Чтение онлайн

– И эти копыта совершенно неудобны, - добавил он.
– Трудно делать научную работу с помощью копыт, могу вас заверить.

– Представляю себе, - я уставился на него, задрав голову.
– Николь сказала мне, что ваш эксперимeнт находится в завершaющей стадии.

– Почти завершен, - поправил он меня.

– 0,кей.... он почти закончен, а?

– Скажем так, я вижу свет в конце туннеля.
– Он опустил рогатую голову и принялся покусывать мою шляпу. Это была узкополая шляпа в стиле 1930-х годов, я носил ее иногда на делo.

– Эй, оставьте ее!
– зарычал я, отскакивая.

Он печально взглянул на меня левым глазом.

– Извините. Но, кажется, в этом теле я люблю шляпы. Поедание шляп это, очевидно, одно из обычных занятий жирафоглавов.

– Но не эту шляпу!
– сказал я.
– Эту шляпу нельзя заменить.- Я осмотрел ее - небольшого кусочка недоставало в ее полях. Николь начала нервничать. Она вцепилась в мой рукав.

– Слушай, Сэм, ты собираешься искать Иску?

– Вообще-то, это работа Солярполиции, - сказал я.
– Может быть, они уже нашли ее?

– Нет, нет, нет, - доктор Уыани изогнул шею и качнулся взад-вперед. Этого не может быть, я не заявил о ее похищении.

– Почему?
– удивился я.

– Совершенно необходимо, чтобы мой эксперимент был обеспечен тотальной секретностью. Я не могу рисковать, привлекая полицию со всей Системы, которая будеъ жужжать вокруг меня день и ночь.

– Я вас не понимаю - сказал я грубо.
– Безопасность вайей дочери должна быть принесена в жертву какому-то дурацкому эксперименту !

Хвост-щетка доктора Умани хлопнул его по корпусу.

– Уж не думаете ли вы, что мне безразлична судьба Исмы?!

– Во всяком случае, вы ничем этого не показываете.

– Если моя работа удастся, то, может быгь, удастся спасти всю Систему, а не только мою дочь. Я не могу идти на риск. Исма поняла бы меня раньше всех.

– А для меня сейчас самое подходящее время выяснить, что там происходит в вашей лаборатории!
– сказал я, двигаясь к двери.

– Нет еще!
– доктор Умани рысью подбежал к двери, наставив на меня рога.
– Я не могу позволить даже вам, мистер Спейс, войти в мою рабочую квартиру на этой стадии.

– Тогда изложите мне суть дела, - сказал я.
– Объясните мне точно, что вы там делаете и кто ваши враги. Если не хотите, чтобы я вышел из дела. Сейчас же.

– О, Сэм, ты не можешь не освободить Исму!
– воскликнула Николь.
– Ты не такой негодяй!

– Конечно, не такой!
– заверил ее Умани.
– Мистер Спейс никогда не покинет мою дочь в трудную минуту.

Я блефовал, и он это понял. Я пытался выдать из него информацию, но он на это не клюнул.

– В надлежащее время вы узнаете о моем эксперименте все, - сказал Умани. На его большие влажные глаза падали тени от густых ресниц.
– Я должен просить вас поверить мне.

– Какой мне еще остается выбор?
– сказал я,приседая, гак как он снова потянулся за моей шляпой. Я снял ее и сунул за пояс.. Нет смысла выводить его из-под самоконтроля.
– А сейчас у вас есть, что мне сказать?

– Разумеется, есть, - сказал он.
– Я могу сообщить вам, что Ронфостер Кэйн, король роботов, вовлечен в этот свирепый бизнес.

– Откуда вам это известно?

– Я слышал, как один из киднапперов пробормотал его имя, вскользь, разумеется, но для меня этого было достаточно, чтобы понять, кто стоит за похищением моей дочери.

Я кивнул.

– Это подкрепляет мои подозрения. На самом деле Кэйн может быть Ф., используя этот инициал как прикрытие. Я начал связывать их обоих вместе с той минуты, когда мышекоп на Юпитере сказал мне, что контора, из которой Ф. посылал открытку, принадлежит Кэйну. Должно быть, он купил всех мышей, судя по тому, как они отказывались прислушиваться к моей логике.

– Если моя догадка правильна, - сказал Умани, - то он содержит Исму на Меркурии, в своем замке-крепости. Это место охраняет огненный дракон - мне говорили, раздражительная скотина, но много спит.

– Кэйн?

– Нет, огненный дракон. Говорят, он медлителен и обычно дремлет, пока его не разозлят. Лишь когда он зол, он на что-то способен.

– Я буду иметь это в виду, - сказал я.

– Я присмотрю за Николь,пока вас не будет,- пообещал Умани.

– Хорошо, - сказал я.
– Мне бы не хотелось, чтобы эти жулики снова добрались до нее. Видете ли, ее пытали.

– О, боже - Умани подскакал ближе к девушке и опустил длинную шею, уставясь на нее здоровым левым глазом.
– Что они с вами делали, дорогая?

– Вначале, - сказала она ему, - они кололи мой живот папоротниковыми спицами, а это больно!

Она показала живот и следы уколов.

– Затем они меня изнасиловали,- сказала она деловито.

– Как ужасно!
– воскликнул доктор Умани.

– Да нет, вообще-то, - сказала она.
– Меня насиловали много раз. Это не так уж и плохо, когда привыкнешь.

– Я лучше отчалю, - заявил я.

– Не раньше, чем я изложу вам условия, - возразил Умани.

– Какие условия?

– На которых основан киднапинг. Каждый киднапинг имеет условия. Вам следует прихватить их, как часть багажа.

– шпарьте, - сказал я.

– Я лучше воссоздам сцену, - сказал Умани. Он уселся перед дверью в лабораторию и задрал два передних копыта. Левый его глаз с безмерной печалью уставился на меня. Это длинные ресницы создавали такой эффект. Каждый жирафоглав выглядит печальный.

– Мы получили закуску в городской секции Ням-Ням, - стал рассказывать он.
– Я в теле великолепного старого банджиста, джазового певца, моя дочь Исма и мой двоюродный брат, Варлаг.

Мы заказали легкую трапезу из кислого молока и жаренныx нобурнов и сидели за сголом, собираясь приступить и еде, как вдруг стена здания растаяла.

– Какой материал?
– осведомился я.

– Вы озадачены?

– Да, из чего оно было сделано?

– Глиннокирпичная и полиметаллическая надстройка и с почти каменным основанием, насколько я мог определить.

– Значит, они должны были использовать теталорный деэнертизатор"эмерс" с вращательным цилиндром 20-"0, - сказал я.