Чтение онлайн

Можно сказать, что это было своего рода моление о чаше святого Глеба. Хотя всей душой стремился он к встрече с братом-страстотерпцем в Горнем Царстве, но юное его существо всеми силами противилось смерти.

Палачей не тронули жалобные слова и слезы невинного отрока: подобно своему свирепому господину, они имели каменные сердца и сожженную совесть. Увидев, что надежды на избавление нет, святой Глеб упал на колени и стал молиться Богу: «Прещедрый, премилостивый Господь, не презри слез моих, но с жалостью посмотри на сокрушение сердца моего. Вот я закалаем – ни за что, ни за какую обиду. Ты знаешь, Господи, Господи мой. Я ведь знаю, что Ты сказал Своим апостолам: возложат на вас руки… за имя Мое… Преданы также будете и родителями, и братьями, и родственниками, и друзьями, и некоторых из вас умертвят (Лк. 21, 12, 16). Смотри, Господи, и суди. Вот готова душа моя пред Тобою, Господи, и Тебе славу воссылаем, Отцу и Сыну и Святому Духу».

Преподобный Нестор в «Повести временных лет» пишет о кончине святого Глеба и о том, как воссоединился он со своим любимейшим братом в обителях Отца Небесного: «Зарезан Глеб, как безвинный ягненок. Принесен он в жертву Богу, вместо благоуханного фимиама жертва разумная, и принял венец Царствия Божия, войдя в Небесные обители, и увидел там желанного брата своего, и радовался с ним неизреченною радостью, которой достиг своим братолюбием. Как хорошо и как прекрасно жить братьям вместе! (Пс. 132, 1). Итак, Глеб был убит и брошен на берегу между двумя колодами. Затем увезли его и положили рядом с братом его Борисом в церкви Святого Василия. И соединились они телами, а сверх того и душами, пребывая у Владыки, Царя всех, в радости бесконечной, Свете неизреченном, и подавая дары исцеления Русской земле, и всех приходящих с верою из иных стран исцеляя: хромым давая ходить, слепым – прозрение, болящим выздоровление, закованным освобождение, темницам отвержение, печальным утешение, гонимым избавление. Заступники они за Русскую землю, светильники сияющие и вечно молящиеся Владыке Богу о своих людях».

Пламенно любящие друг друга, неразлучные в детстве, свершившие одинаковый подвиг мученичества, они неразлучны и после кончины – святые братья обрели совершенное, счастливейшее и вечное единение в объятиях Бога Вселюбящего.

А в лежащем во зле мире умножался грех и разгоралась смута. Святополк Окаянный умертвил еще одного своего брата, Святослава. И стал Святополк думать: «Перебью всех своих братьев и стану один владеть Русской землею». Так думал он в гордости своей, не зная, что «Бог дает власть кому хочет, ибо поставляет кесаря и князя Всевышний тому, кому захочет дать. Если князья справедливы, то много согрешений прощается стране той; если же злы и лживы, то еще большее зло посылает Бог на страну ту, потому что князь – глава земли», – пишет в «Повести временных лет» преподобный Нестор.

(Единодержавие сулило великие блага Руси, но священное дело объединения народа Божия надлежало вершить чистыми руками. И не гнусному братоубийце Святополку было суждено это деяние. Прошли века, и достойный правитель – духовный сын святителя Московского Петра (1260–1326), благоверный Великий князь Иоанн Калита (1288–1340), стал собирателем Русской земли.)

Окаянный Святополк начал братоубийственную «охоту» на князя Ярослава, но на защиту его стеной встал Великий Новгород. А затем на стороне Ярослава выступил весь русский народ Божий.

Русская земля не желала терпеть правителя – братоубийцу и святоубийцу. Святого Глеба было уж не вернуть в этот мир, и народу стал мил князь Ярослав Владимирович, за справедливость и государственный ум прозванный Мудрым. Сумев оборонить свою жизнь от посягательств братоубийцы Святополка, Ярослав при общем ликовании занял великокняжеский престол.

Однако Святополк не унялся. Ненавидимый своим народом, он пытался захватить власть насилием. Святополк вел на Русскую землю ее врагов: то коварных поляков, то разбойников-печенегов – и лил кровь соотечественников ради вожделенной власти над ними. Наконец войска Ярослава и Святополка сошлись на Альте – той самой реке, у которой по приказу братоубийцы был зверски убит святой князь Борис. Став на месте убиения благоверного Бориса, Ярослав воздел руки к небу и воззвал: «Вот кровь брата моего вопиет к Тебе, Владыко, как кровь Авеля. Отомсти за него Святополку так, как братоубийце Каину, на которого Ты возложил стенание и трясение. Молю Тебя, Господи, пусть Святополк получит то же». С надеждой обратился Ярослав и к своим почившим братьям-мученикам: «О братья мои, если вы и умерли телом, то дивны благодатию и предстоите Господу. Помогите мне молитвою». Весь день длилась жестокая сеча, и только к вечеру Ярослав одержал победу.

