Чтение онлайн

Случившееся потрясло Збрану Горена, он испугался содеянного. И, конечно, попросил жену не рассказывать о переданной просьбе. Психоз и амнезия Грады сыграли ему на руку, хотя он давно придумал объяснение этой просьбе и не боялся обвинения в убийстве – только лишних подозрений.

Полученная информация ставит некоторые вопросы к сделанным ранее выводам. Вряд ли истинный убийца мог рассчитывать на сочетание столь немыслимых факторов, как появление в одной точке огненной реки и сына Югры Горена. Мы уже рассматривали вопрос, какое событие должно было инициировать самоубийство (скорей всего, попытка разглашения информации), но представляется сомнительным, что убийца использовал столь маловероятное сочетание двух событий одновременно.

И Белен, и Изветен отрицают способность Югры Горена к истинному предвидению (и вообще отрицают возможность предвидения кем бы то ни было). Однако экстатические практики, в которых пробовал себя Югра Горен, являются предметом изучения герметичных наук, и ответ на этот вопрос надо искать у экспертов-чудотворов. Возможно, он будет получен.

Проводив Хладана до портала – а было уже далеко за полночь, – Крапа Красен собирался сесть за дневники Айды Очена, ему не терпелось дочитать их до конца. Но едва он открыл двери в кабинет, как увидел силуэт человека в кресле у окна и шагнул назад от неожиданности.

– Да ладно, не пугайся так, – раздался знакомый уже голос. – Я же просто зашел, по-человечески. А мог бы прикинуться кинским аспидом у тебя под одеялом.

Крапа перевел дух и зажег солнечные камни. Он ждал чего-то подобного. Верней, очень хотел, чтобы это произошло.

– Я рад видеть тебя в добром здравии, – ответил он гостю.

– Да, я как раз и заглянул, чтобы поблагодарить тебя за оказанную мне услугу. Не пойму только, что подвигло тебя на этот странный поступок. Я на великодушие чудотворов не рассчитывал.

– Может быть, мы снова выпьем кофе? У меня был трудный день.

– Почему же нет?

Экономка уже спала, и Крапа не стал ее будить из прихоти выпить кофе среди ночи. Кроме того, он любил варить кофе, да и готовил вкусней, чем это делала прислуга.

Гость не скучал в его отсутствие – изучал корешки книг в библиотеке, но немедленно вышел обратно в кабинет, когда Крапа вернулся.

– Ты не ответил на мой вопрос: зачем тебе понадобилось ломать стрелу?

– Чтобы никто не понял, что она не дошла до твоего сердца, – усмехнулся Крапа. – Чтобы про нее забыли.

– Не хочешь говорить – не надо. Я и сам догадаюсь. Кстати, ты не хотел бы побывать в замке Сизого Нетопыря? Я завтра как раз туда собираюсь и мог бы составить тебе компанию.

Крапа слегка опешил от столь откровенной просьбы вывезти из города Живущего в двух мирах – наверняка вместе с мальчишкой Йеленом. Да, Крапа пошел против своих, когда сообщил всем, что Живущий в двух мирах мертв. Да, он на многое согласился бы, чтобы предотвратить войну в Млчане. Но вот так, напрямую, помогать врагам Верхнего мира… Одно дело восхищаться находчивостью Живущего в двух мирах и радоваться тому, что он обвел вокруг пальца Огненного Сокола, и совсем другое – предложить для этого свою карету…

– В ответ я бы сделал тебе подарок. Инде я подарок уже сделал, и, я смотрю, тебе он пришелся по вкусу. – Живущий в двух мирах кивнул на письменный стол, где были разложены дневники Айды Очена. – У меня есть мои собственные дневники. В них – подробная история Цитадели и не только, конечно. Я не делал со своих дневников копий, не пришлось. И мне кажется, твоя библиотека – более надежное место для них, нежели книгохранилище замка.

Крапа помолчал, раздумывая.

– Ты предлагаешь мне принять непростое решение.

– Разве? – Живущий в двух мирах сделал удивленное лицо.

– Видишь ли, я готов защищать интересы Исподнего мира, я желаю ему лишь добра и процветания. Но это вовсе не значит, что я согласен выступать против своего мира и его жителей…

– А, то есть ты, как все чудотворы, хочешь, чтобы и волки были сыты, и овцы целы? Так?

– Послушай. – Крапа поморщился. – Я знаю, тебе есть за что ненавидеть Верхний мир…

– Я не испытываю ненависти к Верхнему миру. Я искренне ненавижу чудотворов, и на это у меня точно есть причины.

– Но это же не повод уничтожить сотни тысяч людей Верхнего мира!

– Крапа, мне кажется, ты чего-то недопонял… Свод рухнет без нашей с тобой помощи. Про «крылья нетопыря» в Откровении – это метафора, не более. Вряд ли ты владеешь прикладным мистицизмом так же хорошо, как Инда, именно поэтому я отдал свой расчет энергетической модели двух миров ему, а не тебе. А он, я думаю, не поделился с тобой сделанными мною выводами.

– И какие выводы ты сделал?

– Время жизни свода – не более десяти-двенадцати лет при условии, что Исподний мир не тряхнет войной, не начнется новый виток охоты на колдунов, не случится еще одной чумы. И при условии, что производственные мощности Верхнего мира не будут расти.

– И ты уверен в правильности этого расчета?

– Я боюсь, не сделал ли я ошибки в другую сторону… Прорыв границы миров спасет множество жизней в Верхнем мире, а в итоге – и в Исподнем, потому что смерть Верхнего мира – это и смерть Исподнего, только долгая и мучительная. Ты меня понимаешь?

– Отток энергии из Храма сохранится, а притока не будет никогда. – Крапа прикрыл глаза. – Да, это действительно смерть, я уже думал об этом. Но, признаться, мне не приходило в голову, что прорыв границы миров – это спасение…

– Подумай и об этом тоже. Если падение свода неизбежно, то миссия Йоки Йелена выглядит несколько по-другому. С этической точки зрения, конечно. Но я не об этом. Я о загородной прогулке по Северному тракту. Ну и об истории Цитадели.

– Погоди… Если падение свода неизбежно, то… Ведь чудотворы должны что-то предпринять… Хотя бы предупредить людей…

– Это не ко мне. Думаю, в Афранской Тайничной башне знают и главные направления, по которым пойдет падение свода, и зоны наибольших разрушений. Не суйся в это, Крапа Красен, ты потеряешь ту власть, которую имеешь, и тогда не сможешь сделать ничего.

Перед храмовниками Крапа отчитываться не собирался, трудней всего было объяснить скоропалительный отъезд Явлену. Однако Крапа придумал повод: своими глазами взглянуть на последствия взрыва в Спасо-Чудотворной лавре. А чтобы не объясняться с Явленом очно, он продиктовал записку Желтому Линю и велел отнести ее Явлену часика через два-три. Для секретаря он тоже нашел надежный повод остаться в Хстове – переписка дневников Айды Очена.

Оставался только кучер, но ему Крапа доверял вполне – как и всей своей прислуге. Малый был туповат, если не сказать – слабоумен, но предан Крапе. А еще любил лошадей и быструю езду. Вряд ли этого увальня Огненный Сокол выбрал своим осведомителем, он обычно не имел дела с дурачками. Ночью, давая согласие Живущему в двух мирах, Крапа не думал о риске – его больше волновала этическая сторона вопроса. Наутро же он представил, чем для него закончится «загородная прогулка», если о ней узнает Явлен, а вслед за ним – Хладан. Но, взвесив все за и против, Крапа решил оставить кучера: сесть на козлы самому или взять наемника было бы еще более вызывающе.