Чтение онлайн

Утром, - а оно началось для него где-то после полудня, - Роберту сообщили, что заболел Джон Аррен. Вечером Роберт зашел к старику в Башню Десницы, но поговорить не удалось. Джон был плох, бредил и никого не узнавал.

– Он уходит, - с печалью в голосе сообщил мейстер Пицель. – Болезнь убивает его.

«Болезнь…»

О короле Роберте можно было сказать много дурных слов. Он был пьяницей, развратником и мотом, ненавидел жену и совсем не занимался своими детьми, - а ведь один из них должен был когда-нибудь унаследовать Железный Трон, - он практически не интересовался делами государства, передоверив их деснице и членам малого совета. Все это так, но при всем при том король не был дураком и смог сразу заподозрить, что его наставник отравлен, а Пицель, сука, зачем-то это скрывает.

«Начать расследование? – задумался он, наблюдая за враз состарившимся лордом Арреном. – А смысл? Максимум, поймаем отравителя, а заказчика… Заказчик вывернется. Так есть ли смысл ввязываться во всю эту головную боль?»

И все-таки, для очистки совести, он решил хотя бы попытаться что-нибудь сделать, ну или сделать вид, что озаботился расследованием.

«Кто у нас Мастер над Законами? – прикинул Роберт, - Ренли – мастер. Вот пусть он и проведет расследование!»

Роберт не сомневался, что Ренли с этим не справится, не его уровень, но формальности будут соблюдены, и об этом можно будет больше не думать. Он и не думал, поскольку его занимал совсем другой вопрос. Джон умер, его похоронили, и Семеро с ним, но кто теперь будет править вместо него?

Очевидными кандидатурами казались его брат Станис и отец Серсеи Тайвин Ланнистер. Станис, конечно, не дурак, но он аскет и праведник. С такими взглядами на жизнь королевство ему доверить было нельзя. Что же касается Тайвина, то легче передать ему трон и самоубиться, потому что Ланнистеры и так уже правят Вестеросом и заправляют Королевской Гаванью, еще один Ланнистер, да еще на таком важном посту, и считай, Баратеоны старались для этих драных кошек. Выбор без выбора оказался тяжелой ношей, но на следующий день, протрезвев после очередной пьянки, Роберт вспомнил о Неде Старке.

Со Старком они вместе росли, служа оруженосцами Джона Аррена. Детство и юность в Долине запомнились, как лучшее время в его жизни. Их дружба с Недом могла бы продолжаться и дальше, но Семеро решили по-другому, и в их жизнь вошла война. Восстание, битвы… Это было хорошее время, - как выяснилось, Роберт умел и любил воевать, - и Нед тоже прославился, как воин и полководец, но потом Роберт совершил непростительную ошибку. Во-первых, нельзя было так быстро соглашаться на свадьбу с Серсеей Ланнистер. Это поспешное решение наверняка оскорбило Неда, и его в этом смысле можно понять. Лианна, о которой все время рыдал Роберт, была Старк, и этим все сказано. Но было и кое-что «во-вторых». Глупо было, зная щепетильность Старка, открыто радоваться убийству Элии Мартелл и их с Рейгаром детей. И ведь Роберт от этого конфликта ничего не выиграл. Все равно пришлось приказать Тайвину сдать Старку тех двух ушлепков, которые превратили простое задание в кровавую вакханалию. И казной поделиться тоже пришлось, а дружба… Дружбы не стало. Нед за время войны возмужал и научился не только быстро действовать, но и думать, хотя от чистоплюйства так и не избавился. В результате дружбы нет, а Старк, говорят, процветает. Жену, - ту самую, навязанную ему Хостером Талли, - спровадил и живет теперь сразу с двумя женщинами. Паук говорит, одна действительно жена, а вторая – давняя любовница. И не факт, что старший сын леди Дейн действительно лорд Гринвуд, а не бастард Неда, грех которого покрыл один из его знаменосцев. Впрочем, как бы то ни было, Старк сейчас лучшая кандидатура. Деятельный, умный, волевой и, что немаловажно, у него в Королевской Гавани нет своих людей. Значит, будет независим и служить станет одному лишь Роберту. Хорошей новостью стало и то, что еще во время подавления восстания Грейджоя, Тайвин Ланнистер сумел поладить со Старком, и это именно он предложил выдать Мирцеллу за Брана Старка. Не дружат, но торгуют и не конфликтуют, и значит в Королевской Гавани можно ожидать всего лишь холодного мира, но не приготовлений к войне.

Как и обычно, если он все-таки вынужден был принимать решения, - чего Роберт терпеть не мог, - он делал это, как командир на поле боя: быстро и решительно. Так и на этот раз. Решил, объявил свою волю, и уже через седмицу королевский поезд тронулся в путь. Ну, что сказать? Он успел забыть, какое большое у него королевство, и как медленно двигаются обозы. Темп задавала карета Серсеи. Огромное, тяжелое и неповоротливое сооружение на колесах, сверху до низу украшенное золотом и алыми тканями. Тянули его шесть тяжеловозов, запряженные цугом, но быстро двигаться у них не получалось. В общем, ехали долго, и, если бы не биваки с вином и девками, Роберт, наверное, сошел бы с ума. А так ничего. Проехали цивилизованные земли, затем покрытый болотами и какими-то невнятными зарослями Перешеек, и неожиданно оказались на Севере.

