Чтение онлайн

В ходе январских реформ в области культуры перед Меджлисом был поставлен вопрос об уничтожении памятника Реза хану и сооружении памятников Саттархану и Багирхану. Без проволочек памятник основателю шахиншахской империи Пехлеви Реза хану в тебризском саду «Гюлистан» был снесен. В постановлении, подписанном председателем Меджлиса Мирзой Али Шабустари, записано: «Памятник диктатору Реза хану, предавшему свободу иранского народа, обескровившему Азербайджан, убрать из сада «Гюлистан»; на его месте поставить памятник национальному полководцу Саттархану и переименовать сад «Гюлистан» в сад имени Саттархана. У крепости Арк — символа борьбы Азербайджана за свои права и оплота движения моджахедов — поставить памятник Багирхану» [519] .

Наряду с реформами в области культуры и просвещения в стране были осуществлены правовая, административная, торговая, избирательная и законодательная реформы. 8 января Милли Меджлис принял постановления о выборах в окружные, территориальные и местные энджумены и муниципалитеты. По первому вопросу было решено организовать энджумены в вилаетах, махалах и секторах, причем выборы в вилаетах проводить через каждые 2 года, а в махалах и секторах — каждый год. Граждане страны, достигшие 20 лет, обладали правом голоса, а в возрасте 25–70 лет получали право быть избранными.

Второй раздел закона был посвящен обязанностям энджуменов. По закону о выборах в муниципалитеты, число членов энджумена в Тебризе определялось в 65 человек, в центрах вилаетов — 47 человек, в центрах махалов — 31 человек, в центрах секторов — 25 человек. В соответствии с этим, путем тайного голосования избирались исполнительные органы численностью: в столице — 17 человек, в вилаетах — 11 человек, в махалах — 9 человек, в секторах — 7 человек. Муниципальные энджумены избирали главу муниципалитета, его заместителя и двух сотрудников (уполномоченных). В обязанности энджуменов входило: работа городских служб и контроль над ними, формирование муниципального бюджета и контроль за расходами, распродажа муниципального имущества и сбор налогов [520] .

В период с 14 по 18 января на выборах в 213 городах Южного Азербайджана были избраны 5971 человек. Несколько позже завершились выборы в 10 вилаетах, 21 махале и 151 секторе. В целом в 1946 году в разного рода выборные органы были избраны 39 тысяч человек. Участие такого большого количества людей в выборных органах и управлении государством было невиданным для Востока явлением [521] .

В ходе январских реформ Милли Меджлис произвел изменения в финансово-налоговой сфере. Отмена феодального права в юриспруденции значительно усилила роль и авторитет судов. В новом законе говорилось: «Все законы и постановления о диванном наказании отменяются. В Азербайджане дела о преступлениях государственных и муниципальных служащих будут рассматриваться в общих судах. Государственный или муниципальный служащий, получивший при исполнении своих служебных обязанностей взятку деньгами или товаром, должен быть осужден на срок от трех до пятнадцати лет и принудительные работы, или тюремное заключение, или смертную казнь. Сама взятка, будь то деньги или товар, конфискуется в пользу государства» [522] .

Важнейшей задачей того периода была подготовка проекта Конституции и ее принятия. По этому поводу 11 января 1946 года М.Дж. Багиров дал распоряжение М.Т. Якубову, М. Ибрагимову, А. Атакишиеву и Г. Гасанову договориться с Национальным правительством через Пишевари о том, чтобы ускорить обнародование Конституции хотя бы в порядке ее предварительного обсуждения и обязательно включить в нее пункт о праве автономии вести самостоятельную внешнюю торговлю [523] .

Однако Пишевари не согласился с требованием М.Дж. Багирова о скорейшем обсуждении и публикации Конституции. Он считал, что следует не спешить с публикацией текста проекта Конституции до тех пор, пока не прояснятся все вопросы второго этапа национально-демократического движения. К тому же Конституцию следовало принять на Учредительном собрании, созыв которого, по мнению Пишевари, пока преждевременен.

