Любви веселой проповедник,Всегда любезный говорун,Глубокомысленный шалун,Назона правнук и наследник!Дана на время юность нам,До рокового новоселья,Пожить не худо для веселья.Товарищ милый, по рукам!Наука счастья нам знакома,Часы летят! – Скорей зовиБогиню милую любви!Скорее ветренного Мома!Альков уютный приготовь!Наполни чаши золотые!Изменят скоро дни младые,Изменит скоро нам любовь!Летящий миг лови украдкой. –И Гея, Вакх еще с тобой!Еще полна, друг милый мой,Пред нами чаша жизни сладкой,Но смерть, быть может, сей же часЕе с насмешкой опрокинет, –И мигом в сердце кровь остынет,И дом подземный скроет нас!
Так – ваш язык еще мне нов,Но взоры милых сердцу внятны,И звуки незнакомых словДавно душе моей понятны.Я не умел еще любить –Опасны сердцу ваши взгляды!И сын Фрегеи, может быть,Сильнее будет сына Лады!1
Мечты волшебные, вы скрылись от очей! Сбылися времени угрозы!Хладеет в сердце жизнь, и юности моей Поблекли утренние розы!Благоуханный Май воскреснул на лугах, И пробудилась Филомела,И Флора милая, на радужных крылах, К нам обновленная слетела.Вотще! не для меня долины и леса Одушевились красотою,И светлой радостью сияют небеса! Я вяну, – вянет всё со мною!О, где вы, призраки невозвратимых лет, Богатство жизни – вера в счастье?Где ты, младого дня пленительный рассвет? Где ты, живое сладострастье?В дыхании весны всё жизнь младую пьет И негу тайного желанья!Всё дышит радостью и, мнится, с кем-то ждет Обетованного свиданья!Лишь я, как будто чужд природе и весне? Часы крылатые мелькают;Но радости принесть они не могут мне И, мнится, мимо пролетают.
Други! радость изменила,Предо мною мрачен путь,И болезнь мне положилаРуку хладную на грудь.Други! станьте вкруг постели.Где утех златые дни?Быстро, быстро пролетелиТенью легкою они.Всё прошло; ваш друг печальныйВянет в жизни молодой,С новым утром погребальный,Может быть, раздастся вой, –И раздвинется могила,И заснет, недвижный, он,И твое лобзанье, Лила,Не прервет холодный сон. Что нужды! до новосельяПоживем и пошалим,В память прежнего весельяШумный кубок, осушим.Нам судьба велит разлуку…Как же быть, друзья? – вздохнуть,На распутьи сжать мне рукуИ сказать: счастливый путь!
Элегия («Нет, не бывать тому, что было прежде!..»)*
Нет, не бывать тому, что было прежде!Что в счастьи мне? Мертва душа моя!«Надейся, друг!» – оказали мне друзья:Не поздно-ли вверяться мне надежде,Когда желать почти не в силах я?Я бременюсь нескромным их участьем,И с каждым днем я верой к ним бедней.Что в пустоте несвязных их речей?Давным-давно простился я со счастьем,Желательным слепой душе моей!Лишь вслед ему с унылым сладострастьемГляжу я вдаль моих минувших дней.Так, нежный друг, в бесчувственном забвеньи,Еще глядит на зыби синих волн,На влажный путь, где в темном отдаленьиДавно исчез отбывший дружний чолн.
Когда-б вы менее прекраснойСлучайно слыли у молвы;Когда бы прелестью опаснойНе столь опасны были вы…Когда-б еще сей голос нежныйИ томный пламень сих очейЛюбовью менее мятежнойМогли грозить душе моей;Когда бы больше мне на долюДаров послал Цитерский бог:Тогда я дал бы сердцу волю,Тогда любить я вас бы мог.Предаться нежному участьюМне тайный голос не велит…И удивление, по счастью,От стрел любви меня хранит.
Когда придется как-нибудьВ досужный час воспомянутьВам о Финляндии суровой,О финских чудных щеголях,О их безужинных балахИ о Варваре Аргуновой;Не позабудьте обо мне,Поэте сиром и безродном,В чужой, далекой стороне,Сердитом, грустном и голодном.А вам, Анеточка мояЧто пожелать осмелюсь я?О! наилучшего, конечно:Такой пробыть, какою васСегодня вижу я на час,Какою помнить буду вечно.
Не раз Гимена клеветали –Его бездушным торговцом,Брюзгой, ревнивцем и глупцомПопеременно называли…Как свет его ни назови,У вас он будет, без сомненья,Достойным сыном уваженья,И братом пламенной любви!
Младые Грации сплели тебе венокИ им стыдливую невинность увенчали, В него вплести и мне нельзя-ли На память миртовый листок?Хранимый дружбою, он, верно, не увянет,Он лучших чувств моих залогом будет ей;Но друга верного и были прежних дней Да поздно милая вспомянет.Да поздно юных снов утратит легкий ройИ скажет в тихий час случайного раздумья:Не другом красоты, не другом остроумья, – Он другом был меня самой.
Отчизны враг, слуга царя, К бичу народов, самовластьюКакой-то адскою любовию горя, Он не знаком с другою страстью.Скрываясь от очей, злодействует впотьмах, Чтобы злодействовать свободней.Не нужно имени: у всех оно в устах,Как имя страшное владыки преисподней.