Чтение онлайн

Вот что я взял от практика:

+4 к медитации.

Брал куски воспоминаний об этом процессе, чтобы не перешагнуть границу бонуса.

+2 к специальности и бонус «Знаток ядов», заменивший собой бонус «токсикологии».

Практик оказался не чужд алхимии, причем особенно налегал, как несложно догадаться, на яды. Яды, которые сложно обнаружить, быстро выдыхающиеся яды, распадающиеся в теле яды. Яды, которые работают только в паре с катализатором. Особо огромным куском воспоминаний оказалось нанесение этих ядов на всевозможные поверхности, до которых обязательно дотронется жертва. Хотя воспоминание, где преступник, ухмыляясь, наносит яд на край ночного горшка, я предпочел бы не видеть.

Вчера я проверил саму школу. А вот сегодня договорился об инспекции постройки на горе Тянь-Шань.

Подходя к назначенному времени к массивным воротам школы Небесного Гнева, понимаю, что внутрь меня, похоже, не позовут. Прямо у входа уже толпится группа практиков в синих одеяниях. Рядом стоят глава школы в темном (почти черном) ханьфу и старший сопровождающих — Ардан Тарс, облаченный в такой же мрачный наряд. У стены сложены тюки с вещами, инструменты, канаты, какие-то крючья и прочие свертки.

Глава, минуя всякие церемонии, сразу перешел к делу:

— Ты вовремя, Бронсон. Эти люди — ваши сопровождающие. Будьте благоразумны и постарайтесь не отлучаться никуда от них. Во избежание всяческих неприятных моментов.

Как радушно.

— Я и не собирался шататься в одиночку. Если мне покажут все, что нужно для проверки, вопросов не будет. Я пришел не ради диверсий, а ради инспекции. Вы же помните те самые бумаги с внушительными печатями?

— Тогда я спокоен, — не отреагировал на маленькую колкость глава. — Уверен, инспекция не выявит нарушений, потому как проект форта разрабатывали умные люди, учитывая всевозможные нюансы.

— Тем лучше, — откликнулся я.

Чем меньше проблем, тем быстрее я разберусь, что здесь к чему.

— Группу поведет Ардан Тарс, — закончил настоятель. — Он отлично знает маршрут и лучше всех справится с безопасностью группы во время пути.

— И, пожалуй, выдвинемся мы прямо сейчас, — подал голос Ардан.

Вот так и началось мое маленькое путешествие. Через шумные городские кварталы к главным воротам, а дальше — по укатанной дороге к самому подножию горы.

Вскоре начался подъем. Каменная лестница, извиваясь змеей, уползала вверх. Половина ступеней, как всегда, была покрыта снегом и коркой льда, но по лестнице все равно было проще подниматься, чем по открытым ветру ледяным тропам, по которым пришлось шагать дальше.

Первые часы, когда мы шагали к горе и поднимались по лестнице, я молчал, как и все остальные. Но здесь я не выдержал тишины, разбавленной только свистом ветра, и прибавил шагу, поравнявшись с Арданом Тарсом.

— Скажи, Ардан, — начал я, чтобы разведать обстановку, — Мне все не дает покоя вопрос: почему у одних учеников одеяния синие, у других — белые, а у настоятеля и у тебя — темные?

Я думал, мне не ответят, проигнорируют. Это тоже было бы своего рода ответом. Однако Тарс неожиданно сказал, перебивая завывания ветра:

— Потому что мы — школа Небесного Гнева. Юные адепты нашего Пути похожи на облачко: легкое, белое. Чуть ветер подует, и его или унесет, или развеет. Чем дальше продвигаешься Путем, тем сильнее становишься. Набираешь мощь и опыт, как туча — влагу. Ткань темнеет. Черный — это гроза, до нее доходят немногие.

— Тогда неудивительно, что настоятель в черном.

— Настоятель — гроза, — без тени иронии подтвердил Ардан, не отмечая, что и он носит почти черные одежды. — Угроза для наших врагов.

