Чтение онлайн

Извиняться перед ним и пытаться договориться я не собиралась как минимум потому, что сейчас это было неуместно.

— Им нужно многое обсудить. Мне тоже любопытно, но я дал себе слово не спрашивать, если Мира сама не расскажет.

Почти минуту я малодушно позволяла себе думать, что ослышалась, а потом покачала головой, старательно давя нервную улыбку.

— Это ваши семейные дела. Герцог Удо помог мне, но меня они не касаются.

Он выдержал паузу, как будто пришёл его черед теряться с ответом, а потом едва слышно хмыкнул:

— С каких пор ты величаешь его титулом?

— С тех самых, как он к нему вернулся.

В груди отчего-то противно заскребло, но именно здесь, перед этой чертовой плитой, в голове наконец прояснилось. За стеной замка больше не имела значения ни моя неосмотрительность, ни глупость Удо. Что бы он ни вбил себе в голову под влиянием момента, герцог Керн не мог позорить себя связью, допустимой для бродяги Тобиаса.

Мне следовало на два дня раньше это понять.

А его кинжал, так и оставшийся лежать на столике возле кровати в отведённой мне спальне… Нужно будет вернуть, как только выберусь отсюда.

Тем временем старший герцог Керн успел обдумать услышанное.

— Осталось только ему об этом сообщить, — он пожал плечами так легко, будто мои слова вовсе ничего не значили.

Именно сейчас мне, вероятно, следовало заверить его в том, что я всё понимаю и готова убраться с его территории так быстро, как он прикажет. Или выполнить любые его условия и сидеть тихо как мышь.

Вот только во рту отчего-то пересохло и губы не слушались.

— Что ты сделала с его кошмарами?

Он перевёл тему так неожиданно, что я позорно вздрогнула снова.

— Я не делала ничего.

— Тогда это очень странно. Удо сказал мне, что хорошо спит уже третью ночь. Так ещё ни разу не было.

Голос герцога Бруно стал задумчивым, а я предпочла цепляться взглядом за кусок чёрного мрамора перед собой. Он стал неожиданно хорошей опорой.

— Я думала, сделал ты.

Обращаться к нему «Ваша Светлость» было бы ещё глупее, чем пытаться угодить.

Какая, к черту, «Светлость» после того, что я привела к его порогу…

— Я пытался. Мне не удалось, — теперь в его тоне звучала смесь задумчивости с досадой и сомнением, так похожая на ту, что я пару раз слышала от Удо. — Всё эта чёртова справедливость.

Услышать от него подобное было странно и ожидаемо одновременно, и именно это непостижимым образом помогло мне заговорить связно:

— Значит, ты будешь продолжать, пока всерьёз себе не навредишь. И тогда он, может быть, наконец подавится своей гордостью и попробует разыскать этого чертова барона.

Понимая, что делаю именно то, чего минутой ранее пообещала не делать, — сую нос куда не следует, — я продолжала смотреть на его надгробие, а герцог вдруг засмеялся. Удивительно, но в таком месте это не звучало кощунственно. Скорее, до дрожи уместно.

— Не стоит думать об Удо лучше, чем он есть, госпожа Ханна. Пока что единственная причина, заставившая его хоть как-то пошевелиться, это ты.

— Не нужно называть меня госпожой, ты знаешь, что мне это не подходит.

Я развернулась раньше, чем успела понять, что делаю, и мы наконец посмотрели друг на друга.

Того тусклого освещения, что было в склепе, хватило, чтобы разглядеть, насколько в самом деле они похожи. Разве что старший герцог Керн носил волосы немного длиннее и черты его лица были не такими резкими и хищными, как у Удо, но близкое родство их было очевидно.

— Я знаю, что, хочешь ты того или нет, тебе придётся к этому привыкать, — он коротко и устало улыбнулся. — Так или иначе, ты заставила его вернуться. А значит, даже если бы в прошлый раз ты кого-то убила, это тоже больше не считалось бы.

Поняв, что глупо приоткрыла рот, я тряхнула головой и призвала себя быть сдержаннее.

— А это, черт побери, ещё что значит?

Это значило, что живой, здоровый и в своём уме Удо был ему дороже десятка даже мёртвых крестьян. А я не смела требовать от него подобного признания вслух.

— Это значит, что наше знакомство происходит при весьма странных обстоятельствах, — кивая мне на старые могилы, герцог улыбнулся снова, но на этот раз улыбка была короткой, лукавой и очень красивой. — Пойдём на свет.

Он первым шагнул к двери и протянул мне руку. Ещё один простой, но так много значащий жест.

Вкладывая пальцы в его ладонь, я отметила, что они всё ещё дрожат, но теперь за это почему-то не было стыдно.

За то время, что я провела в усыпальнице, солнце успело взойти выше, и я тряхнула головой, подставляя ему лицо и волосы.

— Мира сказала, что ты очень красивая, но я не думал, что настолько, — наблюдая за мной, герцог продолжал улыбаться, и только теперь я заметила, что на нём простая рубашка с по-домашнему распахнутым воротом.

Не имей я представления о размерах его состояния и степени влиятельности, легко приняла бы за… лесника?

Видимо, это было у них семейное.

— Я начинаю подозревать, что у всех Кернов проблемы со зрением.

Он засмеялся и покачал головой, предлагая мне опереться на свой локоть.

— Уверяю тебя, нет. Даже если цвет твоих волос и глаз был создан колдовским путём, это ничего не значит. Почему, черт возьми, именно самые красивые женщины в себе сомневаются?

Бруно интересовался настолько всерьез, что я засмеялась сама.

— Вы оба не в себе.

Мы не спеша шли по той же пустой дороге. Пахло тёплой травой, летом и ещё чём-то хорошим.

— С Удо, как я понимаю, вы сегодня ещё не виделись, так что скажу сам, — Бруно прижал мое запястье локтем чуть крепче. — Королевский патруль, из-за которого поднялся такой шум, вы не убивали.

Я остановилась и выдернула руку, чтобы посмотреть ему в лицо.

— Я не настолько дура, герцог.

— Ты не поняла, — Бруно развернулся так, чтобы солнце било ему в затылок, а не мне в глаза. — Вы в самом деле их не убивали. Те, от кого вам пришлось отбиваться, были обычной швалью. Они прикончили солдат и забрали их плащи и оружие.

Осознав услышанное, я не сразу смогла вдохнуть.

— Значит, нам сказочно повезло.

— В этих местах не так давно появилась новая банда. Судя по всему, те ублюдки откололись от неё. Остальные нанялись к мерзавцу, который гнался за тобой. Пауль, кажется?