Чтение онлайн

Я кликнул Мэри. Приказал ей бежать со всех ног за доктором Хэйдоком, он живет на углу, рукой подать. Я сказал ей, что произошло несчастье.

Потом вернулся в кабинет, закрыл дверь и стал ждать доктора.

К счастью, Мэри застала его дома. Хэйдок - славный человек, высокий, статный, с честным, немного суровым лицом.

Когда я молча показал ему на то, что было в глубине кабинета, он удивленно поднял брови. Но, как истинный врач, сумел скрыть свои чувства. Он склонился над мертвым и быстро его осмотрел. Потом, выпрямившись, взглянул на меня.

–  Ну, что?
– спросил я.

–  Мертв, можете не сомневаться. И не меньше, чем полчаса, судя по всему.

–  Самоубийство?

–  Исключено. Взгляните сами на рану. Даже если он и застрелился, то где оружие?

Действительно, ничего похожего на пистолет в комнате не было.

–  Не стоит тут ничего трогать, - сказал Хэйдок.
– Надо поскорей позвонить в полицию.

Он поднял трубку. Сообщив как можно лаконичнее все обстоятельства, подошел к креслу, на котором я сидел.

–  Да, дело дрянь. Как вы его нашли?

Я рассказал.

–  Это… Это убийство?
– спросил я упавшим голосом.

–  Похоже на то. Ничего другого и не придумаешь. Странно, однако. Ума не приложу, кто это поднял руку на несчастного старика. Знаю, знаю, что его у нас тут недолюбливали, но ведь за это, как правило, не убивают. Не повезло бедняге.

–  Есть еще одно странное обстоятельство, - сказал я.
– Мне сегодня позвонили, вызвали к умирающему. А когда я туда явился, все ужасно удивились. Больному стало гораздо лучше, чем в предыдущие дни, а жена его категорически утверждала, что и не думала мне звонить.

Хэйдок нахмурил брови.

–  Это подозрительно, весьма подозрительно. Вас просто убрали с дороги. А где ваша жена?

–  Уехала в Лондон, на целый день.

–  А прислуга?

–  Она была в кухне, на другой стороне дома.

–  Тогда она вряд ли слышала, что происходило. Да, отвратительная история. А кто знал, что Протеро будет здесь вечером?

–  Он сам об этом объявил во всеуслышание.

–  Хотите сказать, что об этом знала вся деревня? Да они бы и так до всего дознались. Вы знаете кого-нибудь, кто мог затаить на него зло?

Передо мной встало смертельно бледное лицо Лоуренса Реддинга с застывшим взглядом полубезумных глаз. Но от необходимости отвечать я был избавлен - в коридоре послышались шаги.

–  Полиция, - сказал мой друг, поднимаясь.

Наша полиция явилась в лице констебля Хэрста, сохранявшего внушительный, хотя и несколько встревоженный вид.

–  Добрый вечер, джентльмены, - приветствовал он нас.
– Инспектор будет здесь незамедлительно. Тем временем я выполню его указания. Насколько я понял, полковника Протеро нашли убитым в доме священника.

Он замолчал и устремил на меня холодный и подозрительный взгляд, который я постарался встретить с подобающим случаю видом удрученной невинности.

Хэрст прошагал к письменному столу и объявил:

–  Ни к чему не прикасаться до прихода инспектору!

Констебль извлек записную книжку, послюнил карандаш и вопросительно воззрился на нас.

Я повторил рассказ о том, как нашел покойного. Записав мои показания, что заняло немало времени, он обратился к доктору.

–  Доктор Хэйдок, что послужило причиной смерти, по вашему мнению?

–  Выстрел в голову с близкого расстояния.

–  А из какого оружия?

–  Точно сказать не могу пока не извлекут пулю. Но похоже, что это будет пуля из пистолета малого калибра, скажем, маузера-25.

Я вздрогнул, вспомнив, что накануне вечером Лоуренс признался, что у него есть такой револьвер. Полицейский тут же уставился на меня холодными рыбьими глазами.

–  Вы что-то сказали, сэр?

Я отрицательно покачал головой. Какие бы подозрения я ни питал, это были всего лишь подозрения, и я имел право их не высказывать.

–  А когда, по вашему мнению, произошло это несчастье?

Доктор помедлил с минуту. Потом сказал:

–  Он мертв примерно с полчаса. Могу с уверенностью сказать, что не дольше.

Хэрст повернулся ко мне:

–  А служанка что-нибудь слышала?

–  Насколько я знаю, она ничего не слышала, - сказал я.
– Лучше вам самому у нее спросить.

Но тут явился инспектор Слак - приехал на машине из городка Мач Бенэм, что в двух милях от нас.

Единственное, что я могу сказать про инспектора Слака - то, что никогда человек не прилагал столько усилий, чтобы стать полной противоположностью собственному имени4. Это был черноволосый смуглый человек, непоседливый и порывистый, с черными глазками, шнырявшими туда-сюда. Вел он себя крайне грубо и заносчиво.

На наши приветствия он ответил коротким кивком, выхватил у своего подчиненного записную книжку, полистал, бросил ему несколько коротких фраз вполголоса и подскочил к мертвому телу.

–  Конечно, все тут залапали и переворошили, - буркнул он.

–  Я ни к чему не прикасался, - сказал Хэйдок.

–  И я тоже, - сказал я.

Инспектор несколько минут был поглощен делом: рассматривал лежавшие на столе вещи и лужу крови.

–  Ага!
– торжествующе воскликнул он.
– Вот то, что нам нужно. Когда он упал, часы опрокинулись. Мы знаем время совершения преступления. Двадцать две минуты седьмого. Как вы там сказали, доктор, когда наступила смерть?

–  Я сказал - с полчаса назад, но…

Инспектор посмотрел на свои часы.

–  Пять минут восьмого. Мне доложили минут десять назад, без пяти семь. Труп нашли примерно без четверти семь. Как я понял, вас вызвали немедленно. Скажем, вы освидетельствовали его без десяти… Да, время сходится, почти секунда в секунду!

–  Я не могу утверждать категорически, - сказал Хэйдок.
– Время определяется примерно в этих границах.

–  Неплохо, сэр, совсем недурно.

Я уже некоторое время пытался вставить слово.

–  Кстати, часы у нас…

–  Прошу прощенья, сэр, здесь я задаю вопросы, если мне что понадобится узнать. Времени в обрез. Я требую абсолютной тишины.

–  Да, но я только хотел сказать…

–  Абсолютной тишины!
– повторил инспектор, буравя меня бешеным взглядом. Я решил исполнить его требование.

Он все еще шарил взглядом по столу.

–  Зачем это он сюда уселся?
– проворчал он.
– Хотел записку оставить - эге! А это что такое?

Он с видом победителя поднял вверх листок бумаги. Слак был так доволен собой, что даже позволил нам приблизиться и взглянуть на листок из своих рук.