Чтение онлайн

Толстые стёкла пробило навылет, осколки кусками вылетали вперёд, на зелёное ковровое покрытие пола вестибюля и лишь следом за ними, в холл ворвались звук выстрелов. Дежурный охранник, словно в замедленной съёмке уже почти скрылся под стойкой, но в следующее мгновение вторая серия из двух коротких очередей отбросила американца назад, на крашенной в яично-жёлтый цвет стене сзади, обозначились кровавые брызги и кусочки мозга, перемешанные с осколками затылочной кости. Две бронебойные пули одна за другой пробили низкий лоб дежурного и тот без вскрика, молча рухнул на пол. Умельцы из оружейных спецлабораторий Конторы потрудились на славу: пули имели чуть выступающий сердечник из какого-то прочного сплава, способного пробить преграду и посерьёзнее, нежели этот шестимиллиметровый стеклопакет. Стоило немалого труда, чтобы разработать патрон под импортное оружие, да ещё используя стандартную заводскую парабеллумовскую гильзу. Будет ещё один ребус для амеровских экспертов… Прекратив стрелять, Журавлёв извлёк из кармана небольшой чёрный цилиндр и приставив его к двери чуть выше замка, нажал на малоприметную кнопку на корпусе. Раздался негромкий хлопок, вышибной заряд выбил механические потроха довольно серьёзного дверного запора и створки вторых дверей распахнулись вперёд. Не мешкая ни секунды, майор расстегнул кейс, высвободил маленький автомат и положил его на столешницу администратора, контролируя вход в коридор первого этажа и лестницу на второй, которая была чуть правее, по центру холла. Сам он стоял у правой стены, сразу за которой было уже соседнее здание, с бесшумным «макаркой» в левой руке, готовый встретить любого, кто покажется. Таким образом, правый фланг полностью прикрыт, проблемным остался только коридор и лестница на второй этаж. Из задней части здания раздались вскрики, с глухим треском прогремело две длинных очереди, послышались тяжёлые, приближающиеся шаги, глухо что-то упало прямо за стеной и в дверной проём вывалилась чья-то волосатая рука. Ожила рация и Журавлёв услышал:

— Здесь Второй, первый этаж — чисто, два «двести». Устанавливаю петарды.

Это Павликян уже разобрался с теми, кто оказался в задних комнатах и уже ставил термические заряды, поскольку мы планировали устроить пожар, спустя какое-то время после отхода с объекта. Журавлёв бросил косой взгляд на часы, прошло пять минут. Водила будет у задних ворот минут через десять, он всегда задерживался. Однако почему молчит Винниченко, время дорого!.. Николай уже потянулся к микрофону, как со второго этажа послышались приглушенные шаги и на лестнице возникла долговязая фигура «чистодела». Иван сложил пальцы левой руки в знак «О’кей», что означало три свежих скальпа на его поясе так же молча, спустился, встав у окна, ведущего на улицу и отогнув лепесток жалюзи, бегло осматривался. Порохом от «ствола» Винниченко не пахло, значит, всех как обычно отработал ножом, причём жертвы, тренированные, тёртые парни, даже ничего не успели предпринять.

— Здесь Кибитка. Погода безоблачная, жду указаний.

— Здесь Небо. Из «теремка» никто не выходил, как обстановка, Первый?

Журавлёв присоединил новый магазин к автомату, теперь в рожке были уже обычные патроны. Специальных было всего пять стандартных коробок, [88] праздник кончился, да и глушитель бы не выдержал автоматического огня, его порвёт мощными бронебойными пулями. Майор быстро навинтил на ствол «коротышки» спрятанный до поры до времени «тихарь», кивая про себя в такт звуку скользящего по направляющей резьбе ПБСа. И только когда из сгустившейся тьмы в дверном проёме первого этажа вынырнул массивный Командор, ответил на вызов.

— Теремок пуст, у хозяев шесть «двести». У нас сухо, ждём извозчика. Небо, особое внимание на северо-восток. Кибитка. Отходи на точку два, как приняли?

— Кибитка — принял, отхожу на второй подскок.

— Небо — принял, смотрю и примечаю, потом отхожу на вторую точку.

В голосах бойцов слышалось облегчение и радость — все живы, враг мёртв. У задней двери послышался шум подъезжающей машины и в наушнике майора мгновенно отозвался Макс:

— Здесь Небо, прибыл кучер. Паркует машину, принимайте! Отбой.