В житии святых страстотерпцев Бориса и Глеба повествуется о страшной гибели их убийцы:

«Окаянный Святополк бежал. И напал на него бес, и расслабли кости его так, что он не мог сидеть на коне, и его несли на носилках. Он же говорил: “Бегите, вот гонятся за мною!” Посылали против погони, но никого не находили. Лежа в немощи, Святополк все вскакивал и говорил: “Бежим, опять гонятся! Ох мне!” Так не мог он побыть на одном месте. И побежал он через Ляшскую землю, гонимый гневом Божиим, и достиг пустыни между землей ляхов и чехов. Тут он лишился жизни и принял возмездие от Господа так, как свидетельствовала посланная на него болезнь о вечной муке по смерти. Так был он лишен той и другой жизни: здесь он лишился не только княжения, но и жития, а там не только Царства Небесного и пребывания с Ангелами, но и был предан муке и огню. Могила его осталась. От нее исходит злой смрад на показание людям, что если услышавший о сем сотворит подобное, то приимет и горше сего».

По летописному сказанию, «с того времени затихла на Русской земле крамола, и Ярослав получил господство над Русью».

Первой заботой Великого князя Ярослава Мудрого было отыскать и предать честному погребению тела его благоверных братьев-страдальцев. Скоро узнали, что тело святого Бориса тайно было положено при храме святителя Василия Великого в Вышгороде близ Киева. Но тело святого Глеба долго не могли найти.

Убийцы благоверного Глеба бросили его тело в дремучем лесу между двумя колодами. Господь чудесными знамениями показывал, где лежат честные мощи угодника Его: звероловы не раз видели над тем местом огромную горящую свечу, слышали ангельское пение. Сам святой Глеб не раз являлся в видениях жителям Смоленска. Наконец о чудесных явлениях в Смоленском княжестве сообщили Великому князю Ярославу, и тот сразу же сказал: «Там тело брата моего, святого Глеба». Священникам, которых Великий князь послал на поиски, смоленские охотники указали место, где видели таинственный свет и слышали неземное пение. Так были обретены нетленные мощи благоверного Глеба. «Тело святого Глеба, лежавшее пять лет на открытом воздухе, нимало не повредилось от перемен погоды; ни птицы, ни звери плотоядные не коснулись его; оно было белым и цвело нетлением, как живое».

По велению Ярослава Мудрого святые братья были погребены рядом, в вышгородском храме Святителя Василия. Единые на небесах, благоверные страстотерпцы Борис и Глеб соединились и на земле.

Вскоре начали совершаться чудеса и знамения у могилы святых страдальцев. Тогда Ярослав Мудрый построил в их честь пятиглавый деревянный храм. При открытии могилы святых Бориса и Глеба обнаружилось нетление их мощей. В день перенесения честных мощей князей-страстотерпцев в новый храм, во время Литургии, хромой, который ползал у раки князей-мучеников, внезапно встал на ноги, прославляя милость Бога и Его угодников Бориса и Глеба.

Некий слепец, усердно молившийся о помощи великомученику Георгию, сподобился явления святого Георгия Победоносца, который сказал ему: «Что ты взываешь ко мне? Если ты хочешь прозреть, я тебе поведаю, как сего достигнуть. Иди к святым Борису и Глебу, они, если пожелают, даруют тебе зрение, о котором ты просишь. Ибо им дана благодать от Бога в стране Русской прощать и исцелять всякие муки и недуги». Слепой прозрел после усердной молитвы святым русским князьям-мученикам. Они помогали прибегавшим к их небесному заступничеству сынам и дочерям земли Русской в их бедах: исцеляли слепых, хромых, сухоруких, чудесным образом освобождали оклеветанных узников из темницы, одновременно вразумляя их обидчиков…

Потомки Ярослава Мудрого чтили память великих пред Богом родичей своих, благоверных князей Бориса и Глеба. Внуки Ярослава Мудрого состязались в благоверном почитании первых святых земли Русской. Великий князь Святополк Изяславич сделал для мощей святых Бориса и Глеба серебряные раки, князь Владимир Всеволодович (Мономах) ночью тайно прислал кузнецов, которые оковали раки золотыми пластинами, а князь Олег Святославич воздвиг и повелел расписать новый прекрасный храм в честь благоверных князей-мучеников. Однако и здесь в дела благочестия замешалось пустое тщеславие: Святополк Изяславич воспротивился перенесению святых мощей в новый храм: «зане не он создал ту церковь». Когда Великим князем стал Владимир Мономах, он решил скрепить дружбу Русского княжеского дома торжеством перенесения мощей всеми чтимых братьев-страстотерпцев в этот не им созданный храм. Из Небесного Царства святые Борис и Глеб продолжали служить святому братолюбию и единению Русской земли: это празднество стало торжеством всего русского народа Божия, о котором в житии святых Бориса и Глеба повествуется:

«Когда Владимир Мономах княжил на Руси, умыслил он перенести сих святых страстотерпцев в каменную церковь, созданную князем Олегом Святославичем, и возвестил об этом князьям Давиду и Олегу. Те со своими сыновьями пришли к Вышгороду, прибыл и митрополит Никифор, собрав всех епископов, и многих игуменов, и чернеческий чин, клириков и священников. И сошлось сюда от всех стран Русской земли и от иных стран многое множество народа и князей, все бояре, старейшины и воеводы всей Русской земли и подчиненных ей областей. Все люди тут были, всякая область, богатые и убогие, здоровые и больные, так что наполнился весь город, и народ не находил места и по стенам городским.