Еще до образования Конституционной комиссии было объявлено решение Милли Меджлиса об организации внешней торговли. Были разрешены противоречия между правительством и Английским банком. Они возникли вследствие того, что Тебризский банк в рамках межбанковских операций выписал Английскому банку чек на 17 тысяч туменов. Но руководство Английского банка отказалось оплатить этот чек, так как банк не имеет официальных отношений с Национальным правительством, а Тегеран запрещал отпускать деньги новому правительству. В связи с этим Пишевари направил руководству банка письмо, в котором объяснил, что действия банка создают экономические и финансовые проблемы для Национального правительства. Пишевари также предупредил, что снимает охрану банка и уже не будет нести ответственности за все, что может произойти с банком. Напуганный директор банка явился 9 января к министру финансов и заявил, что не питает враждебных чувств к Национальному правительству. Он попросил организовать встречу с Пишевари, которая и состоялась 11 января. Директор спросил у премьер-министра, в чем выражается враждебное отношение Английского банка к азербайджанскому Национальному правительству. Пишевари перечислил: выкачивание денег из Азербайджана, создание финансовых затруднений на рынке, непризнание подписей директоров тебризских банков и т. д., и, в свою очередь, спросил: «Чем же можно назвать все это, если не враждебным отношением». На это директор банка ответил, что он написал письмо в Тегеран и ждет указаний. Он также пытался выяснить, что означает фраза «Национальное правительство снимает с себя ответственность за возможные последствия». Пишевари объяснил, что при возможных конфликтах банка с азербайджанскими купцами, при задержке переводов и т. д. Национальное правительство будет не в состоянии оказать какую-либо помощь, а также вынуждено будет снять охрану банка. На замечание директора, что банк охраняется полицейскими, Пишевари ответил, что эти полицейские ныне подчиняются Национальному правительству, и оно вправе в любой момент их отозвать. Далее директор интересовался, почему Национальное правительство не разрешает вывозить товары в Тегеран. Пишевари объяснил это тем, что Тегеран не платит за товары. Вывозя из Азербайджана продукты, он стремится создать здесь нехватку товаров и голод. Но Национальное правительство этого не допустит. «Дайте нам валюту — дадим вам товары любого качества и сколько хотите». Директор также жаловался, что не может получить шифровку по телеграфу и просил разрешить связь с Тегераном по шифру с условием, что о содержании каждого шифрованного сообщения будет известно Национальному правительству. Пишевари дал согласие на это [524] . Таким образом конфликт был улажен.

Нарушение торговых связей с другими районами Ирана сильно осложнило экономическое положение Азербайджана. 14 января группа купцов обратилась к Национальному правительству с предложением заключить торговый договор с Советским Союзом. В обращении указывалось, что Иран, особенно Азербайджан, на протяжении многих лет имеет тесные торговые отношения со своим ближайшим соседом — Россией. Географическое положение, близость торговых путей способствовали укреплению взаимовыгодных торговых и экономических связей двух стран, показатели импорта и экспорта между которыми всегда были сопоставимы. Торговые соглашения, заключенные между Ираном и Советским Союзом в 1927, 1931, 1935 и 1940 годах, сыграли большую роль в развитии промышленности и всей экономики Ирана. Иранский Азербайджан и его столица Тебриз связаны с Советским Союзом железной и шоссейной дорогами, а также воздушной линией. Советский Союз обеспечивал Азербайджан сахаром, мануфактурой, силикатными изделиями, транспортными средствами, нефтепродуктами, стройматериалами и т. д., в то же время оставался основным покупателем азербайджанского скота, сухофруктов, кожи, шерсти, ковров, зерна и т. п. Помимо этого, важные торговые пути, связывающие Азербайджан с европейскими рынками, проходят через Советский Союз. С учетом всего этого, купцы обратились к Национальному правительству с просьбой начать непосредственные торговые переговоры с СССР, надеясь, что Советский Союз с пониманием отнесется к этой инициативе. Обращение подписали влиятельные купцы, промышленники и землевладельцы [525] .

