Чтение онлайн

– Мои родители тебя приютили! Ты должен быть благодарным, что носишь имя Хартман! – Вспомнила и Эмилия, что она не обычная красивая девочка, а настоящая Хартман.

Я уже давно отошла дальше от беседующей тройки, потому что мне не хотелось вмешиваться в их разногласия.

И уже разгоравшаяся ссора вдруг утихла. Я даже сразу не поняла, почему меня больше не раздражают громкие, срывающиеся на визг голоса графини Хартман и Эмилии. Неужели Алви смог убедить женщин в необратимости своего решения? Или он их магией успокоил?! Поражённая этой мыслью я вернулась назад.

Но нет. Графиня Хартман и Эмилия не застыли ледяными скульптурами и не окаменели. Даже не лишились дара речи. Только Эмилия стояли мило потупив глазки и хлопала ресницами, глубоко при этом вздыхая. Так что грудь этой совсем юной девушки, ей же не больше шестнадцати лет, вздымалась и опускалась, как у... кого-то очень неприличного. А ее мать, графиня Хартман, стоя рядом с Алви, понизив голос, доверительно продолжала говорить ему.

– Аластэйр, вы же не нарушите данное графу Хартман слово? Вы обещали позаботиться о его семье и сделать счастливой его дочь. Эмилия уже повзрослела, она готова к супружеской жизни. Давайте жить в мире.

– А как моя жена? – И мне стало интересно, что графиня предложить сделать со мной.

– Алиса и так мечтала стать монахиней. Дайте ей развод и отправьте в обитель. Ей даже увеличивать содержание не стоит. – Можно было вздохнуть с облегчением, убить меня она не предложила. А Сестра Даяна говорила, что графиня не будет со мной церемониться.

А Алви обернулся назад и, увидев меня, стоящую в паре шагов, протянул руку. Я в его ладонь вложила свою. Притянув меня ближе, граф обхватил меня за талию и прижал к себе. Только после этого он сказал графине, наблюдавшей за нами:

– Мы с Алисой только что решали, как будет выглядеть скульптура центрального фонтана в этом саду.

Притопнув, Эмилия капризно проговорила:

– Я хотела, чтобы здесь был пруд с кувшинками. Вы обещали, Аластэйр, что все сделаете по моему вкусу.

– Эмилия, я обещал, что буду учитывать мнение хозяйки замка. Ваше сиятельство, я понял, вы слишком много времени тратите на глупые планы. Поэтому у вас осталось только шесть дней, чтобы определиться со своим будущим.

Мне не послышалось, Алви сократил одиннадцатидневный срок пребывания родственниц в замке вдвое. В принципе, он красиво потерял терпение: ни крика, ни грубостей и угроз. Просто сказал, что больше чем на шесть дней его родственных чувств не хватит.

– Как вы хотите, чтобы я нашла мужа дочери за шесть дней? – А графиня не поняла, что своими спорами только вредит себе и дочери.

– Я не сомневаюсь в ваших талантах. Мне вы нашли жену за один день. И я благодарен вам за прекрасный выбор. А сейчас, ваше сиятельство, не тратьте мое и свое время.

Я подумала: если бы у графа была трость под рукой, ему было бы сложно не пустить ее в дело.

Обойдя и зло прищурившуюся графиню и застывшую с открытым ротиком Эмилию, граф вместе со мной прошел дальше по тропинке.

– Вам Эмилия совсем не нравится?
– Удивила я через какое-то время графа вопросом. Я уже давно высвободилась из его руки и шла, чуть впереди, шлепая в маленькие лужицы. Высота сапог позволяла мне приподнять платье и разбрызгивать дождевую воду. А граф даже не пытался спасти свои туфли и брюки от иногда долетающих до него мелких брызг.

– Эмилия избалованное дитя.
– В контексте того, что сейчас делала я, подобное обвинение звучало забавно.

– Но вы же были помолвлены.

– Грустная история.
– Смотря поверх меня, печально сказал граф. И хоть у меня возникли сомнения в том, что говорит он это искренне, слишком подозрительно он сжимал губы, историю несчастной любви услышать мне хотелось. Я даже встала рядом с графом и в поддержку сама ухватила его за руку.

Грустная история, как я и думала, оказалась не настолько печальной. Алви было восемнадцать лет, когда ему из-за магической силы, король пожаловал титул графа Хартман. И своей волей ввел его в эту семью. Идея с помолвкой Алви с дочерью графа Хартман всем показалась очень удачной. Старшей девочке, Эльзе, тогда было десять лет. А Эмилия, новорожденная малютка, даже не понимала, что их семья только что пополнилась на одного человека. Графиня настояла тогда на помолвке Алви именно с младшей дочерью. И шестнадцать лет граф ждал, пока невеста подрастет.

– Эмилия была забавным ребенком. Всегда улыбалась. Но мы как будущие супруги друг друга не воспринимали.

– Значит, вы не жалеете, что не женились на ней?

– Алиса, я рад, что вернувшись домой, оказался уже женатым на другой девушке.

Хотелось продолжить с ним разговор. Но у графа Хартман, кажется, был дефицит общения или ещё какое-то отклонение. Или может быть для магов подобное поведение является нормальным, но он постоянно пытался меня обнять или даже прижать к себе. А мне не нравятся, когда мужчины позволяют себе подобные вольности. Последний раз скинув его руку с плеча, я отошла на несколько шагов.

– Алиса, - недовольно и чуть громче, чем обычно, обратился ко мне Алви. Но как только я, ожидая неприятного продолжения разговора, оглянулась, он слегка наклонил голову и извинился. – Наверно, я спешу, но и вы попытайтесь воспринимать всерьез нашу семью.

Семью? Граф Хартман вполне серьезно назвал наш внезапный, никому не нужный Небесный союз семьёй?

– Ваше сиятельство...
– хотела я в который уже раз объяснить, что это не мой мир, и мне хочется вернуть свою настоящую жизнь.

– Вы уже начали обращаться ко мне по имени.
– Прервал мою мысль граф.

– Алви, - вызвав его одобрительный кивок, заговорила я снова, только меня снова прервали.

Я оглянулась на доносящийся с конца тропинки знакомый голос. Ко мне со всех ног бежала Лэла, и Лайонел, следующий за ней, не мог ее остановить. Увидев родного человека, радостно бегущего мне навстречу, я тоже побежала к ней.

По-моему, мы обнялись ещё в воздухе, когда прыгнули в объятия друг другу. А потом, коснувшись ногами земли, ещё долго прыгали, смеялись, целовались, щупали друг друга. Как будто расстались не несколько дней назад, а как минимум лет десять минуло с нашей последней встречи.

– Как ты выросла, уже выше меня!
– Сказал я Лэле.

– Я всегда была выше тебя!
– Нагло соврала девчонка, которая была младше меня на целых четыре года.
– А вот ты, Лиса, стала настоящей графиней. «Графинестей» самых настоящих графинь.

Рассмеявшись, я распахнула свой плащ и показала, какое на мне шикарное платье:

– Это все новое платье. В таком бы и ты стала графиней!
– Искренне сказала Лэле и, схватив ее за руки, закружилась с ней. В монастыре я часто так проверяла на устойчивость ее вестибулярный аппарат. И мы остановились и покачиваясь, как пьяные, обнялись, опираясь друг на друга.