Тяжелая магия
Шрифт:
Фэй разозлилась. Мистер Гарретт был очень хорошим человеком. Он был без сознания, и ей захотелось заступиться за него.
— Джейн очень любит Дэна. — Харкенес фыркнул. — А этот болван говорил мне, что защитит её, что с ней ничего не случится. Много от вас толку.
Генрих сидел напротив мистера Харкенеса, свесив одну ногу с края стола. Когда он поднял голову, Фэй увидела на его лице выражение, очень похожее на то, какое было у него, когда он выстрелил ей в сердце из своего "Люгера". Его голос звучал совершенно бесстрастно.
— Повтори это ещё раз, scheisskopf [10] , и посмотрим, что будет.
— Хватит, Кристофер, — рявкнул мистер Роулс. — Эти рыцари и так через многое прошли. Мистер Харкенес нахмурился и вернулся к работе. — Они не виноваты в том, что ваша внучка пропала.
— Мы вернём её, — поклялся Лэнс. Генрих и Фрэнсис кивнули, и Фэй последовала их примеру. Салливан по-прежнему смотрел в пустоту.
— К сожалению, на кону стоят дела поважнее, чем жизнь одного-единственного Гримнуара, — сказал мистер Роулс. — Генерал Першинг держал меня в курсе ситуации с "Гео-Тел". Мы должны найти последний элемент, пока не стало слишком поздно... Вы были людьми Першинга. Кому он доверил информацию о местонахождении? — Никто не ответил. Фэй огляделась. Она знала ответ, но не думала, что ей стоит говорить. — Послушайте, я знаю, что он держал это в секрете. Генерал был параноиком, и не без причины, но теперь его нет. Старейшины послали меня занять его место, а это, поверьте, очень серьёзная задача. Я служил под его началом ещё до того, как вы все родились. Я был молодым солдатом "Буффало" под его командованием ещё до того, как нас обоих завербовало Общество. Я скорблю о его утрате не меньше, чем все остальные, но вы должны понимать, насколько важно это устройство.
10
Говнюк (Нем.)
— О, мы понимаем, — ответил Фрэнсис, указывая на выжженную землю вокруг. Даже канюки не кружили в небе, потому что всё мёртвое было слишком обугленным, чтобы его можно было съесть.
Мистер Роулс искренне рассмеялся.
— Это? Фрэнсис, мой мальчик, это пустяки. "Гео-Тел" проложил путь через Сибирь, который ты даже представить себе не можешь. Я был одним из рыцарей Нью-Йорка, и мы были так близки, — он соединил большой и указательный пальцы, — к тому, чтобы потерять всё восточное побережье. Когда было много разрозненных и неизвестных частей, план Першинга имел смысл, но теперь осталась только одна. Самая важная миссия всего Общества найти её.
— И уничтожить, — добавил Лэнс.
— Конечно. Старейшины были глупцами, когда думали, что смогут сохранить его и, возможно, когда-нибудь использовать сами. Надо было разбить его вдребезги еще в 1908 году. Если генерал доверился кому-то из вас, мы должны об этом знать. От этого зависит весь мир.
Грузовик подъехал к краю зоны взрыва. Черный пепел остановился, образовав идеально ровную линию. С одной стороны была смерть, а с другой, желтая летняя трава, казалось бы, ни в чем не повинная. По обеим сторонам дороги, ведущей к городу, стояли полицейские машины. Солдаты спешили убрать с дороги деревянные баррикады, а водитель кричал, что нужно отвезти выживших в больницу.
Грузовик тронулся с места. Перед ними проехала полицейская машина и включила сирену. Репортеры пытались сфотографировать их, когда они проезжали мимо, но Гримнуары не поднимали головы. Все молчали, и Фэй хотела поднять руку, но передумала. Генерал Першинг точно указал ей, где искать Саутэндера.
— Единственное, что стоит между Председателем и самым смертоносным из когда-либо созданных устройств, это один-единственный Гримнуар, который, возможно, даже не знает, что все его старые соратники убиты. Мы должны добраться до него, пока не стало слишком поздно, — умолял мистер Роулс. — Вы не предаете генерала, вы выполняете его последнюю миссию.
Салливан начал смеяться. Сначала это был тихий смешок, но потом он перешел в раскатистый хохот. Он сидел в кузове грузовика, и рессоры заскрипели под его весом, когда он повернулся.
