесь! И они, приступивши, ухватились за ноги Его и поклонились Ему (Мф. 28, 9).