Чтение онлайн

— Соотнесение его глазных яблок с... другими его шарами? — пробормотал Рид.

— Да? Как это? — спросил Рэнсом, искренне заинтересовавшись.

— Понятия не имею. Просто выдвигаю случайные теории. — Рид обратился к Марии: — А как насчет задней части его шеи? Мы можем взглянуть?

— Да. Я буду держать его голову, а ты подталкивай его ко мне, — проинструктировала Мария.

Рид подтолкнул, пока Мария держала голову жертвы, а Рэнсом наклонился рядом с Ридом. На фоне бледной, безжизненной кожи мужчины резко выделялось красное круглое клеймо.

— Тот же лист, — сказал Рид.

Рэнсом достал телефон и быстро сфотографировал клеймо, после чего Рид и Мария положили тело на прежнее место.

— Тот же убийца, — сказал Рэнсом. — Без сомнения.

— Да уж, — согласился Рид.

Когда Мария подобрала оба глазных яблока и положила их в пакет для улик, Рид отметил, что они выглядят гораздо аккуратнее, чем у Стивена Садовски.

Черт.

Убийца совершенствовал свое ремесло.

Лиза потерла виски, пытаясь избавиться от стресса и усталости после долгого дня, когда, казалось, все шло наперекосяк.

В дверь постучали.

— Доктор Нолан, к вам детектив Дэвис.

При упоминании его имени сердце Лизы дрогнуло, а затем заколотилось. Рид. Она убедила себя, что больше не увидит его, и была раздражена из-за собственной взволнованной реакции на его неожиданный визит. Девушка глубоко вздохнула и безмятежно улыбнулась своей секретарше.

— Конечно. Пусть войдет.

Кэрол кивнула и на мгновение исчезла, а когда вернулась, Рид стоял у нее за спиной. Мужчина вошел в ее кабинет, и Кэрол закрыла за ним дверь.

— Привет, — сказала Лиза, вставая и обходя свой стол.

Девушка протянула руку, и он взял ее в свою. Возникла неловкая пауза, когда они оба уставились на свои руки. Она опустила свою, и их взгляды встретились. Эта неловкость показалась Лизе такой глупостью. Вот они, два человека, которые были настолько близки физически, насколько это вообще возможно, а теперь нервничают, пожимая друг другу руки.

— Привет, — сказал он в ответ, и изобразил на лице что-то вроде самоуничижительной полуулыбки, от которой у нее неожиданно екнуло сердце. Этот мужчина невероятно красив и умен, так почему же он не был дерзким? Высокомерным? Что сделало его таким... проницательным? Вдумчивым?

Ей пришлось еще раз напомнить себе, что она не хочет этого знать.

Лиза указала на зону отдыха у окна. Парень сел в одно из кресел, а она — напротив него.

— Прости, что не позвонил сначала, — сказал он. — Надеюсь, я не помешал?

— Нет. Все в порядке. Я приняла последнего пациента на сегодня и просто занималась бумажной работой.

Рид кивнул, его взгляд скользнул по ее лицу, как будто он заметил что-то в ее выражении, чего она не выразила словами. Она выглядела усталой? Потрясенной? Возможно. Лиза плохо спала. Ей хотелось бы списать это исключительно на ужас от того, что обнаружила своего изуродованного босса, но знала, что дело не только в этом. Не раз она просыпалась, дрожа в холодном поту, при воспоминании об ужасающем трупе Стивена. Однако в равной степени плохо спала с той ночи, которую провела с мужчиной, сидящим перед ней. До убийства она просыпалась вся в поту по совершенно другой причине, и эти воспоминания успокаивали ее... и возбуждали.

— У меня есть еще несколько вопросов.

— О. Конечно. Хорошо.

Мужчина вытащил из папки несколько фотографий оранжевых пузырьков с таблетками и протянул их ей. Лиза нахмурилась, взяв их из его рук и прочитав крупным планом части этикеток, большая часть информации на которых была содрана.

— Что это?

— Я надеялся, ты мне скажешь. Я разговаривал кое с кем из токсикологического контроля, но подумал, что у тебя может быть дополнительная информация. — Он почесал челюсть. — А также хотел узнать, знаешь ли ты имена на этих рецептах.

Лиза покачала головой.

— Я не узнаю имен. — Она подняла глаза на Рида. — Я знаю эти препараты, поскольку они используются для лечения психических заболеваний, хотя должна заметить, что психологи не имеют лицензии на выписку лекарств.

— Да, я понимаю, что ты не выписываешь лекарства, но многие из пациентов, с которыми ты работаешь, наверняка их принимают?

— Большинство из них — да. Лечение психических заболеваний часто требует комплексного подхода. Все зависит от обстоятельств. И, безусловно, существуют состояния, имеющие биологическую основу, которые можно лечить только медикаментозно.

Рид откинулся на спинку кресла и некоторое время изучал ее.

— Могу я задать более личный вопрос?

Она подняла бровь.

— Вы любопытны, не так ли, детектив?

— Это вроде как сопутствует работе. — Он одарил ее самоуничижительной улыбкой, и у нее внутри все сжалось.

Лиза отвела взгляд и на выдохе улыбнулась.

— Полагаю, да. Да, можешь задать мне личный вопрос.

— Есть ли причина, по которой ты выбрала психологию, а не психиатрию?

Лиза расслабилась, слегка улыбнувшись.

— Спрашиваешь, почему я выбрала область исследований, основанную не столько на науке, сколько на диких теориях и туманных предположениях?

Рид усмехнулся и поднял руки.

— Вау. Вовсе нет. Я с глубоким уважением отношусь к обеим областям знаний. — Он сделал небольшую паузу. — Думаю, иногда лекарства могут принести больше вреда, чем пользы, когда их используют для маскировки эмоций, которые лежат в основе проблемы. — Он пожал плечами. — Или, если они предназначены для временного решения проблемы, которая требует более долгосрочных решений.

Лиза кивнула.

— Да, безусловно. Правда в том, что в обеих областях могут быть свои плюсы и минусы. Мы имеем дело с человеческим разумом и целым рядом уникальных переживаний. Переменных бесконечно много.

Рид улыбнулся.

— Ты не ответила на мой вопрос.

Лиза коротко рассмеялась, обдумывая его вопрос.

— Наверное, я просто предпочитаю сосредоточиться исключительно на лечении психических и эмоциональных страданий с помощью поведенческого вмешательства. — Она наклонила голову. — Психология чем-то похожа на работу детектива. Это что-то вроде поиска потерянных. Если сможешь выяснить, какой поворот они сделали, как глубоко зашли, то сможешь найти их и, в конце концов, помочь им вернуться домой. — Девушка наклонилась вперед. — Где-то там, Рид, среди всех этих извилистых тропинок и темных углов... живет истина. Найди ее, и ты найдешь их.