Журавлёв кивнул бойцам и все трое пошли через узкий коридор к задней двери. Фургон был пригнан почти вплотную задом к высокому крыльцу, чтобы облегчить погрузку, диверсантам нужно только войти и закрыть за собой двери кунга. Переступив через распростёртый на полу труп одного из охранников, Журавлёв негромко бросил в микрофон:

— Проводишь нас, Небо, потом сворачивайся и уходи на точку, как принял?

— Принял, провожу. Отбой связи.

Один за другим, бойцы скрылись внутри кунга тёмно-синей «полуторки». Николай, шедший последним, постарался как можно тише захлопнуть гофрированный задний створ кунга. Внутри сразу зажгли фонарики, выхватываемые из темноты фрагменты внутреннего устройства кузова подтвердили предположения связника: машиной пользовались давно и водителю. Который уже забрался в кабину и заводил мотор, она не принадлежала. Вдоль стен — две лавки, ближе к кабине лежали несколько порожних картонных коробок, более ничего тут не наблюдалось. Журавлёв уселся у левой от кабины стенки и прислонившись к ней спиной, благо внутренняя облицовка была звукоизолирующей и не нагрелась от жары. Машину зашатало, чуть слышно заработал мотор. А спустя ещё пять минут, в наушнике майора послышался голос наблюдателя:

— Уходите чисто, любопытных не наблюдаю, по секторам — «зелёный». Ухожу на второй подскок. Приём.

— Понял, тебя Небо. Отбой.

Теперь у них было около получаса времени, чтобы сбросить часть напряжения и подготовиться к решающей фазе операции. Главной задачей группы Журавлёва было проникнуть на раскопки, войти в недавно вскрытую подземную камеру, отстоящую от самой пирамиды почти на две сотни метров, забрать некий предмет. Раскопки велись в тайне от всех, Консорциуму помогали люди из деловых кругов страны, обеспечив железобетонное прикрытие и поддержку. Журавлёв толком не знал, что именно представляет из себя объект операции, ему показали только две фотографии некоего циллиндрического куска серого камня, испещрённого клинописными письменами. Связник сказал, что цилиндр полтора метра в высоту, пятьдесят сантиметров в диаметре и около двадцати килограммов весом. От внимательного взгляда майора не укрылось, что камешек не похож на кусок какой-нибудь колонны, а форма его задумана именно такой, но вот зачем кураторам понадобился древняя тумба… Мотнув головой. Журавлёв переключился на конкретику, прогоняя в голове ещё раз план проникновения на раскопки. Пройти внешний периметр помогут специально изготовленные пропуска — запаянные в пластик фотографии со скудными данными о каждом из «охранников» и косой красной полосой, по диагонали, что означало полный допуск. Им предстояло пройти в общей сложности шесть постов охраны, но учитывая пересменку постов, серьёзными были только два пункта проверки (один у ворот в тоннель и второй на входе в камеру), четыре же обычных они должны пройти совершенно спокойно. Сложности предполагались только на ближних подступах к камере, где судя по данным того же связника, искомая каменюка находится до сих пор. Агент Конторы, внедрённый в экспедицию, как сотрудник охраны, благополучно испортил подъёмник, который должны были починить как раз к тому моменту, как команда Журавлёва войдёт на территорию лагеря. Именно этот безликий помощник, добыл схему охраны периметра, образцы пропусков и составил график смен сотрудников, на основе которого и разрабатывался план текущей операции.

Грузовик подпрыгнул, скаты зашуршали по песку, вскоре снова перескочив на асфальт. Николай взглянул на бойцов и знаком дал сигнал приготовиться: машина через десять минут прибудет к воротам лагеря.

— Всем приготовиться — Журавлёв говорил тихо, хотя вряд ли водитель мог что-нибудь услышать за рёвом мотора и дребезжанием подвески — Командор, мы с тобой идём к объекту и зачищаем всех, кто будет рядом с ним. Ваня, ты у нас как танк, берёшь на себя лебёдку, инструкции, как запустить механизм не забыл?

