Чтение онлайн

— Ты говоришь страшные преступные вещи, — сказал Лавана жёстко. — Но эта девчонка — ещё большая преступница! Она должна быть наказана!

— Только посмей ей навредить, и я тебя не пожалею, — в глазах нага вспыхнули рубиновые огоньки, и он схватил данава за руку и сжал с такой силой, что помял медные браслеты у него на запястье. — Клянусь, никого не пожалею.

— Боюсь, ты уже наказан, — Лавана посмотрел на друга с жалостью. — Конечно же, я никому не скажу о том, что узнал. Но будь осторожен. Боги не любят, когда покушаются на их тайны. Боги жестоки. Как бы их гнев не обрушился на тебя и твою девчонку.

— Мне не известно, что будет дальше, но если бы пришлось всё вернуть, поступил бы так же, — Танду остыл и отпустил Лавану, и тот, поморщившись, потёр запястье.

— Страшная вещь — любовь, — только и ответил ему друг. — Я бы не хотел испытать её.

— Это не зависит от нашего желания или нежелания, — ответил Танду задумчиво. — Никто не знает, какие испытания может уготовить судьба.

— Всё так, — согласился Лавана, — но теперь я совсем иначе смотрю на приглашение…

— Какое приглашение?

— Тебя и твою… жену приглашают на праздник Аджаташатры. Собираются все наги, может, и сам великий Гириши почтит своим присутствием. Но после того, что я сейчас от тебя услышал… лучше откажись от приглашения. Скажи, что болен, или что она больна. Придумай отговорку и не ходи.

— Приглашение должен передать ты? — спросил наг.

— Да, — признал данав. — Царь Сумукха попросил меня съездить к тебе.

— Ты прав, всё это не просто так, — согласился Танду. — Но они втянули и тебя. Теперь я не могу отказаться, чтобы тебя не обвинили, что ты не выполнил приказ царя.

— Я не принадлежу к роду нагов, — возразил Лавана. — И не служу вашему царю.

— Но ты живёшь здесь, под землёй, — напомнил ему друг и положил руку ему на плечо. — Все, кто живут здесь, так или иначе зависят от Сумукхи. Мы с Анджали не можем отказаться. Мы придём.

— Хотя бы её оставь дома, — покачал головой данав.

— Не оставлю, — резко ответил Танду. — Со мной ей будет безопаснее. К тому же, праздник не повредит. Анджали грустит в Патале. Я вожу её в земной мир, но она не становится веселее. Может, музыка её порадует. А ты бы что посоветовал?

— Не знаю, — сказал Лавана немного сердито. — По мне, она слишком уж капризна. И так живет у тебя, как принцесса. И так ты ради нее позабыл себя и своих сородичей. Ещё и грустит.

— Когда ты увидишь её, никогда больше так не скажешь. Скоро она придёт, я вас познакомлю.

— Благодарю, но не надо, — Лавана шутливо поклонился. — Не хочу видеть твою похитительницу сердец. У меня только одно сердце, пусть останется у меня. Я ухожу, — он махнул рукой на прощание и скрылся так быстро, что лишь зазвенели бусины на шторе, занавешивающей вход.

— Надо ли нам туда идти? — в который раз спросила Анджали, когда они с Танду уже выходили из Зеркального дворца.

— Что тебя пугает? — улыбнулся ей муж. — Разве тебе не хочется посмотреть на праздник нагов?

— Не хочется, — честно призналась она. — Лучше бы мы остались дома.

— Странно, — Танду задумчиво потёр пальцем подбородок, — а ведь кто-то нарочно спустился в Паталу, чтобы проникнуть на змеиный праздник и обольстить одного совершенно никчёмного нага…

Анджали расхохоталась, и сосредоточенная морщинка между бровей исчезла.

— Это ты — никчёмный? — она вдруг обняла мужа за шею и порывисто поцеловала.

— Ух ты, — произнёс Танду, чуть задохнувшись. — За что это?

— За будущую ночь, — сказала Анджали, понизив голос и лукаво блеснув глазами. — Так и быть, поскучаю ради тебя на этом сборище, зато потом будешь веселить меня… три раза подряд.

— Кто из нас ненасытный развратник-змей? Ты или я? — уточнил Танду, обнимая её за талию и пересаживая в лодку.

Анджали только улыбнулась в ответ и не ответила.

Лодка поплыла по тёмной воде, раздвигая носом разноцветные каменные лотосы. Было слышно, как каменные лепестки постукивали о борта. Анджали опустила руку в воду и в который раз вспомнила, какая прозрачная и синяя вода в реках и озёрах верхнего мира. И лотосы там не позванивают лепестками, как тонкая медь, а пахнут. Ей показалось, что наг вздохнул, но когда она вскинула на него глаза, Танду как ни в чём не бывало подгребал веслом, направляя лодку к тоннелю.

Насколько раньше Анджали любила пышные праздники и возможность покрасоваться нарядами и украшениями, настолько теперь ей не хотелось привлекать к себе внимания. Поэтому на взяла с собой тёмно-синие юбку и кофту, чтобы надеть их на праздник, и ещё газовое голубое покрывало, чтобы можно было прикрыть лицо от любопытных взглядов. Из украшений она надела лишь серьги и кольцо-натх, чтобы показать, что она — жена, собственность змея Танду, и никто не может претендовать на неё.

Прибыв в город нагов, супружеская чета остановилась в городском доме, чтобы отдохнуть. Анджали не без трепета снова увидела дом в скале, с непрозрачными стеклами и занавешенными зеркалами.

Дом встретил тишиной и холодом, и Анджали удивилась, как всё изменилось с тех пор, когда она впервые пришла к змею Танду.

— Ты давно не был здесь? — спросила она, стаскивая с зеркал пыльные занавесы.

— Давно, — коротко ответил Танду. — Но мы можем даже не ночевать здесь после праздника, сразу вернёмся в Зеркальный дворец.

— Как давно? — Анджали обернулась к нему и посмотрела широко распахнутыми глазами.

Против такого взгляда Танду не устоял. Он подошёл к жене, взял в ладони её лицо и коснулся лёгкими поцелуями её щёк, закрытых век, губ.

— С тех пор, как ты поселилась у меня, — сказал он.

— Почему? — последовал новый вопрос. — Ты не хотел сюда приезжать? Из-за чего?

— Не хотел оставлять тебя, — сказал он и поцеловал её в губы, предупреждая новые расспросы.

Конечно же, они опоздали к началу, и появились в праздничном зале, когда уже закончились торжественные ритуалы, подали угощение и зазвучала музыка. Первым делом наг и апсара подошли к царю Сумукхе, который возлежал на троне, украшенном живыми цветами, и сам был увит цветочными гирляндами, как воплощение живого божества.