Тяжелая магия
Шрифт:
— Итак, давайте я ещё раз уточню, — сказал его работодатель, лежавший на кровати. — Один Тяжеловес остановил Громилу, поймал дирижабль, который уже был в воздухе, вырубил Генриха, задал Фрэнсису жару и устоял перед твоим влиянием?
— Примерно так, — ответил Дэниел Гарретт. Ему было неловко из-за того, что вся его команда потерпела поражение от человека с одной из самых заурядных способностей. — Все остальные Тяжеловесы, которых я знал, занимались физическим трудом или работали на стройках. Я думал, что они могут только делать тяжёлые предметы достаточно лёгкими, чтобы их можно было временно поднять. Но этот был другим. Как будто у него было несколько типов способностей.
Генерал покачал покрытой струпьями головой, не соглашаясь с ним. Даже это небольшое движение, казалось, причиняло ему боль.
— Нет, — прохрипел он. — Во всём мире есть только один человек, обладающий несколькими типами способностей. Всё, что делал этот человек, было связано с одной и той же способностью, магическим изменением гравитационного притяжения. Он просто...
— Другой, — сказал Гарретт.
— Находчивый. — Его работодатель на мгновение замолчал, чтобы откашляться в полотенце.
Гарретт не был в этом уверен. Он не был силён в науках, но инструменты, которые использовал Тяжёловес, похоже, не ограничивались простым изменением силы и направления гравитации. Интуиция подсказывала ему, что с этим человеком что-то не так.
Приступ кашля у генерала продолжался. Звук был болезненным, когда его лёгкие пытались сделать вдох. Кашель продолжался еще тридцать секунд, и Гарретт хотел встать, чтобы позвать Джейн, но его работодатель жестом показал, что нужно оставаться на месте. Наконец белая ткань, испачканная кровью, осталась в руках у мужчины, и он продолжил, как будто ничего не произошло.
— Возьми его на работу, — выдохнул он.
— Извините?
— Найми его, Гарретт. Найди этого Тяжеловеса и предложи ему работу.
— Без обид, генерал, но новая девушка выбросила его из дирижабля. Я почти уверен, что он мертв.
— Нет, — сказал он, указывая костлявой рукой на телеграмму, лежащую на столе рядом с кроватью. — После твоего доклада я кое-что проверил. Судя по всему, он не так-то просто умирает.
Он взял телеграмму и прочитал ее. Наконец он присвистнул.
— Впечатляет.
— Судя по всему, этот помешанный на власти идиот, Дж. Эдгар Гувер, с тобой согласен. Вот почему его выпустили из тюрьмы. Гувер не понимает, что такое Силы. Он просто пытается использовать их как дубинки. Он относится к Активным как к грибам. Но нам бы пригодился такой человек.
Прочитав телеграмму, Гарретт уже не так переживал из-за того, что проиграл Тяжеловесу. После битвы при Второй Сомме в живых осталось очень мало Активных.
— Время на исходе, Дэниел, — предупредил генерал.
Гарретт не знал, о чем он говорит: о своем ухудшающемся здоровье или о надвигающейся угрозе со стороны Империума. И то, и другое было по-своему ужасно.
— Я отправлюсь в путь ближайшим рейсом.
***
Генерал, должно быть, снова уснул сразу после того, как Гарретт ушел. Ему становилось все труднее сохранять сознание. Он медленно приходил в себя, его мучили боли, глаза слезились от малейшего света. Его тело умирало, разлагалось изнутри, и он так долго страдал от невыносимой боли, что знал: ему остается только пожелать смерти, и она придет, даровав ему блаженство. Он был жив только благодаря целительной магии Джейн и своему упорству.
Но работы у него по-прежнему было непочатый край.
Была и другая причина, по которой он отправил Гарретта завербовать этого Тяжеловеса. Его источники подтвердили то, о чем он сначала догадался, услышав это имя. Слишком много совпадений было в том, что еще один Салливан оказался таким же талантливым Тяжеловесом.
— Было бы уместно использовать этого человека, чтобы уравновесить чашу весов, — подумал он, но тут в животе появилась новая боль, которая отвлекла его. Трудно было сосредоточиться, когда тело разваливалось на части. Всякий раз, когда боль становилась невыносимой, ему достаточно было вспомнить о Токугаве, и к нему возвращалась решимость. Этот человек никогда не успокоится. Если он вообще был человеком... у генерала были в этом сомнения.
Память у него была по-прежнему острой. По крайней мере, в этом его не подводили растущие в мозгу опухоли. Это было в 1905 году, когда горстка западных военных наблюдателей была отправлена освещать войну между русскими и японцами, и он до сих пор помнил ее как вчерашний день. Царские войска были наголову разбиты, флотилии горели в маслянистом пламени, а в первом сражении погибло сто тысяч человек.
Так был создан Империум.
И в тот день Черный Джек Першинг встретился с самим дьяволом.
Эль-Нидо, Калифорния
День был похож на любой другой летний день в Эль-Нидо: работа, работа, работа. Постарайся сделать самое сложное до того, как станет слишком жарко, чтобы можно было вздремнуть, когда станет совсем невыносимо, а потом вернуться к вечерним делам. Вставать нужно задолго до рассвета, чтобы подоить коров и покормить их. Только фермеры, разводящие молочный скот, могут просыпаться по крику петуха на рассвете. Старый фермер уже давно не спал допоздна. Он решил, что выспится, когда умрет.
Утренняя работа была закончена. Гилберт и большая часть семьи ушли в город. Им с Фэй оставалось только докончить перевозку сена, но он не возражал. Девочка работала усерднее многих мальчишек ее возраста. К тому же с ней было веселее.
Обычно.
— Я тут ещё подумала... — сказала Фэй, забрасывая в кормушку охапку люцерны. Она остановилась, оперлась на вилы и вытерла пот с лица.
— Ой-ой, — ответил он, закатывая глаза.
— Магия живая?
Он продолжал ворошить сено вилами. Он долго размышлял над этим вопросом.
— А электричество живое? А огонь живой?
— Хм... — Фэй нахмурилась. — Я так и думала.
— Тогда это плохо.
— Почему это плохо? — Девочка постоянно о чём-то размышляла. — Потому что если магия не живая и просто прилипла к некоторым людям, то почему она не может прилипнуть к чему-то ещё?
Он застыл, вилы застряли в сене. Но она, казалось, ничего не замечала.
— Почему бы кому-нибудь не придумать, как взять чужую магию и поместить её в другого человека? Или в животное? Или даже в машину?