Чтение онлайн

Вывожу ферзевую пешку, чтобы установить контроль над центральными полями.

«Многие боятся смерти, – говорит Демонио, – но лишь потому, что не привыкли к мысли о ней. Иное дело ты. Повидал немало, и сам порой балансировал на краю…»

В дебюте возможны три стратегии: окопаться в своей части игрового пространства, занять «высоты» в середине поля, укрепиться за линией экватора, подготавливая позиции для наступления.

«Ты видел, как вскрывают вены, – говорит Демонио. Черный слон скользит к центру поля. – Как в драках проламывают головы. Как режут ножом и убивают из пистолета. И относишься к смерти спокойно…»

Моя задача – развить выдвинутые фигуры с тем, чтобы прорвать его оборону на левом фланге.

«Ты не боишься смерти, – говорит Демонио. – Ты боишься другого…»

Вернее, «прорваться на левом фланге» – таким видит мой замысел противник. На самом деле план у меня другой.

«И этот страх заставит тебя ошибиться… – Он маневрирует конем, завершая сложный пируэт.

Я выдвигаю «тяжелую артиллерию».

«Так-так, что это у нас?» – Он хмурится.

Я шаг за шагом разрушаю коммуникации черных. Демонио вынужден закрываться и уходить в оборону.

«Стоит ли доводить игру до эндшпиля? – спрашивает он, вглядываясь в позицию на доске. – Обе стороны настолько ослабнут, что в бой придется вступать главным фигурам…»

Он выдвигает ферзя на c7, пытаясь защитить короля, но я на этот ход рассчитывал. Провожу рокировку, выводя ладью на центральную вертикаль.

Ветер приносит клочья утреннего тумана, я досадливо разгоняю их рукой. Когда пелена рассеивается, вижу, что позиция на доске изменилась. Демонио почувствовал неладное и стягивает силы в место предполагаемого удара.

Раздумывая как обойти его бастионы, я совершаю проходной маневр, на что черные отвечают неожиданным выпадом коня, нацеливаясь на пешку b5, и мой первоначальный замысел рушится.

Стройная картина поплыла, марево опять наползло на поле, мешая держать под контролем позицию – так бывает когда смотришь на яркий свет, а когда отводишь взгляд, перед глазами возникает что-то неуловимое, постороннее, и оно не дает сфокусироваться и раздражает… я спешно латаю дыру, но правый фланг опять пропадает из виду, я чувствую тревогу, и тотчас сигналы поступают то с одного, то с другого участка битвы, я вынужден пожертвовать пешкой a4 – моей бедной пехотой, и стремительно атакующая конница нарвалась на засаду и отступила с потерями, почему-то стало темнеть, а когда я поднял голову, оказалось, что солнце скрыто смогом… хотя нет, это не смог, а дым – дым орудий, накрывающих поле огненным ливнем, сизые клубы застилали глаза, поэтому я решил осмотреть диспозицию лично, встал и пошел по полю, где справа и слева шло сражение и гибли фигуры – с ревом падали слоны и ржали смертельно раненные кони, но больше всего было жаль пехоту – простых бойцов, мальчишек, они валились под огнем как оловянные солдатики – беспомощные и ни в чем не повинные… А не надо жалеть, – сказал Демонио, – это же штрафкоманда, по сути – гопота, быдло дворовое… Я хотел что-то сказать, но пока подбирал слова, пригибаясь под свист снарядов, за меня уже отвечали – я услышал знакомый голос, и старческий тенор был сердит – А кто, по-вашему, в сорок первом защищал страну? Такие же дворовые пацаны! Они играли в футбол, дрались улица на улицу, влюблялись в девчонок из соседнего дома, а когда пришло время – поднялись в атаку и бросились на танки… Страну отвоевали они – городские хулиганы да их деревенские сверстники, кто же еще? И наш сын тоже был не сахар – ты помнишь это, Софья Александровна? – Успокойся, тебе нельзя волноваться. Тем более, все давно умерли – и наш сын, и ты, и я, и Фиш вот-вот последует за нами… (Морок, морок…) – Нет, не последует. Найди дверь, мой мальчик, найди дверь и выйди, слышишь? Ты слышишь меня? – Ваш чай давно остыл, шахматисты, – сказала Софья Александровна. – Хотите, я налью вам новый?..

