Справедливость для всех
Шрифт:
— Чтобы взять город, понадобится много воинов, — глухо вымолвил он после всех манипуляций. — Для этого нужно много золота. У меня больше нет средств.
— Их было достаточно, чтобы купить настоящую армию, — напомнил Раньян. — Три сотни человек, обоз, таран и осадная башня. Войско наверняка не выслужило оговоренный срок, должны были остаться…
Бретер осекся, Елена откинула назад голову, стиснув зубы. Озарение было мгновенным, ослепляющим и шокирующим. В сознании билась одна лишь мысль: ну конечно… как обычно, в сложных планах все ломает непредусмотренная и глупая мелочь. Они с Артиго все так хорошо придумали и продумали… и никому в голову не пришла очевидная мысль: у обычного нанимателя никогда нет денег, чтобы оплатить службу сколь-нибудь значимой военной силы. Он всегда обещает, звенит кошелем, платит какие-то авансы, однако в конечном итоге неизменно рассчитывает на грабеж. Нет, разумеется, бывает, что «поряжатель» действительно богат, но такое происходит очень редко. И здесь, кажется, не тот случай.
— Полностью вложился в тот приступ? — только и спросил бретер. — Без остатка?
— Хуже, — горько оскалился Молнар. — Ничего уже не было. Все ушло на тяжбу в Мильвессе. Проклятый Шапюйи, тварь, мразь, подонок! Шаврик! Городская шваль и потатуй! Он сам столичный и университетский. Знал, кому занести. Перебил мою взятку!
— Но… откуда войско? — вырвалось у Елены.
— Из Пайта, — вымученно сказал барон. — Я был там перед самым бунтом, пытался занять… у разных людей. То есть сначала я искал правоведа. Потом стало ясно, что в судах дело уже не решить, никак.
Забавно, подумала женщина, значит, мы были в столице тетрархии в одно время. И, может быть, ты даже обращался к Ульпиану, когда меня с ним не оказалось. Однако не пересеклись Что ж, немудрено, все-таки мегаполис Ойкумены, хоть и не полумиллионный Мильвесс. Затем женщина поняла, что ничего забавного тут нет.
— Никто не дал, — предположила она вслух.
— Дали, — буркнул Ауффарт. — Мало. И под дьявольский процент. Хватало на осадные машины. Таран, башня. На солдат не хватало. Потом…
Вновь продолжительный вздох и перекатывание перстня. Барон тяжко и неподдельно страдал, выворачивая душу перед непонятно кем, но, судя по всему, иного пути уже не видел.
— Затем один граф помог в моих заботах. Долгая история. Я оказал некую услугу для друга императора Оттовио. Отряд хорошей пехоты стал наградой. Что было дальше, вы знаете.
Ауффарт ожег посланников бешеным взглядом и прошипел, дав чувствам волю:
— Чужеяды!
— То есть денег ты им не давал, — Раньян как будто не заметил ругательство, теперь уже адресное. Потер лоб, бормоча под нос и не стараясь быть вежливым. — Зачет услуг.
— Ну… почти так. Сложнее, но да.
— То есть это не ты завершил предприятие, как деловой человек? Когда стало ясно, что цена штурма будет чрезмерной? — хлестал безжалостными вопросами Раньян. — Наемники посмотрели на стены, узнали знакомые рож… лица Коста и Белого. Еще стало известно, что ополчение пополнилось свитой Артиго? Так и было?
— Кто мог предположить, что это не свита, а пеший сброд!? — натурально взвыл барон. — Еще тот слух про битву за деревню, перебитых до единого «живодеров»… Все решили, что Готдуа привел не меньше двадцати латников! Наемники отказались идти на штурм. Обдувалы, черти веревочные!
— Отказались и ушли? — уточнила для себя Елена, видя, что Раньян молчит, склонив голову и стискивая ее побелевшими пальцами.
— Да. Сказали, услуга риска не стоит. Отправились туда, где платят золотом.
— А осадные машины?
— Какой в них толк без пехоты? Продал, чтобы заплатить проценты.
