Чтение онлайн

Так было и с Сепфорою, и с древним Израилем. Моисей удалил Сепфору в то время, когда устраивал судьбу Израиля; и когда последний был объявлен народом окончательно свободным, сказано, что "взял Иофор, тесть Моисеев, Сепфору, жену Моисееву, пред тем возвращённую, и двух сынов её, из которых имя одному Гирсам, потому что, говорил Моисей: я пришелец в земле чужой; а другому имя Елиезер, потому что говорил он, Бог отца моего был мне помощником, и избавил меня от меча Фараонова. И пришёл Иофор, тесть Моисея, с сыновьями его и женою его к Моисею в пустыню, где он расположился станом у горы Божией. И дал знать Моисею: я, тесть твой, Иофор, иду к тебе, и жена твоя, и два сына её с нею. Моисей вышел навстречу тестю своему, и поклонился, и целовал его, и после взаимного приветствия они вошли в шатёр. И рассказал Моисей тестю своему о всем, что сделал Господь с Фараоном и с Египтянами за Израиля, и о всех трудностях, какие встретили их на пути, и как избавил его из руки Египтян. И сказал Иофор: благословен Господь, который избавил народ сей из-под власти Египтян. Ныне узнал я, что Господь велик паче всех богов, в том самом, чем они превозносились над Израильтянами. И принёс Иофор, тесть Моисеев, всесожжение и жертвы Богу: и пришёл Аарон и все старейшины Израилевы есть хлеба с тестем Моисеевым пред Богом" (ст. 2-12).

Это глубоко поучительная картина. Все общество торжественно собрано пред лицом Иеговы: язычник приносит жертвоприношение, и в довершение всего сюда же приводится жена освободителя с детьми, дарованными ей Богом. Одним словом, здесь мы находим поразительно точный прообраз будущего Царствия Божия. "Господь даёт благодать и славу" (Пс. 83,12). Предыдущие страницы дали нам картину многочисленных действий благодати; здесь Дух Святой рисует пред нашими глазами чудную картину "славы" и прообразно представляет нам различные сферы, в которых проявится эта слава. Писание отмечает иудеев, еллинов и Церковь Божию (ср. 1 Кор. 10,32); важно усвоить себе это разделение, чтобы истина предстала пред нами во всей своей полноте, открываемой нам Богом в Писании. Это разделение отмечается в Слове Божием как в этой главе, так и всюду, где говорится о служении апостола Павла домостроительству Божию; различие это будет существовать и в весь период тысячелетия. Всякий духовно настроенный христианин, изучающий Слово Божие, непременно отведёт этим фактам подобающее им место.

В Послании к ефесянам апостол Павел особенно подчёркивает факт, что тайна Церкви не была открыта поколениям прежних веков, как она была возвещена ему (Еф. 3 ср. с Кол. 1,25-28). И хотя она не была открыта миру непосредственно, но все же она была так или иначе представлена в прообразах; таковыми, например, являются брак Иосифа с египтянкою, Моисея с ефиоплянкой. Прообраз или тень истины многим, конечно, отличается от прямого и положительного откровения этой истины. Великая тайна церкви оставалась сокрытою, пока её не открыл Христос из среды небесной славы Савлу, родом из Тарса. Таким образом, души, ищущие полного откровения этой истины в законе, пророках или псалмах, занимаются бесплодной работой; но все, проникнутые истинным духом Послания к ефесянам в этом вопросе, с глубоким интересом и с пользою для души своей могут проследить прообразные тени этой истины в Писаниях Ветхого Завета.

В начале этой главы перед нами рисуется сцена, составляющая часть тысячелетия. Все горизонты славы открыты пред нашими глазами. Иудеи являются здесь великим свидетелем на земле единства, верности, милосердия и могущества Иеговы. Таковым народ еврейский был в прежних веках, таков он теперь, таким останется и навек. Еллины читают в книге Божией описание путей Божиих относительно евреев; оттуда они узнают чудную историю этого народа, выделенного из- среды других, "народа страшного от начала и доныне", они видят падение престолов и царств; пред ними потрясены до основания устои многочисленных народов; все должны отступать на второй план, уступая первенство народу, на который обращено благоволение Иеговы. "Ныне узнал я, -восклицает язычник, - что Господь велик паче всех богов, в том самом, чем они превозносились над Израильтянами" (ст. 11); вот к какому убеждению приходит язычник, когда пред ним открываются чудные страницы истории еврейского народа.

