Чтение онлайн

Такая, с позволения сказать, одежда ничего не скрывала и притягивала глаза разведчиков надежнее, чем полная нагота.

Разведчикам, после полугода вынужденного воздержания, соседство с полуголыми девицами вряд ли доставило бы удовольствие.

Даже сейчас, проходя мимо разгружающихся повозок, Больц своим острым нюхом чуял густой женский запах. В этом было какое-то безумие, но знаменитое в Пограничной Страже изощренное чутье егеря говорило ему, что большинство скованных, угоняемых на чужбину женщин, сейчас не умирали от страха и неизвестности, а обильно текли, как в предвкушении страстного желанного свидания.

Запах страха шел только от детей.

Нет уж, чем сидеть рядом с ними на палубе, лучше в душном трюме с потными мужиками. Хотя бы голову от похоти не снесет.

А Больц сейчас не был уверен и в себе самом...

***

Ватагу Акима взяли среди ночи в ножи удивительно легко. Никто не сторожил и не берегся, здесь, у Волчьих Клыков.

Брали аккуратно, с расчетом на то, что одежда понадобится, старались не попачкать кровью. И в душе даже ничего не шелохнулось. Курицу - и то было бы жальче.

Они солдаты на вражеской территории и этим все сказано...

Да и что там могло шевельнуться после того, как мимо разведчиков прошло столько караванов с имперскими рабами.

Единственную трудность представлял сам Аким – его надо было разговорить, но так, чтобы он своими воплями не разбудил стражу в Клыках.

Но и с этим справились. Этому егерей не учили, но отец кое-что рассказывал. Да и старшина тоже знал некоторые интересные подходы.

Рассказал Аким о том, где припрятана кубышка. И о ценах, по которым торгуется с капитанами. И то, что знал о некоторых капитанах...

У Больца было много вопросов. Не зря он пролежал под кучей плавника у задней стенки хибары почти сутки.

Душевная получилась беседа, до самого рассвета.

А поутру у причальной стенки ошвартовалась шняга Тофика...

***

И уже вечером того же дня четверка разведчиков, одета в отрепье Акимовых работников, шла по пропахшим дегтем и рыбой припортовым улочкам Дерзкого в поисках самого дешевого ночлега.

Палаши и кольчуги были замотаны в грязные тряпки, обветренные лица не привлекали внимания.

Четыре крепких мужика идут по вечерним улицам Дерзкого.

Что тут необычного?

Хотя...

Они же трезвые...

Это действительно очень необычно в городе моряков.

***

Глава 5. Остров-порт Дерзкий

«... На загнанного в угол не дави...».

Сунь-цзы «Искусство войны»

Кубышка Тощего Акима тоже оказалась не слишком жирной, но на самое главное хватило.

На комнату.

Пусть под самой крышей, зато уютная и с настоящими кроватями. Тюфяки были набиты морской травой, а на постелях лежало какое-никакое, а белье.

Обед.

С солью и приправами. Мясо. Прожаренное. Овощи. В меру соленые и острые. Лук и чеснок.

Лепешки и хлеб. Свежий.

И никаких трав.

Пиво.

И даже по чарке крепкого вина - отпраздновать, но не расслабляться.

А потом – баня.

С горячей водой и брадобреями. С мягким ароматным паром. И бассейном с теплой водой.

Больц поначалу опасался вести своих людей в баню. Южная баня – это целый ритуал, а в Империи не приветствовались бани по южному образцу.

Именно в таких местах чужаки становятся видны как на ладони – мелочи в повседневных привычках, а как много могут сказать знающему человеку. Казалось бы – простейшее повседневное действие, что тут такого? А помочись стоя там, где все привыкли делать это сидя...

Но потом все-таки решил рискнуть.

В Дерзком пересекались пути со всего Мира, потому и банщики должны были насмотреться всяческих чудаков. Единственное, чем решил подстраховаться – пивом и вином, чтобы пахло. Чтобы если что, любое недоразумение списывать на то, что были пьяны с отвычки до полного изумления...

Но все прошло чудесно.

Банщики в Дерзком привыкли встречать клиентов в глубоком подпитии, особенно во время зимних штормов, когда команды маются на берегу и пьют по-черному, неделями...

Поэтому разведчиков приняли чуть ли не под руки, намылили, размяли, в теплую воду занесли и оставили отмокать, счастливых и размякших донельзя.

Нашлось и исподнее на продажу, и портянки в сапоги.

Предлагали и другие услуги: рабынь и мальчиков. Но Больц сразу сказал – денег из общей кубышки на это дело нет. Так и обошлись.

Перетерпится.

Когда разведчики заходили в баню – солнце, хмурившееся сквозь обложные тучи, царапалось к зениту.

Вышли, когда вечерние тени уже вытянулись во весь рост.

Но никто не расслаблялся. Все окружающее было чуждым и потому дышало опасностью...

***

Дерзкий был уникален.

Маленький островок в устье Белой Змеи был единственным клочком суши на пару дней плавания. А устье - единственным место, куда можно было высадиться, чтобы войти в Степь. От острова до берега - четверть летнего дня спокойной гребли, или и того меньше – если под парусом и при попутном ветре.

Островок изначально имел берега, изрезанные удобными бухточками и два источника пресной воды, которые били на острове то ли волей богов, то ли капризом ландшафтов...

С тех пор минули века, и земля на Дерзком стала, вероятно, самой дорогой в обитаемых странах.

Домишки громоздились друг на друга и карабкались все выше и выше. Узкие улочки почти перекрывались над головой раздувшимися стенами вторых, третьих и даже четвертых этажей и мансард.

И почти каждая улочка скатывалась вниз, к морю, открываясь на бухты и бухточки.

Места для складов и пакгаузов на островке, давно превратившемся в сплошной городок, категорически не хватало, поэтому то тут, то там на воде покачивались отходившие свое в открытое море баржи и корабли, чьи еще держащиеся на воде корпуса превратились в хранилище товаров и запасов, а зачастую – и в недорогое жилье.

Если можно говорить об архитектурном стиле Дерзкого, то он определялся предельно лаконично – из говна и палок. И местные жители весьма поднаторели в этом типе строительства.