Винниченко улыбнулся и отрицательно помотал кудрявой головой. Его словно совершенно не волновало что будет дальше, добродушное выражение не сходило с его вытянутой физиономии, глаза смотрели спокойно и уверенно. Говорят, что убийцу выдаёт взгляд, якобы холодный и запредельно жуткий. Но только не в случае капитана Винниченко — этот интеллигент до мозга костей производил впечатление человека совершенно мирного и крайне беззащитного в бытовом плане. Мимо такого пройдёшь и не заметишь, тётка с зычным голосом может обругать тихого долговязого «профессора» в очереди за молоком, хулиганы не колеблясь пристанут к «тюте» в тёмной подворотне, с сакраментальной просьбой о куреве, в трёх из трёх случаях. Только вот если тёткины шансы выжить после скандала, примерно 70/30, то хулиганьё здоровье потеряет совершенно точно.

— Иван, — Продолжал Журавлёв тихо — По нашей информации, лебёдка уже должна работать и там будут двое грузчиков и сопровождающий. Если нам удастся, не поднимая шума нейтрализовать охрану внизу, я дам знать по короткой связи. Помни: постарайся не шуметь, нам необходимо увезти груз до того, как за ним приедет конвой сопровождения. Это почти два взвода хорошо вооружённых вояк, не совладаем. Итак, в идеале просто грузим камень в фуру и тихо едем к воротам. Груз нужно доставить любой ценой, ребята. В случае, если это будет невозможно, его нужно уничтожить. Эдик — Майор коротко глянул а Командора — эта часть на тебе. Как только прорвёмся к объекту, минируй его так, чтобы разнесло на атомы, в случае чего.

— Нет проблем, командир — Павликян кивнул, демонстративно похлопав по небольшой сумке притороченной к поясу и суть выпиравшей при повороте торса — Даже пыли не останется.

Грузовик тряхнуло в последний раз, заскрипели тормоза, фургон замер. Диверсанты поднялись и уверенно, один за другим, выбрались наружу. Солнце уже село, лагерь освещали прожектора на вышках и прожектора на треногах. Журавлёв осмотрелся: их высадили за внешней оградой выполненной из ячеистой сетки-рабицы, по верху была пущена спираль «колючки». Сощурившись от бьющего в глаза света ламп, он прикинул высоту ограждения и снова информация связника оказалась точна, даже в мелочах: три метра. К нему подошёл подтянутый охранник, по виду местный, и глянув на пропуск, висящий на шее Николая кивнув, сделал разрешающий жест рукой. Створка ворот внутреннего периметра отъехала вправо, диверсанты прошли в лагерь. Несмотря на позднее время, вокруг царила суета, рабочие без суеты сновали по лагерю, на охранников косились, но никто не обращал на людей с оружием более чем мимолётного взгляда. Быстрым, деловитым шагом, бойцы приблизились к закрытому тентом пространству метрах в пятидесяти от пирамиды. Журавлёв мельком глянул и ничего особенного не ощутил — груда старых камней, чего все так восторгаются, спросил он сам себя, но внимание уже переключилось на старшего смены второго поста охраны. Эти трое парней имели при себе короткоствольные дробовики и пистолеты, но это последний внешний пост, тут не было смысла носить ничего другого. Согласно данным полученным от агента, лифт опустится на тринадцать метров под землю, а там будет ещё три поста и на последнем есть даже пулемёт. Более того: весь тоннель заминирован на всей протяжённости и в случае тревоги и непосредственной угрозы объекту, камера и проход к ней, будут взорваны. В любое другое время, захват был бы полностью исключён, но сейчас был тот самый тонкий момент, когда меры безопасности ослаблены скорой эвакуацией артефакта с раскопок.

Снова пропуска сработали, охранник с сонным лицом пропустил диверсантов в лёгкий, более похожий на гондолу строительного подъёмника, лифт и нажал кнопку спуска. Как только решётка двери сомкнулась за спиной Журавлёва, последним шагнувшего в кабину.

Подъёмник опускался со скоростью улитки, казалось, что прошла целая вечность с того момента, как их проводил сонный мексиканец наверху. Наконец, сквозь прутья решётчатых стен лифта проглянул потолок, а затем и небольшой зал с единственной массивной дверью в противоположной шахте лифта стене. Там была оборудована стрелковая ячейка, а справа от неё, стояла на узких рельсах уходящих за двери, обычная дрезина. На посту обреталось трое парней в такой же белой униформе, что и у диверсантов, но поверх были одеты тяжёлые «броники», с синего цвета очехловкой. Каждый щеголял с полноразмерной М-16А2 — стандартным амеровским «стволом», но ничего более серьёзного у охранников не наблюдалось. Старший наряда подошёл к Николаю и внимательно посмотрев на пропуск, сличил фотографию на куске пластика с физиономией «охранника». Потом хриплым басом спросил: