Чтение онлайн

Табита внесла оловянный поднос с кружками и первой заметила Руперта:

– Ба, да это же Лорд Ник.

Раздался хор приветственных возгласов:

– Эй, Ник, присоединяйся к нам!

От очага поднялся Бен и пододвинул стул.

– Что будешь пить, Ник?
– Бесси сняла с полки оловянную кружку и вытерла ее передником.

– Будь добра, пинту пива.
– И Руперт уселся на стул, зажав между коленей хлыст.

Он оглянулся вокруг: Морриса среди присутствующих не было. Несмотря на то что Бен ему доверял, Руперт так до конца и не поверил в его надежность. Он знал, как легко купить шпиона.

– В этот раз вы не привезли с собой мисс, - заметила Бесси.

– Не привез, - согласился Руперт и, сделав большой глоток, смахнул пену с губ тыльной стороной ладони.
– Славно. Я так хочу пить, что проглотил бы целый океан.

– Да нет, это не здесь, - продолжая прерванный разговор, успокоил собеседников один из курильщиков.
– Я слышал, лорд Джордж собирает людей на следующей неделе. Кажется, на поле Святого Георга.

– А потом они пойдут маршем на парламент, - добавил со знанием дела один из его приятелей.
– Присоединишься?

– Может быть, а может быть, и нет.

Бен повел головой в сторону двери. Руперт кивнул и осушил кружку. Оба поднялись и вышли из столовой, где все жарче и жарче разгорались споры сторонников и противников лорда Джорджа Гордона.

Не сговариваясь, они направились в сторону конюшни.

– У тебя новый конюх?
– заметил Руперт, щуря от яркого солнца глаза.

– Да. Фредди понадобился отцу. Теперь помогает ему в поле. А я на замену взял на лето вот этого Бобби.

Руперт открыл глаза и принялся меланхолично рассматривать парня, который изо всех сил надраивал тяжеловоза.

– Пойдем прогуляемся. Бен последовал за ним.

– Так ты хочешь выйти на дорогу по личному делу?

– В среду, - подтвердил Руперт.
– Но на ту, что ведет к Уайлдкрофту - там не так людно.

Бен кивнул, сорвал травинку, машинально пожевал стебелек.

– Есть там один участок - петляет между деревьями. Пожалуй, подойдет.

– Знаю. На этот раз времени понадобится больше, чем обычно: жертву придется раздевать до исподнего.
– Взгляд Руперта не предвещал ничего хорошего.

– Тебе понадобится человек, чтобы постоять на стреме, - заявил Бен. Пойду-ка я с тобой, присмотрю за дорогой, пока ты обстряпываешь свои делишки.

– Нет, Бен, тебя я впутывать не собираюсь. Приготовь домик - это все, что от тебя требуется.

– Что плохого, если рядом окажется лишняя пара глаз?
– не отступал Бен.

– Я всегда работаю один.

– А мисс? Ее ты берешь с собой?
– проворчал хозяин таверны.

Руперт немного помолчал.

– Будь что будет, старый товарищ. Тобой я рисковать не могу. Подумай, сколько людей от тебя зависят. Что станется с "Королевским дубом", если тебя вздернут на площади Тайберн?

Бен что-то нехотя проворчал, но в знак согласия все же пожал плечами.

– В среду в какое время?

– Часа в три. Сперва я заеду сюда.

– Хорошо. Твои пистолеты я держу в полном порядке. Возьмешь Люцифера?

– Нет, на этот раз Питера.

– Значит, намечается что-то в самом деле необычное, - заметил Бен. Руперт только улыбнулся и хлопнул товарища по плечу.

Они повернули обратно, прошли вдоль стены по лужайке и оказались в конюшенном дворе, где новый конюх, насвистывая сквозь зубы, любовно скоблил могучую холку коня.

– Пообедаешь?
– пригласил Руперта Бен.
– Бес-си тебя ждет.

– Нет, спасибо, нужно возвращаться. Скажи Бесси, если все будет чисто, приеду вечером в среду, тогда и накормит от души.

Хозяин таверны мрачновато улыбнулся и окликнул конюха:

– Бобби, приведи джентльмену лошадь.

Парень оставил тяжеловоза, бросился в конюшню и через несколько минут вывел Люцифера.

– Пожалуйста, сэр.

– Спасибо, приятель.
– Руперт вскочил в седло и бросил конюху шестипенсовик. Потом наклонился и крепко пожал Бену руку.
– До скорого, дружище!

– До скорого! Будь Осторожен.
– Бен подождал, пока конь со всадником не выехали со двора, и вернулся в таверну.

Парень немного постоял, пробуя шестипенсовик на зуб, потом подбежал к тяжеловозу и отвел его в конюшню. Через пять минут он уже несся по сонным улочкам Патни. Выражение его лица и то, как он спешил, говорили о том, что он выполняет важное поручение.

Глава 20

– Ты все хорошо поняла?
– Руперт стоял в спальне Октавии, опершись о подоконник руками.

– Да, мне все абсолютно ясно.
– Она поднялась повыше на подушках и отхлебнула горячего шоколаду. Руперт уже две недели не был в ее спальне, и Октавия чувствовала себя неловко, почти смущенно в одном пеньюаре.
– Ты собираешься на дневной прием у короля?

– Надо показаться. Хочу, чтобы все узнали, что я на день или два уезжаю из города.

– Будешь в "Королевском дубе"?
– поинтересовалась Октавия, наливая из серебряного кувшинчика в чашку темную ароматную жидкость. На самом деле ей больше не хотелось шоколада, но нужно было чем-то занять руки.

– Нет, если добуду кольцо, предстоит кое-что проделать. Повидать кое-каких людей.

Например, семейных юристов и старого доктора Харгривса, который принял в этом мире и его, и Филиппа. Когда Каллум Уиндхэм объявит брату о своем существовании, нужно, чтобы у того не оставалось ни малейших шансов. Нельзя позволить Филиппу улизнуть.

– Значит, тебе я здесь больше не нужна? Я имею в виду после того, как добудешь кольцо. Делать мне будет нечего.
– Чашка звякнула о блюдце, шоколад перелился через край.

– Если пожелаешь уехать сегодня вечером - воля твоя, - отозвался Руперт с видимым спокойствием.
– Но в любом случае дай мне знать, как тебя найти. Я должен вернуть тебе деньги и дом.

– Хорошо, - тихо согласилась Октавия.
– Мне кажется, свою часть нашего договора ты почти выполнил.

– Еще пара недель, и все будет кончено.
– Руперт оттолкнулся от подоконника.
– Куда ты отправишься отсюда?

– Не знаю.
– Девушка откусила заусенец на указательном пальце.
– Еще не решила.

– А что скажешь отцу?

Она пожала плечами. Волосы Октавии упали на лицо и скрыли его выражение.

Руперт наклонился и нежно взял девушку за подбородок, откинул в сторону кудри. Она подняла на него удивленный и какой-то беспомощный взгляд. Но ничего не сказала, не сделала ни малейшей попытки ответить на его прикосновение.

– До свидания, Октавия.
– Руперт поцеловал ее в губы. Аромат кожи любимой всколыхнул память, голова пошла кругом. Но девушка осталась недвижимой, губы не ответили на поцелуй.