Чтение онлайн

Выходившие за рамки организаций связи на основе систем личных взаимоотношений существовали также между руководителями провинциальных партийных комитетов и военной элитой. Переплетение неформальных и формальных структур в отношениях между гражданскими и военными органами в новом государстве имело три формы: (1) на основе внутренней организационной схемы военной администрации, (2) на основе центральной военной администрации, (3) через основанные на «влиянии» связи дружин времён Гражданской войны.

Во-первых, система внутренней организации вооружённых сил стимулировала неформальные связи между региональными руководителями и военными командирами. После Гражданской войны основанная на территориальном принципе структура вооружённых сил примерно соответствовала региональной административно-территориальной структуре. Существовала система личных взаимоотношений между региональными партийными руководителями и командирами военных округов. Командиры округов почти были членами исполнительных бюро региональных комитетов партии; аналогичным образом региональные первые секретари официально включались в военные советы округов. Хотя эта система взаимосвязанных руководящих органов была одним из примеров стратегии центра по созданию параллельного бюрократического контроля, на практике региональные руководители и военные очень редко вмешивались в дела друг друга [325] .

Во-вторых, центральное административное руководство вооружёнными силами было пронизано системами личных взаимоотношений, в которые также входили ведущие руководители провинциальных партийных комитетов. В частности, в середине 1920-х в центральную военную администрацию вошли члены систем Средней Волги — Средней Азии и Украины. В 1924 году одна из группировок в Политбюро ЦК организовала заговор, целью которого было помешать Троцкому претендовать на роль преемника Ленина как руководителя страны. В результате Троцкий был вынужден уйти в отставку с поста наркома по военным делам и по существу отказаться от базы своей власти в центральной военной администрации. Среди тех, кто получил наибольшую выгоду от последовавших за этим кадровых перестановок, были ведущие члены РВС 4-й армии, которая возглавила отвоевание Средней Азии. Например, комиссия, которой была поручена реорганизация военной администрации, выбрала на роль преемника Троцкого на посту наркома по военным делам Михаила Фрунзе, командующего 4-й армией [326] . Председателем этой комиссии был С.И. Гусев, в комиссию входил также Валериан Куйбышев — оба они служили вместе с Фрунзе в качестве политкомиссаров в РВС 4-й армии [327] . В составе этой комиссии были также два члена системы личных взаимоотношений во главе с Куйбышевым из самарского подполья — Андрей Бубнов и Николай Шверник [328] . Бубнов в то время был введён в центральную военную администрацию и избран кандидатом в члены ЦК вместо Владимира Антонова-Овсеенко, имевшего личные связи с Троцким. Во время Гражданской войны Бубнов работал в РВС Украины и Северного Кавказа [329] .

В-третьих, дружина времён Гражданской войны создавала фон, на котором впоследствии появилась основанная на «влиянии» система связей между региональными руководителями и высшим командным составом армии. Как бывшие члены реввоенсоветов ведущие руководители провинциальных партийных комитетов тесно взаимодействовали с военнослужащими Красной армии на фронтах Гражданской войны. Матрица в таблицах 5.1 и 5.2 показывает интенсивность связей на основе систем личных взаимоотношений между военной элитой и региональным руководством в начале 1930 годов. В этой таблице, где приведены сведения на июнь 1934 года, фигурируют фамилии наркома обороны (Ворошилова), трёх заместителей наркома обороны (Гамарника, Тухачевского, Егорова) и одиннадцати командующих округами [330] .

Во время Гражданской войны провинциальные комитетчики сражались рядом с военными. Например, Иосиф Варейкис спас Тухачевского, когда тот летом 1918 года был захвачен в плен в Симбирске и заключён в тюрьму сражавшимися с большевиками силами [331] . Левандовский, будучи командующим 11-й армией, работал в тесном взаимодействии с ведущими членами региональной системы Закавказья в ходе военных кампаний по возвращению Закавказья и Северного Кавказа под власть большевиков. Орджоникидзе прозвал его «Бесстрашным» [332] .