В лице Сепфоры является вся совокупность Церкви Божией, в лице сыновей Сепфоры - её отдельные составляющие в теснейшей связи с её Избавителем. Доказательством этого служат слова апостола: "Я говорю вам, как рассудительным; сами рассудите о том, что говорю" (1 Кор. 10,15). Нельзя основывать учение на прообразе; но раз учение уже открыто нам, можно с точностью уловить все его прообразы и с пользою изучить их. Духовное чутьё необходимо, конечно, как для понимания учения, так и для различения прообраза. "Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия", потому что он почитает это безумием, и не может разуметь, потому что о сём надобно судить духовно" (1 Кор. 2,14). Начиная с 13-ого стиха и до конца главы говорится об избрании начальников, которые должны были помогать Моисею в делах, касавшихся народа Божия. Это сделано по совету Иофора, опасавшегося, чтобы Моисей не изнемог от слишком обширной деятельности; полезно сопоставить этот факт с отделением "на служение" семидесяти мужей, о которых идёт речь в книге Числа; изнемогающий под бременем тяготящей его ответственности, изливая горечь своей души, Моисей говорит там Господу: "Для чего Ты мучишь раба Твоего? И почему я не нашёл милости пред очами Твоими, что Ты возложил на меня бремя всего народа сего? Разве я носил во чреве весь народ сей, и разве я родил его, что Ты говоришь мне: неси его на руках твоих, как нянька носит ребёнка, в землю, которую Ты с клятвою обещал отцам его?
– Я один не могу нести, всего народа сего: потому что он тяжёл для меня. Когда Ты так поступаешь со мною, то лучше умертви меня, если я нашёл милость пред очами Твоими, чтобы мне не видеть бедствия моего" (Числ. 11,11-15).

Здесь, очевидно, Моисей отказывается от почётного места, дарованного ему Богом. Если Господу было угодно сделать его единым орудием управления всем обществом, не оказывал ли ему Господь этим тем большую почесть, тем большее благоволение? Ответственность, правда, была бесконечно велика, но вера сознала бы, что силы Божией хватит на все. Но Моисей потерял мужество: (как ни был велик этот служитель Божий) он сказал: Я один не могу нести всего народа сего, потому что он тяжёл для меня. Он не был тяжёл для Бога, и Бог нёс народ Свой; Моисей был только орудием. Моисей мог, пожалуй, сказать и про свой жезл, что жезл его нёс народ; потому что в руке Божией сам Моисей был не более, чем жезл в его собственной руке. Этим постоянно погрешают служители Божий, и погрешают тем больше, что ошибка их имеет вид смирения. Отказываясь от большой ответственности, человек как бы не доверяет самому себе и этим доказывает глубокое смирение духа; но нам важно установить лишь одно: возложил ли Бог на нас эту ответственность? Если это действительно так, то, конечно, Бог будет с нами, чтобы помочь нам её нести: а с Ним мы можем перенести все. С Ним не кажется тяжёлой и гора; без него же нас тяготит уже своей тяжестью и перо. Если человек, руководимый тщеславными мыслями своими, выступает вперёд и возлагает на себя бремя, которое Бог никогда не поручал ему нести, и таким образом берётся за дело, на которое Бог его никогда не готовил, человек этот, мы можем быть уверены, изнеможет под тяжестью этого бремени; но если Бог Сам возлагает что-либо на человека, Бог укрепит и сделает его способным нести это бремя.

Покидая место, определённое нам Богом, мы никогда не докажем этим нашего смирения: напротив, оставаться на своём посту в простой детской зависимости от Бога - вот глубокое смирение. Отстраняясь от служения, ссылаясь на свою к нему неспособность, мы ясно доказываем этим, что мы заняты самими собою. Бог не призывает нас к служению на основании нашей способности, но руководствуясь Своей способностью совершит все; поэтому я не должен отказываться от служения или свидетельствования об истине, страшась связанной с ними ответственности; это доказало бы, что я исключительно занят самим собою или исполнен недоверия к Богу. Вся сила принадлежит Богу; действует ли эта сила чрез одного или чрез семьдесят человек, не все ли равно? Сила эта все та же; но если человек отказывается от поручения, возлагаемого на него, тем хуже для него самого. Бог никогда не хочет насильно заставить занимать почётное место того, кто не умеет довериться Ему и не жаждет получить от Него поддержку. Мы всегда довольны оставить отведённое нам почётное место и снизойти до положения, куда нас влечёт наше жалкое неверие.