Барон устал крутить перстень и швырнул его на середину стола. Золотая печатка солидно и внушительно брякнулась на поцарапанную сосновую доску. Ауффарт резко встал, пинком отбросил трехногий стул попа, оказавшийся некстати на пути. Кажется, сломал. Барон оперся обеими руками на стол в позе Кеннеди, которую Елена помнила по знаменитой фотографии.
— У меня двадцать семь человек личной дружины, — проскрежетал Ауффарт, не поднимая голову. — Десять стрелков. Еще десятка три тех, кому можно дать пику, не рискуя, что они сразу воткнут ее себе в ногу. И долги, которые нечем платить.
Елена потерла переносицу, как очкарик, снявший с носа оправу. Посчитала вслух:
— Фейхан может выставить четверть тысячи ополченцев. Все снаряжены из городского арсенала. Ватники, кольчуги. Хорошее оружие и шлем у каждого.
— Я знаю! — рыкнул Ауффарт.
Теперь встала и заходила Елена, размышляя над тем, что все строилось на простом и очевидном предположении: барон состоятелен и упорот в намерении подмять Свиноград. Следовательно Ауффарта необходимо уговорить принять участие в махинации. Оказалось, наоборот — Молнар готов на все, однако нищ и никакой практической ценности как союзник не представляет.
— Кажется, «вечность» из этих буквиц не сложить, — констатировала переговорщица, нервно потирая запястья.
* * *
«Корабль праведных»
«Desenchantee»
«Pourvu qu’elles soient douces»
Музыка:
Глава 5
Будет весело и страшно
Былое…
— Так… — сказала Елена, по большому счету для того, чтобы сказать что-нибудь. Молчать было как-то… неуютно, а квалифицированно, по существу она высказаться не могла за отсутствием надлежащего опыта.
— Ага, — согласился Марьядек.
Женщина покосилась на него, гадая: браконьер так ее «зеркалит» и высмеивает или действительно думает, что в этом «так» содержится глубокий смысл.
Как положено обычному, нормальному населенному пункту, Свиноград был окружен широким поясом обжитого пространства. Пригород был сложно структурирован и разнообразен — домики, ночлежки, мастерские, сараи с амбарами, всевозможные склады, огороды и так далее. Сейчас большая часть оказалась брошена и оставлена, жители укрылись за прочными стенами Фейхана. Произошло все достаточно быстро, слаженно и так, будто не раз отрабатывалось на учениях. Очевидно, фейханцам это было не впервой. Внутрь завозилось, заносилось и заводилось все, что могло идти своим ходом, перетаскиваться вручную или ехать на телегах. Прочее безжалостно и решительно бросали. Женщины голосили, мужчины хмурились и ругались, но как-то рутинно, опять же — привычно. Горожане и причастные явно предпочитали остаться погорельцами, нежели пообщаться непосредственно с наемниками барона Молнара.
Елена посмотрела налево, направо, затем обратила взгляд за спину, в тыл.
Стены Дре-Фейхана мало походили на то, что показывали в исторических и приключенческих фильмах. Город был очень древний, знал времена упадка и подъема, которые сопровождались расхищением строительного материала или наоборот, активной застройкой. Поэтому оборонительные сооружения представляли собой аналог забора в Чернухе, только с поправкой на бОльшую капитальность и вложенные средства. Где-то стена поднималась на высоту до десяти метров и была сложена из цельного камня, где-то представляла собой заплатку из бревен, едва-едва достигая метров пяти-шести. Но по большей части ограждение состояло из двух тонких стен, пространство между которыми заполнялось мусором, утрамбованной землей и щебнем. Кое-где высоту наращивали при помощи известняковых блоков, но, как обмолвился Бьярн (определенно большой специалист в осадах крепостей), обычно так делали мало и нехотя. Считалось, что вес может оказаться слишком большим, и под нагрузкой «поплывет» основной массив. По преданию именно так в свое время обвалился «баронов» участок, оказавшийся чрезмерно слабым и тонким.