– Ты нарушаешь правила игры, – сказал я.

Мы сошлись в центре поля. Дым рассеялся, открыв взгляду мертвое поле – трупы, воронки от взрывов, выжженную траву.

– Вот как?

– Ты на меня давишь.

– А кто договаривался о правилах? – усмехнулся Демонио. – Я никому ничего не обещал. Разве не твой принцип – «играй по своим правилам»?

Я не ответил.

– Что ж, – сказал он, – на доске остались два короля… Сразимся.

Он развернулся на каблуках и, помахивая тросточкой, пошел по склону. Туда, где виднелось сооружение похожее на древнеримский амфитеатр – овальная арена и ступени трибун.

Я последовал за ним.

…Пока мне заматывали кисти и натягивали перчатки с обрезанными пальцами, я рассматривал противника. Демонио снял униформу и преобразился в громилу весом примерно сто двадцать килограмм. Его голый торс порос мехом, складки жира свисали на растянутое хэбэшное трико. Надбровные дуги сильно выдавались над перебитым носом.

Распорядитель боя грохотал в микрофон: «Дамы и господа, мы присутствуем на финале битвы между Черным и Белым королями! Чья возьмет? Кто выйдет победителем из схватки, где с обеих сторон уже полегли целые армии?»

Толпа загудела. Скамьи были заполнены.

Распорядитель прокричал голосом Майкла Баффера: «Let’s get ready to r-r-rumble – давайте приготовимся к битве!» Рефери схватил нас за запястья и скороговоркой произнес: «Я-жду-от-вас-честного-боя-ребята-правила-вы-знаете-ну-поехали». Столкнул наши кулаки, скомандовал «Бокс!» и отпрыгнул.

Трибуны взревели.

Демонио попер вперед, я легко ушел, пробив «двойку» по корпусу. Видимого эффекта не последовало. Он развернулся и опять пошел на меня. Я сделал «сайд-степ» – шаг в сторону с одновременным ударом сбоку…

Демонио боксировал неумело, но его чудовищные удары пробивали защиту даже когда я делал подставки плечом или запястьем. Поэтому первый раунд я держался на дистанции, уклонялся и прощупывал его оборону.

В перерыве смуглые люди в банданах, скрывая жалость в глазах, полили меня водой из бутылки и что-то наговорили на неизвестном языке…

Было понятно, что рубиться с Демонио бесполезно, ставку нужно делать на один удар. Надо попасть в точку.

Рефери закричал: «Бокс!», и Демонио, перемахнув ринг, кинулся на меня. Я сделал уклон, затем нырок и ушел на дистанцию.

…Нокаутирующие удары по корпусу проводятся в печень, селезенку, солнечное сплетение или под сердце. Если бить в голову, удар должен прийтись точно в кончик подбородка или висок…

Кажется, я нащупал у него брешь – после моих атак он расслабляется и несколько секунд отдыхает. Я подловил его – сразу после комбинации добавил левый апперкот. Демонио разозлился и обрушился на меня с новой силой.

…нокаутирующий удар наносится всем телом, начинается с толчка ногой и заканчивается протыкающим движением кулака…

На последних секундах второго раунда я провел неплохую серию, и гонг застал меня в атаке.

…удар должен быть неожиданным и незаметным. Бить лучше на встречной атаке, тогда скорость удара удваивается за счет скорости противника…

В следующем раунде я начал уставать. В ближнем бою Демонио клинчевал, наваливаясь на меня всем телом, и это отнимало много сил. Я мог с легкостью отрываться от него, уклоняясь и обманывая, но тогда я его не доставал.

Я ушел от длинного бокового, показал финт и пробил левый хук. Демонио тряхнул головой и ударил справа. У меня хрустнула переносица и в горло потекла кровь.

В перерыве секунданты остановили кровотечение, забив нос ватными тампонами, но я уже чувствовал, что долго не продержусь. По совокупности пойманных ударов я почти в грогги, вдобавок стало больно дышать. Возможно, сломано ребро.

Четвертый раунд.

Держаться.

Уклон, подставка… Мотнуло голову… Нырок, хорошо, успел… Как зверски бьет… Что, если так –левой по корпусу с переводом в голову… Теперь болтануло его… Тяжело дышать… Клинчует так, что трещат кости … Почему молчит рефери…