Это случилось и с Моисеем: он жаловался на возложенное на него бремя; и бремя было немедленно снято; но вместе с бременем он потерял и великую почесть, связанную с несением этого бремени. "И сказал Господь Моисею: собери Мне семьдесят мужей из старейшин Израилевых, которых ты знаешь, что они - старейшины и надзиратели его, и возьми их к скинии собрания, чтобы они стали там с тобою. Я сойду и буду говорить там с тобою, и возьму от Духа, который на тебе, и возложу на них, чтобы они несли с тобою бремя народа, а не один ты носил" (Числ. 11,16-17). Новой силы ниоткуда не притекает: тот же Дух обитал как в одном человеке, так и в семидесяти. Семьдесят человек не имели сами по себе больше значения и заслуг, чем один. "Дух животворит: плоть не пользует нимало" (Иоан. 6,63). Этот шаг Моисея не прибавил ему силы, но много отнял у него в смысле славы.

В последней части той же главы Чисел Моисей произносит слова неверия, вызывающие строгое порицание со стороны Иеговы: "Разве рука Господня коротка? Ныне ты увидишь, сбудется ли Слово Моё тебе или нет?" (Числ. 11,23). Сравнивая 11-й стих с 15-м и 21-й с 23-м, мы открываем между ними явную и торжественную связь. Кто отстраняется от ответственности по причине своей собственной слабости, тот рискует вызвать сомнение относительно полноты и обилия источников Божиих. Вся эта сцена исполнена драгоценного назидания для всякого служителя Христова, искушаемого мыслью одиночества и считающего себя обременённым работою. Пусть он помнит, что там, где действует Дух Святой, одно орудие так же хорошо и действенно, как и семьдесят орудий; а там, где действия Божия нет, и семьдесят орудий имеют не больше значения, чем одно из hhxv Все зависит от силы Духа Святого. С Ним один человек может все сделать, все вынести, все претерпеть; без Него бессильны и семьдесят человек. Одинокому служителю Божию следует помнить, что при наличии присутствия и могущества Духа Святого он не имеет права тяготиться своими обязанностями или жаждать уменьшения их количества; это сознание утешит и укрепит его усталое сердце. Если Бог делает человеку честь, давая ему много дела, да радуется этот человек и да воздержится он от сетования; ропща, он легко может лишиться этой чести. Богу нетрудно найти Себе орудия. Он мог из камней воздвигнуть детей Аврааму; из этих же камней может Он воздвигнуть и нужных работников для исполнения Своего славного дела.

О, если бы сердце наше жаждало служить Ему! Сердце терпеливое, смиренное, преданное, свободное от самого себя! Сердце, готовое служить вместе с другими и служить одно; сердце, исполненное любовью ко Христу, находящее радость, высшую для себя радость, в служении Богу, в какой бы области то ни было, каков бы ни был характер этого служения. Дух Святой да насадит в сердцах наших более глубокое чувство превосходства и ценности имени Иисуса, и да даст нам силу с большею энергией и с большею преданностью отвечать на неизменную любовь Его сердца!

Глава 19

Мы подходим к знаменательному периоду истории Израиля. Народ был доведён до подножия горы, "осязаемой и пылающей огнём" (Евр. 12,18). Тень славы тысячелетия, показанная нам в предыдущей главе, исчезла. Это живое изображение царства, освещённое на минуту лучами солнца, стушевалось, уступая место тяжёлым тучам, собирающимся вокруг "осязаемой горы", где Израиль, ослеплённый духом близорукой и безумной подзаконности, променял завет благодати Иеговы на завет дел человеческих. Роковой шаг! Шаг, повлекший за собою самые пагубные последствия. До сих пор, как мы видели, ни один враг не мог устоять пред Израилем; ни одно препятствие не в силах было задержать его победоносного шествия. Полчища фараоновы были уничтожены; Амалик и его сподвижники были проведены чрез строй: все возвещало победу, потому что Бог вступился за народ Свой ради обетовании, дарованных Им Аврааму, Исааку и Иакову.