Роберт севернее Близнецов никогда не бывал и о Севере знал только понаслышке. Вроде бы, бедная земля. Холодная и неприветливая, где даже летом порой выпадает снег. Малонаселенная, что при ее размерах делает ее попросту безлюдной. Однако действительность оказалось совсем иной. Ров Кейлин уже не выглядел развалинами, как его описывали путешественники. Он снова стал грозной крепостью, и, будучи военным специалистом, Роберт увидел главное. Если Юг когда-нибудь попрет на Север, как это случилось во времена андальского завоевания Вестероса, здесь южане и полягут. Первые люди выбрали стратегически правильное место для крепости, а Старк вернул Рву Кейлин былое величие.

Дальше больше. Королевский Тракт на всем протяжении от Рва Кейлин до Винтерфелла оказался в гораздо лучшем состоянии, чем, скажем, в Королевских или Речных Землях, а вдоль него тут и там видны были укрепленные усадьбы и небольшие замки, деревни, обнесенные частоколом, и странноприимные дома, гостиницы и харчевни. И все это было новое, то есть, даже дураку стало бы понятно, что речь идет о переселенцах, а этот народ просто так на Север не двинулся бы. Роберт, который вначале лишь восхищался переменами, очень быстро понял главное: Север не только развивался быстрее других королевств, он так же увеличивал свой военный потенциал. Каждая деревня на два десятка домов – это, как минимум, один тяжеловооруженный всадник и от восьми до десяти человек легкой пехоты, а деревень таких здесь было много. То есть, тех деревень и замков, которые были видны с тракта, но ведь люди живут везде, а не только близ главной дороги, но и в глубине страны.

– Сир Селми, - обратился он к старому рыцарю, - какими числами описывается военный потенциал Севера?

– Во время Восстания говорили о двадцати или даже двадцати пяти тысячах. Сейчас, думаю, уже около сорока.

Цифры Роберта заинтересовали. Получалось, что, если, не дайте Семеро, случится война, Север способен выстоять в одиночку. Слабым местом окажутся лишь морские побережья, но высадка десанта с моря в малонаселенной местности без дорог и жилья, это палка о двух концах. С одной стороны, высадиться легче, а с другой – снабжать такую армию морем дорого и сложно, а найти припасы на Севере совсем не просто. К тому же, если все деревни вдоль Королевского Тракта обнесены частоколом, то в диких местах они наверняка укреплены еще лучше.

«Нед явно не терял время зря!»

К счастью, при всех сложностях, возникших в отношениях между ними, Старки не враги, а союзники. А если Нед согласится стать Десницей, то и вовсе, все наладится. Такие мысли посещали его в пути не раз и не два, но, в конце концов, их путешествие подошло к концу, и он увидел, наконец, Винтерфелл. Замок был хорош. Размерами он не уступал Красному замку, а его укрепления вызывали уважение. Высокие стены, многочисленные башни, мощный, - и, кажется, новый, - барбакан, защищающий главные ворота, и возвышающиеся над внутренними высокими стенами купол Главной Твердыни и два донжона, древний и более современный.

Дальше все происходило строго по протоколу. Гвардия Старков выехала навстречу Роберту и сопроводила его до открытых настежь ворот замка, и он в сопровождении двух своих гвардейцев, Ланнистера и Селми, въехал во внешний двор Винтерфелла. Не без труда спешился, и тут же к нему шагнул Старк.

– Ваша милость, Винтерфелл ваш! – сказал он Роберту и опустился на колено.

Одновременно с Недом опустились на колени все его домочадцы.

– Встань, Нед! – потребовал Роберт. – Не заставляй меня наклоняться. И забудь уже о «милости». Мы ведь друзья!

– Как скажешь, Роберт!

Нед выпрямился, и Роберт не без зависти заметил, как молодо выглядит его старый друг. Старку трудно было сейчас дать больше двадцати пяти, а ведь они ровесники.

– Разреши представить тебе мою семью и домочадцев, - между тем позвал его Старк пройти к вставшим с колен мужчинам, женщинам и детям.

Практически никого из них Роберт никогда ранее не встречал. Младший брат Неда Бенджамен с супругой и детьми, вторая жена Старка Лилиан с их маленьким сыном, носившим странное имя Арктур, дети от первой жены Бран и Арья и бастарды Кейтилин Талли Роб и Санса. Присутствие их здесь и сейчас многое говорило о Неде, и это были хорошие слова. Этот высокий и крепкий парень и красивая рыжеволосая девочка даже не были бастардами самого Старка, и все-таки они были здесь, и Нед представил их по именам, назвав детьми его первой жены. Слово «бастард» так и не прозвучало. Что же касается его второй жены, то Роберт должен был признать, что она молода и красива и, судя по всему, это брак по любви. Он даже успел позавидовать Старку, но в этот момент случайно взглянул влево и буквально обомлел. Там, чуть в стороне от Старков стояла Лианна. Ну, то есть, первое впечатление было именно таким. Он. Увидел. Лианну Старк. И его даже жаром обдало от мгновенного узнавания, но, когда он шагнул к ней, за спиной раздался спокойный голос Неда.