Чтение онлайн

— Скоро у людей будет праздник — Нагапанчами, — сказал Танду, пристегнув жену ремнями. — Хочешь, слетаем к ним? Празднуют ночью, зажигают костры, ставят качели, и все танцуют.

— Праздник в честь нагов? — удивилась она. — А как же вражда между змеями и нагами?

— Люди всё равно боятся нас, — сказал Танду, нажимая рычаги и запуская виману. — Боятся, поклоняются, пытаются заручиться нашей поддержкой. Особенно в любовных делах.

— И понятно, почему, — прыснула Анджали.

— Посмотришь на людей. Что они совсем не страшные.

— Хорошо, — согласилась она. — Это будет интересно. Вдруг я встречу там… — она замолчала, глядя в круглое окно, затянутое удивительно прозрачным стеклом.

— Встретишь кого? — спросил Танду, не дождавшись ответа.

— Встречу там что-нибудь интересное, — ответила Анджали и погладила его по голому колену, а потом скользнула ладонью выше.

— Поосторожней! — предостерёг змей. — Не боишься, что у меня рука дрогнет?

— Лучше пусть дрогнет кое-что другое, — поддразнила его Анджали.

— Ты выпила меня всего до дна, — признался он, дотянувшись и поцеловав её в висок. — Но когда прилетим, обещаю, что буду вновь полон сил.

— Очень на это надеюсь, — прошептала Анджали, уже дрожа от предвкушения.

Как было странно и прекрасно — лететь по серому предрассветному небу, глядя, как далеко внизу проплывает земная жизнь — такая серая, тяжёлая, беспросветная, где не было чудес и радости. Куда по воле судьбы попала Ревати. Вдруг удастся встретить её?.. Может, и она будет танцевать вместе с людьми?.. Как странно, что Ревати — там, а она — здесь. В летающем корабле, вместе с мужчиной, который загорается от одного её прикосновения. И от прикосновений которого загорается она сама. Сколько раз уже она нарушила законы богов!.. Но ей досталась вимана и титул дайвики, а бедной Ревати, которая так боялась нарушить правила…

Анджали с трудом отогнала мысли, которые нарушили счастье этого вечера.

Вот, опять счастье…

Но разве можно быть счастливой вдали от великолепного города Амравати?.. Вдали от царя богов?..

Вимана мягко приземлилась, Анджали завернулась в покрывало, чтобы уберечься от промозглого ветра, потом они с Танду шли по коридору, плыли на лодке, и когда показались огни зеркального дворца, Анджали позабыла о тяжёлых мыслях, одолевавших её в вимане. Но спокойствие исчезло в тот же миг, когда на фоне сверкающих блестящих стен выросли три тёмных силуэта, покачиваясь на сложенных кольцами змеиных хвостах и шевеля шестью парами рук на троих.

— Господин… — позвала Анджали негромко, но сразу поправилась: — Танду, посмотри…

— Вижу, — так же негромко ответил змей, продолжая ровно грести. — Молчи и ничего не говори.

— Да, — прошептала она.

Лодка уткнулась носом в пристань, Танду перепрыгнул на доски и протянул руку Анджали.

Трое нагов наблюдали за ними, не приближаясь и не двигаясь, и это внимательное молчание пугало больше, чем воинственная атака. Один из нагов был седовласым Кумудой, и второго Анджали узнала — царь Сумукха. Третий наг был ей незнаком, но на нём тоже сверкали золотые украшения тонкой работы — наручные браслеты и тяжёлое ожерелье с красными камнями. Камни вспыхивали красными искорками, как тёмные глаза нагов, и Анджали поспешно опустила голову, чтобы не видеть этих страшных глаз.

Она приняла руку мужа и вслед за ним выбралась на пристань. Он сжал её ладонь крепко, почти до боли, а потом спросил у смотревших на них змеелюдей:

— Что случилось?

— Сначала полагается высказать приветствие царю, — заметил Сумукха.

— Приветствуют званых гостей, — спокойно ответил Танду. — А вы явились без приглашения. Поэтому я во второй раз спрашиваю: что случилось? Какая необходимость заставила вас появиться здесь и нарушить моё уединение?

— Не так уж ты и одинок, — сказал царь, даже не посмотрев на Анджали. — Но ты прав мы без приглашения, поэтому я прощаю и забываю твою грубость. Мне доложили, что ты разорвал помолвку с царевной…

— Я провожу жену и вернусь к вам для разговора, — ответил Танду и повёл Анджали мимо нагов.

Все трое повернулись следом за ними, провожая взглядами, и рубиновые искры в змеиных газах заплясали особенно явственно.

Анджали показалось, что брачное кольцо в её ноздре стало обжигающе горячим. Но это кольцо было знаком того, что брак свершился, и что теперь разрушить брачные узы не под силу никому. Даже царевне, с которой был помолвлен Танду.

— Иди к себе и отдыхай, — сказал Танду, заводя Анджали во дворец. — Ты не спала всю ночь, сегодня тренироваться не будешь. Только сон, музыка и бассейн.

— Да, — по-прежнему шёпотом сказала Анджали, но, разумеется, никуда не ушла, а уже привычно затаилась за дверным косяком.

— Помолвка с принцессой Чакури разорвана, — услышала она голос царя Сумукхи. — Это оскорбление для рода Кардаву.

— О помолвке договорились мой отец и отец принцессы Чакури, — сказал Танду, — и это было ещё до нашего рождения. Дети не несут обязательств за клятвы отцов. Я давно разорвал помолвку, и никто раньше не обвинял меня в оскорблении.

— Мы думали, пройдёт время, и ты вспомнишь о брачных клятвах, — прошипел Сумукха. — Но эта женщина из верхнего мира…

— Она — моя жена, — перебил его Танду. — Взяв её, я произнёс священную клятву перед огнём. Вот нарушить её — это было бы оскорблением.

Не утерпев, Анджали выглянула, потому что перед дворцом стало особенно тихо.

Три змея покачиваясь на хвостах, глядя на Танду в образе человека, а он стоял перед ними, скрестив на груди руки и гордо выпрямившись.

— Дело сделано, — прошипел незнакомый наг, обращаясь к царю Сумукхе. — Если он поклялся перед огнём, мы не сможем заставить его расторгнуть этот союз.

— Не можем, — сквозь зубы процедил Сумукха. — Но тогда пусть возьмёт принцессу Чакури первой женой, а эта женщина пусть остаётся второй. Это против наших правил, но принцесса согласна.

Анджали затаила дыхание и в сердце будто впился маленький, но болезненный шип. Вторая жена… Хотела стать единственно для царя богов, а станет второй для чудовища из подземелья…

— Нет, — произнёс Танду. — Моей первой и единственной женой будет Анджали.

Опять повисла тишина, и она была куда дольше и напряженнее предыдущего молчания.

— Ты, наверное, забыл, — зашипел царь, — что твоё имя — не Танду, и даже не Трикутован? Ты — Раджива из семьи Падма. Ты последний из Падма. А от небесной женщины у тебя не будет потомства, — и он бросил в сторону дворца злобный взгляд.

И хотя змей не мог бы её заметить, Анджали спряталась за косяк, одновременно прижимая ладони к животу. Безумная, глупая, тысячу раз глупая апсара! Почему она ни разу не подумала, что от любви с четырёхруким чудовищем может родиться такое же чудовище? Но царь говорит, что потомства не будет?.. Анджали вся обратилась в слух.