Подобные этому письменные и устные обращения в большинстве своем были организованы по совету первых лиц в правительстве или же советских политработников. Тем не менее, исходя из этих обращений, Национальное правительство в середине января приняло решение, в котором говорилось: «Предательская политика тегеранского правительства привела к тому, что во всех городах и деревнях развивается производственный и торговый кризис, в результате которого экономическая жизнь Азербайджана оказалась под угрозой… Нельзя приносить азербайджанский народ в жертву политическим играм тегеранского правительства. Рано или поздно экономическому кризису придет конец». С этой целью под руководством Министерства торговли предполагалось создать комиссию из высокопоставленных чиновников, поручить ей в скорейшем времени приступить к переговорам по поводу организации внешней торговли, уточнить перечень экспортных и импортных товаров, подготовить и представить в Меджлис проект закона о свободной торговле с зарубежными странами [526] .

Как только стало известно об этом, Совет Народных Комиссаров СССР 15 января принял решение о поставке железных труб для улучшения водоснабжения города Тебриза. С разрешения комиссара нефтяной промышленности СССР Н. Байбакова было решено выделить из фонда «Азнефти» 25 тысяч метров труб на сумму в 430 тыс. рублей и через советское торговое представительство в Иране продать азербайджанскому правительству. По договоренности, Национальное правительство должно расплатиться в течение трех месяцев или деньгами, или товарами.

После принятия азербайджанским правительством решения о свободной внешней торговле, М.Дж. Багиров обратился к Сталину и Молотову с рекомендацией заключить торговый договор с Иранским Азербайджаном, который был бы единственным выходом из создавшегося положения. В соответствии с указаниями Сталина, переданными через Микояна, Национальному правительству было рекомендовано внести в Конституцию пункт о праве на ведение самостоятельной внешней торговли. Руководители Национального правительства обсудили этот вопрос с представителями купечества и помещиков и приняли соответствующее решение. Так как в обращении купцов был упомянут Советский Союз, полный текст этого документа в газетах не был опубликован. М.Дж. Багиров предлагал, хотя бы временно, увеличить закупки в Иранском Азербайджане, предоставить Национальному банку кредит на сумму 50–60 миллионов риалов, заключить непосредственно с Национальным правительством Азербайджана торговый договор. В то же время в документе указывалось, что президиум Милли Меджлиса принял решение создать комиссию по разработке проекта Конституции, в которой предусмотрено право Национального правительства Азербайджана на ведение самостоятельной внешней торговли [527] .

Позднее М.Дж. Багиров направил в Москву примечательную справку о борьбе с безработицей и улучшении социального положения, озаглавленную «О потребности в рабочей силе для Азербайджанской ССР», что было сделано с целью укрепить отношения между двумя Азербайджанами. В справке указывалось, что для выполнения намеченных мероприятий по подъему добычи нефти в ближайшие годы потребуется дополнительная рабочая сила численностью не менее 25–30 тысяч человек. Кроме того, ощущается большая нужда в рабочей силе на стройках, развернувшихся в республике. В частности, на строительстве Мингечаурского гидроузла требуется не менее 15 тысяч человек, в управлении «Дашкесанрудстрой» — 5 тысяч человек, в промышленном и жилищном строительстве «Азнефти» до 15 тысяч человек, Второму Бакинскому водопроводу и другим крупным коммунальным стройкам города Баку — 10 тысяч человек. Таким образом, автор справки утверждал, что в целом республике в ближайшее время потребуется до 80–85 тысяч человек. М.Дж. Багиров предлагал привлечь в нефтяную промышленность и на стройки республики свободную рабочую силу, имеющуюся в большом количестве в Южном Азербайджане. Во-первых, об этом поступили многочисленные обращения безработных, во-вторых, среди них имеются квалифицированные нефтяники, высланные некогда из Советского Азербайджана как ираноподданные. По мнению М.Дж. Багирова, использование 80–85 тысяч безработных азербайджанцев в значительной степени уменьшит безработицу в Иранском Азербайджане, а также позволит создать кадры квалифицированных рабочих, часть которых в дальнейшем можно использовать для развития промышленности в самом Южном Азербайджане [528] . Но Москва не согласилась с этим предложением.