Чтение онлайн

Туман, вплотную подступивший к спинам разбойников, явил из себя ещё дюжину девиц. Разбойники в ужасе озирались по сторонам, глядя, как их собратья валятся наземь обескровленными мешками мяса, чтобы спустя пару мгновений повторить их судьбу.

– Гианы, – только и успел пробормотать Сергос, как всё закончилось.

Разбойники были мертвы, все до одного. Девы склонялись над мертвецами, бережно касались их застывших в страшных гримасах лиц, заглядывали в остекленевшие глаза и подхватывали друг за другом заунывную песнь, полную тоски.

– Как ветер воет-то, будто плачет кто, – заметил один из наёмников.

– Лесные девы, – тихонько охнула Альба. – Их привлекла пролитая кровь.

Телохранители не видели ни гиан, ни их жуткой церемонии. Для них разбойников сразила ворожба кого-то из магов. И им бы радоваться, да вот только жуткая песнь ветра леденила кровь.

Одна гиана, ростом поменьше остальных, отделилась и двинулась к телохранителям Сергоса. Ей не хватило жертвы, которую можно было бы оплакать, и она собиралась исправить эту несправедливость.

Сергос одним прыжком оказался у неё на пути. Тело сработало быстрее разума, он даже не успел подумать, что будет делать. Существо остановилось, упёрлось в него своими огромными глазами и вдруг с истошным воплем бросилось обратно к своим.

Гианы в ответ на этот вопль прервали песнь и все как одна устремили взор на Сергоса. Мёртвые разбойники их явно больше не интересовали. Девы поднялись и начали стремительно приближаться. Марис выругался.

Духи окружили их за пару мгновений. Сергос с удивлением обнаружил, что они не выглядят враждебными. Они как будто… Смотрят с любопытством. Если, конечно, Существа испытывали хоть подобие человеческих чувств.

Одна из гиан вышла чуть вперёд. Ясноглазая, статная, с призрачным телом белее снега, на котором только что отнятая кровь не оставила ни малейшего следа. Мелкая гиана, переполошившая остальных, жалась к ней и выглядывала у неё из-за спины. Существо оглядело Сергоса и внезапно заговорило на человеческом языке.

– Так вот ты какой, похититель священных камней? – её речь звучала медленно и певуче.

Сергос почувствовал, что его челюсть самым неприличным образом стремится к земле, а глаза лезут на лоб. Оглянулся на Мариса с Альбой – они выглядели не лучше. Сергос не мог определить, что смущает его больше: смысл слов гианы или то, что Существо в принципе разговаривает и понимает его речь.

– Вы говорите? – сложно было придумать вопрос глупее, но он слетел с губ сам собой.

Гиана расхохоталась. Расхохоталась! Почти как человек.

– А ты думал, речь дана только твоему народу, человече?

– Я не думал об этом, – честно признался Сергос. – Нигде, никогда и никто не упоминал, что, – Сергос сделал паузу, осознавая свою мысль, – вы разумны, – интонация у него вышла скорее вопросительная.

Гиана снисходительно улыбнулась.

– Мы говорим не со всеми и не все, человече. Речь наших детей-полукровок ты не поймёшь. Но все мы, как ты выразился, разумны.

Сергос в ошеломлении молчал, а гиана продолжила.

– Ты отнял сокровище у наших детей. Что ты с ним сделал?

– У меня больше нет тех камней. Я отдал их.

– Что ты получил взамен?

Сергос непроизвольно скосил глаза на Альбу и тут же пожалел о своей несдержанности. Не нужно, чтоб они знали.

– Мать хочет видеть вас, – изрекла гиана и степенно обвела их взглядом. – Всех троих. Вы должны пойти с нами.

– Это исключено, – напрягся Сергос.

Сапфиры, сапфиры, опять эти камни, одни беды от них! Зачем он полез в ту пещеру?

– Мать обещает сохранить вам жизни, если вы волнуетесь об этом.

Гиана покачалась из стороны в сторону, будто тонкая ветвь на ветру, плавно поводила руками в воздухе. Остальные лесные девы повторили за ней.

– Мы не волнуемся, – вмешался Марис. – О своей безопасности мы можем позаботиться сами. Но ваши заверения выглядят несколько неубедительно, если посмотреть на это, – он кивком указал на мёртвых разбойников.

– Тебе не грозит их участь, человече, – гиана повернулась к нему. – Ты маг, дитя Темноты, как и я. Даже если я выпью твою кровь до последней капли, я от тебя не понесу. А мы не убиваем просто так, только чтоб защитить сокровища Матери или, как сегодня, продолжить свой род.

– Ты хочешь сказать, что… – потрясённо проговорил Марис.

– Да, – с мечтательной улыбкой кивнула гиана и погладила свой живот, – я и мои сёстры теперь тяжелы. От исхода лета и до самого равноденствия мы все становимся отражением Матери. Пройдёт три дня, и на свет пробьются новые ростки. Кровь этих людей даст им жизнь. Не все ростки окрепнут, но хоть единожды увидеть Пламенную – уже великое благо.

Марис, Альба и Сергос переглянулись. Сказанное гианой оказалось новостью для всех троих. Известно, что гианы пьют кровь, но что они делают это в целях размножения, а не питания…

– Что нужно Матери от нас? – спросил Сергос, справившись с волнением.

– Почему воля Матери такова, мне неведомо, – покачала головой гиана.

– И что будет, если мы откажемся от вашего приглашения? – будто невзначай поинтересовался Марис.

Он, похоже, освоился в новых обстоятельствах и вернулся к своей дипломатии.

– Вам придётся его принять. Туман всё равно возьмёт вас.

В подтверждение её слов туман заклубился, заворочался, словно живой.

– К чему тогда эта светская беседа, если наше согласие не требуется? – разозлился Сергос.

– Лучше, чтоб вы пошли с нами добровольно, – гиана вновь покачнулась на ветру. – Мать велит привести вас как гостей, не пленников. Мы приведём вас к ней в любом случае, но нарушать её волю нам не хочется.

– А с чего вдруг такая честь?

– Матери открыто больше, чем любой из нас. Если она хочет вас видеть, значит, на то есть свои причины. Твои опасения понятны – ты взял то, что принадлежало нам. Ты боишься возмездия. Но ты сохранил жизни наших детей, в чертогах Матери ни тебе, ни твоим спутникам ничего не грозит. Это слово Матери. Оно нерушимо.

Сергос пребывал в замешательстве, совершенно не понимая, что делать. Изгнать духов не представлялось возможным, отказаться от их приглашения – тоже, а идти куда-то за гианами выглядело чистой воды самоубийством. Их речи могут быть сладки, но, что творится в их головах и каковы их истинные стремления, загадка. Ещё утром он был уверен, что Существа – лишь бездумные порождения Силы, части стихий, принявшие причудливые формы. Они не говорят, не мыслят, они просто существуют. Теперь же он ведёт с ними беседы. Может, это морок, наведённый Чёрным? И они все во власти иллюзии.