Мы шли дальше. Практики старались не сбить себе дыхание, особенно на крутых участках. Снег противно скрипел под ногами. Стылый ветер проверял на прочность нашу одежду (мою так вообще продувал насквозь), бросал снежную крошку в лицо.

Разговаривать в такой непогоде было сложновато, да и не хотелось. Я невольно задумался: если все же придется убивать духовного зверя, что дремлет на вершине, то как это лучше сделать?

Никто не мешает подготовить мощный заряд и поджечь, взорвать накопленную там духовную энергию — зверь точно не переживет такого. Но минусы очевидны: рванет так, что разнесет всю вершину. Будет шумно, а последствия будут аукаться по окрестным потокам силы еще месяцами, если не годами. Куда проще будет прикончить его во сне каким-нибудь быстро распадающимся ядом или усиленным снотворным. Можно зашвырнуть их в ту же ноздрю, через которую зверь вдыхает порошки, что ему подносят практики школы, а после — тихо добить и разобрать тушу на ценные ингредиенты. Выгодно, эффективно… но пока — слишком уж преждевременно. Убитый зверь обрадует секту Тьмы и все окрестные секты и мелкие культы, но я еще не услышал от самой Школы доводов в пользу сохранения этого зверя.

Мы двинулись вдоль скалы, защищающей нас от ветра и снега. Тут было тише и можно было немного поговорить.

Ардан Тарс усмехнулся, когда я спросил его о возможной опасности, исходящей от громадного духовного зверя.

— Опасность? — переспросил он. — Монстр — не угроза, а возможность совершенствоваться. Ты понимаешь, что именно он — источник ледяной духовной энергии? Практики нашей школы медитируют рядом с ним и поглощают эту Ци, осваивают ледяные техники и растут быстрее. Не было бы его — не было бы ни школы, ни практиков, ни самого города — не выстоял бы против тварей. И да: зверь нам не принадлежит, и не нам решать, опасно ли держать его на вершине. Это один из даров небожителя — для всего города и для окрестной долины. Мы лишь бережно пользуемся тем, что дано.

— Можешь рассказать подробнее?

Практик заговорил более серьезно, будто давал урок:

— В давние времена сам Гуань-ди перенес этого зверя на вершину, чтобы люди имели опору для Пути. Ци зверя — как маяк: она тянет к себе ледяные течения, удерживает и преумножает их. Из-за этого здесь возникла школа. Здесь родились наши методы работы со льдом. Гуань-ди разместил по всему Руанскому королевству иных духовных существ — каждое в узловой точке, где их присутствие выправляет течение сил. Одни существа владеют огнем, другие — помогают расти лесам, третьи — источают водную Ци. В каждом регионе они помогают людям учиться слушать стихию. Так было задумано. Так мы и живем.

С этого ракурса в историю про бесчеловечное чудовище, которое убило прочих богов, верится с натягом.

— Допустим, я тебе верю. Но я не слышал, чтобы рядом с сектой было спящее чудовище.

— Такого нет, — через силу признал практик. — Ваш зверь находится в пещерах и не покидает их, потому что слишком велик для узких проходов. Но не все звери остаются в тех местах, куда их поместил Гуань-ди. Наш бы не остался. Приходится держать его во сне.

— А что будет, если ваша горная зверюга все-таки проснется? Лично для меня стройка форта на самой вершине выглядит, мягко говоря, подозрительно. Копошиться вокруг спящего зверя — риск. Вы не можете этого понимать, но все же упорствуете.

— Мы упорствуем, потому что рядом с духовным зверем духовной энергии больше, — спокойно ответил Ардан. — Это ускоряет развитие практиков и позволяет удерживать на вершине стабильные формации. Форт не для бравады, а для безопасности: он фиксирует потоки, гасит лишние выбросы силы. Раньше практики медитировали на вершине, сидя в снегу, и умирали. Мы хотим это изменить, вот и все. А риск… Мы столетиями удерживали этого зверя на вершине горы. Может, мы знаем, что делаем?

— Слова красивые, — покачал я головой. — Но риск никуда не исчезает.