Чтение онлайн

— Э-э... я... я не знаю, — пробормотал Нил, явно не обладая талантом лжеца.

— Да ладно вам, мистер Нил... Пожалуйста... Не умничайте... Дайте ее мне...

— Я думаю, что все это ускользнет от вас, инспектор... Но... входите... и на этот раз берегите голову!

— Спасибо, что предупредили, — улыбнулся инспектор.

Он провел рукой по своим волосам, которые были короче, чем английский сад. Его горб, непоколебимый препятствие, блестел, как никогда большой.

— Вот книга.

Инспектор пролистал ее, с гримасой на лице.

— А... А перевод?

— Здесь! — воскликнул Нил с лукавой улыбкой, похлопывая себя по виску указательным пальцем. Все спало внутри этого уродливого черепа.

— И... и тогда вы мне скажете! — проворчал инспектор, нахмурившись. Его черты лица, строгие и геометричные, напряглись.

— Я... я не обязан... Нет, ничто меня не обязывает...

Он отступил назад, чтобы оказаться вне досягаемости неловкого жеста горы мускулов.

— Конечно, вы обязаны! — зарычал инспектор, едва не выходя из себя. — Вы, наверное, не все поняли! Это одно из самых разрушительных дел, которые когда-либо существовали, и Джек Потрошитель сейчас, наверное, переворачивается в гробу! Так что вы либо переведете мне эту книгу, либо я задержу вас за соучастие!

Нил побледнел как лед.

— Д… да, но Уоллес имеет право знать… Этот сборник доказывает, что он не причастен к этой истории…

По крайней мере, его сознательная часть…

— Хорошо… Я обещаю рассказать ему все… Вы имеете мое слово! — воскликнул он, поднимая правую руку.

Он достал из кармана диктофон и включил его.

— Я слушаю...

— Вот. Эта книга содержит свидетельства племени из Гайаны. Монгов. Они живут в джунглях и с ними трудно связаться. Перейдем к фактам. Страница четырнадцать!

Он облизнул пальцы и перевернул страницы.

— В общем, это означает следующее, но я заменил некоторые слова другими, чтобы это имело смысл для вас.

— Хорошо, продолжайте, — нетерпеливо сказал инспектор.

— «Я исключительный охотник. Я ловлю обезьян и съедаю их до костей. Ничего не остается. По одной за ночь.

Переворачивание страницы, скрип бумаги. Погруженный в темноту, загипнотизированный монотонным журчанием крана, инспектор с некоторым неудобством приблизился к лицу Нила.

На улице температура упала — прогнозировали грозы — и прохладный ветер пробежал по спине полицейского. Небо серьезно потемнело, и вдали надвигалась кавалерия злобных облаков, полных злых намерений. Притаившиеся у окон и на крыше черные воробьи взлетели в вихре мусора.

Нил продолжил.

— «Я чувствую себя хорошо. Сильным, сильнее. Я больше не боюсь смерти. Я больше ничего не боюсь.

Он снова перевернул страницу.

Нельзя сказать, что на каждой странице много текста!

Я бы тоже быстро написал такую книгу!

Несмотря на определенный скептицизм, инспектор поддался очарованию этих мрачных рассказов.

— Еще две страницы, я продолжаю.
– Я знаю, что я такой. Я счастлив. Моя жизнь имеет смысл. Я люблю своего зверя. Он силен.
– Я благодарю белого человека. Он исцелил меня. Он спас меня.

— Вот и все, что касается первого свидетельства... Он дал инспектору время осмыслить последние слова. Что вы об этом думаете?

— Должен признаться, что я не многое понял.

Это... происходит ночью. Он пожирает целых обезьян? Кому он благодарен?

— Больше я вам не скажу. Послушайте это. Пять страниц. Так мало и так много одновременно. Каждое слово имеет значение.

Он сосчитал... Страница тридцать два.
– Сначала я не понимал. Другие следовали за мной. Я убивал животных.
– Я пожирал их. Они мне ничего не говорили. Я просыпался. Я не знал.
– Я забыл. Теперь я знаю. Я вижу себя. Я встаю ночью.
– Гибкий, ловкий. Я вижу все вокруг себя. Без солнца. Без луны. Я убиваю, я знаю, что убиваю.
– И я никогда не останавливаюсь. Каждую ночь...

Нил встал, чтобы осветить комнату, которая стала темной, как винный погреб. К симфонии прибавился шум больных электронов, а яркий свет неоновой лампы обелил их лица, как грим клоуна. Каждая морщина инспектора, углубленная заботами последних дней, прорезала его глаза.

— Итак, инспектор, что-нибудь прояснилось?

— Д... да... Эти люди ночью и днем разные. Ночью они убивают животных. Они питаются ими. А днем они снова становятся нормальными. Правильно?

— Совершенно верно! Точно то же самое происходит с Уоллесом. Ночью он совершает неконтролируемые поступки, а днем никогда их не помнит.

В этих рассказах почти все люди с самого начала осознают, что с ними происходит. Но некоторые, как тот, о котором я вам только что прочитал, не знают этого. — А этот в конце концов все-таки узнает? — спросил полицейский, который, как ни странно, верил в эту чепуху. Мрачная атмосфера трущоб, безусловно, сыграла свою роль... И это темнеющее небо...

На горизонте грохотал гром...

— Да, но нигде не объясняется, откуда они знают.

Другие, вероятно, играют роль, чтобы он осознал свои поступки. А теперь посмотрите на это.

Он перелистывал страницы одну за другой, указывая в некоторых местах на набор иероглифов, которые, казалось, составляли фразу.

— Посмотрите сюда... Потом сюда... И еще сюда...

— Всегда одни и те же символы, — констатировал инспектор, облизывая кончиками пальцев холодные и шероховатые надписи. Снаружи дождь начал лить с небывалой силой, вызывая суматоху на улице и поток грязных капель в тазы, расставленные на земле.

— Вы... вы знали, что будет дождь? В прошлый раз этих тазов не было. У вас нет ни телевизора, ни радио...

Откуда вы знали?

— Бог не наделил меня внешностью, но зато дал много других качеств. Одно из них — предчувствие погоды... Итак, инспектор, что это за символы?

— Да... все те же, в конце страницы... Что это значит?

— «Спасибо белому человеку, нашему спасителю!

— Черт возьми. Кто... кто он?

— Если прочитать всю книгу, то становится ясно, что он обладает способностью превращать этих людей в то, чем они являются. Это он! Это он превращает их таким образом. Животные ночью, люди днем! Скажите, тела, которые вы находите, это не просто трупы. Их плоть съедают?