— Вы все слишком гордые, — сказал он, вытирая глаза рукавом. — Почти такие же самодовольные, как Председатель.
— Першинг рассказал тебе? — недоверчиво спросил мистер Роулс.
— Потому что он знал, что никому больше нельзя доверять. Да, я знаю, как найти Боба Саутэндера.
— Тогда ты должен нам рассказать.
— Першинг поручил мне задание. Я намерен его выполнить. Я найду Саутэндера и последний фрагмент. Это мой долг. Не твой.
— Ты не справишься в одиночку. Ты просто обезумел от горя, сынок, — сказал мистер Роулс.
— Может быть. Но это ничего не меняет.
— Если Председатель узнает, где он, он натравит на тебя свою Железную Гвардию, — холодно сказал мистер Харкенес.
— Я на это рассчитываю. И когда они придут, я буду ждать их там, — заявил Салливан. Фэй видела, что он не шутит. Если она что-то и знала о мистере Салливане, так это то, что он всегда держит слово или готов умереть, пытаясь это сделать.
Мистер Роулс был расстроен.
— Это не игра. Скажи мне, где Саутэндер. Это приказ, Гримнуар.
Салливан помолчал, снял с мизинца кольцо Першинга и бросил его в кузов грузовика. Оно покатилось и остановилось рядом с мистером Браунингом.
— Я не давал никаких клятв.
Густые седые брови мистера Роулса сошлись на переносице, когда он уставился на мистера Салливана. Фэй почти физически ощутила, как вокруг них затрещала Сила. Если Салливан не заговорит, мистер Роулс сам добудет правду. Она чувствовала, насколько силен мистер Роулс. Он мог разговаривать с ней мысленно, находясь за сотнями футов сплошного камня.
Но Салливан был сильнее любого прибрежного утёса. Несокрушимый. Он закрыл глаза, когда мистер Роулс попытался проникнуть в его разум. На квадратном лице здоровяка отразилась невероятная сосредоточенность.
— Убирайся из моей головы, — сказал Салливан. Он повернулся к мистеру Роулсу. По его лицу струился пот, на лбу вздулись вены. Весь грузовик заскрипел, когда Салливан встал. Он спокойно достал свой пистолет 45-го калибра, вынул из кармана магазин, вставил его в рукоятку и передернул затвор. Подняв пистолет, он направил его на мистера Роулса. — Я сказал, убирайся из моей головы, или я размажу твой мозг по дороге.
Ридер ахнул и отпустил его.
— Кто ты такой?
— Злой. — Салливан убрал пистолет в военную кобуру на поясе. Он повернулся к Генриху. — Присмотри за Делайлой. Она хотела бы, чтобы её похоронили в красивом месте. Пусть кто-нибудь произнесёт надгробную речь. Думаю, ей бы это понравилось.
— Я присмотрю за ней, — пообещал Генрих.
Он обратился ко всем.
— Я не могу пойти с вами, чтобы спасти Джейн. Передай Дэну, что мне очень жаль, когда он очнётся. Может, мы ещё встретимся, а может, и нет. Фэй, спасибо тебе за то, что вытащила нас. Делайла говорила, что ты ей очень нравишься. Салливан кивнул ей, и Фэй почувствовала, что краснеет.
— Удачи.
— Что ты собираешься делать? — спросил Лэнс.
— Исполнять свой долг.
Салливан кивнул и спрыгнул с кузова мчащегося грузовика.
Глава 19
Именно во время своих скитаний я впервые встретил американца. Чёрные корабли коммодора Перри недавно прибыли в Ниппон. Эти чужеземные варвары не просили у сёгуна разрешения на торговлю, они требовали его, стоя на палубах своих военных кораблей, окружённые пушками, под облаком угольного дыма, застилавшего небо. Они считали, что имеют на это абсолютное право. Сильнейший не просит, не уговаривает и не умоляет. Долг сильнейшего, командовать, а долг слабейшего, подчиняться. Я давно зарабатывал на жизнь, продавая свой меч, и тот, кому я служил, неизбежно становился сильнейшим, так что я был хорошо знаком с этой концепцией на индивидуальном уровне. Однако именно американцы открыли мне глаза на более широкие возможности. Как сильный господин должен править над слабым крестьянином, так и сильная нация должна править всем миром. Я многим им обязан и с тех пор стараюсь следовать этому принципу.
Барон Окубо Токугава, Председатель Императорского совета, "Моя история", 1922