Чтение онлайн

Метис набрал на радиотелефоне номер. Сказал в трубку:

— По графику.

В полукилометре от антикварной лавочки, на улице Силом-роуд, в в доме напротив шестнадцатиэтажной громади­ны «Бангкок бэнк» в это же время поднимался в лифте худо­щавый и жилистый европеец с пушистыми рыжими усами. Поверх футболки на нем висел застиранный жилет, какими пользуются профессиональные фотографы, со множеством карманов и карманчиков, петель и застежек.

На третьем этаже в лифт вошли двое тайцев, и жилистый, пожав каждому руку, спросил:

— Это действительно та квартира, где под окном спальни на наружной стене висит зеркало? Так?

Он говорил на английском, которым пользуются в про­фессорских кабинетах Калифорнийского университета. Яс­ном и простом.

— Зеркало там и подвешено. Шестиугольное, — сказал один таец.

— Шестиугольное? Какое это имеет значение теперь?

Лифт остановился на седьмом этаже, и тот, который ска­зал про зеркало, что оно шестиугольное, вышел. Придержи­вая створки дверей, он объяснил европейцу:

— Шестиугольное, потому что так требует «фэн шуй»...

— «Фэн шуй»? Ах, ну да...

Европеец вспомнил. Двадцать лет назад он закончил дальневосточное отделение в Калифорнии, Беркли. «Фэн» на китайском означает «ветер», а «шуй» переводится как «вода». Когда в 1973 году он вместе с другими парашютистами, перепутав по ошибке штабных дома в китайском квартале Шолон в Сайгоне, забросал гранатами правление фабрики, выпускавшей колючую проволоку и солдатские фляги, а не подпольную коммунистическую типографию, несчастье списали на плохой «фэн шуй». То есть выяснилось, что зда­ние правления строили без консультации с астрологами. Оно оказалось на «дурном месте» — через улицу поднима­лась кирпичная труба, походившая на палочку для воскуривания перед алтарем умерших предков. Дом перестроили после разгрома, развернув фасадом в противоположную тру­бе сторону, да еще поставили у входа двух цементных львов, обеспечивших добрый «фэн шуй».

Шестиугольное зеркало на наружной стене под окном защищало от дурного «фэн шуй». Прежде всего, со стороны стоявшего через улицу «Бангкок бэнк». Накопленные в нем огромные деньги источали притягательную силу, могущую высосать богатства обитателей квартир в доме напротив.

Европеец и второй таец — плотный парень в черной май­ке, с вытатуированной головой льва на ключице, вышли на восьмом. Двери квартир на площадке стояли под углом, что­бы не быть друг против друга. По причине «фэн шуй». Соседи попадаются всякие...

Оба проверили оружие. Солдатские кольты 45 -го калиб­ра.

Таец осторожно заработал с отмычками.

За дверью, когда ее медленно, опасаясь скрипа, открыли, обнажилась стальная решетка, запертая на задвижку с набор­ным секретом. Таец шифр знал. Но дальше решетки не по­шел.

Фотограф скачками на носках резиновых кедов проско­чил анфиладу трех пустых комнат. В большом холле вклю­чил свет, ослепив замычавшего на диване тучного китайца, спавшего у включенного телевизора. На экране плавали пе­стрые рыбы Южных морей. Видеопленки «аквариум» во множестве серий входили в моду. Говорили, что зрелище оздоровляюще воздействует на нервы. Рядом с телевизион­ным стоял и настоящий аквариум.

— Что нужно? — спросил тучный, с трудом усаживаясь на диване.

Фотограф запустил руку в аквариум, выловил первую по­павшуюся рыбку — голубую красавицу с золотыми продоль­ными полосами и черными обводами вокруг зеленоватых глаз. Затолкал ее в рот, сделал вид, будто поедает, потом выплюнул в лицо тучному.

— Пусть потаскушка отойдет, — сказал он, дернув ство­лом кольта на девицу, дремавшую и теперь очнувшуюся на полу у дивана.

— Уходи, — сказал тучный.

Девица отползла к телевизору.

— Уходи, — снова сказал тучный. Теперь — европейцу. — Уходи, Ларри... Бангкок — не Сайгон. Тебя прикончат рань­ше, чем ты успеешь вынести ценности, которые надеешься найти. Говорю тебе, не чуди. Уходи... Тони! Эй, Тони!

— Я здесь, хозяин, — сказал таец в черной майке. — Сей­час, хозяин, настал момент умирать.

Европеец сдвинул тяжелую раму окна, выходившего на Силом-роуд. С раскаленным, кислым от выхлопных газов воздухом вломились в комнату гудки и рев моторов.

Фотограф свесился наружу. Пошарил руками на стене.

— Оно не шестигранное, — сказал он Тони.

— Другого на всем доме, да и на соседних нет. Да посмот­рите, начальник, на этого человека... Он и нужен... Точно. Ошибки не будет.

— Мне приказано сделать дело там, где зеркало. Но один из вас сказал, что оно шестиугольное, а оказалось квадратное. Может, это разные квартиры?

— На всем доме одно зеркало, — сказал тучный. — Выма­тывайтесь, пока не поздно!

Европеец кивнул Тони.

— Прошу извинить, хозяин, — сказал Тони. — Но больно не будет, и это быстренько...

Он приставил солдатский кольт к основанию черепа туч­ного и выстрелил. Кажется, у китайца была вставная золотая челюсть. Блестящие осколки разлетелись вместе с кровью и мозгом из выходного отверстия.

Недоверчиво посасывая ус, европеец снова высунулся из окна. С противоположной стороны улицы на него смотрела гигантская лепная «гаруда» — птица буддийских мифов, взя­тая «Бангкок бэнк» в качестве фирменного знака. Она про­стирала крылья над банковским фронтоном, излучая граби­тельский «фэн шуй» в сторону окна, в котором стоял «фаранг».

Он обернулся к девушке, которая, положив подбородок на подтянутые колени, безучастно смотрела перед собой.

– Эй!

— Что еще? — спросила она врастяжку.

— Сейчас десять пятнадцать вечера. Запомни!

Европеец вытянул из жилетного кармана пластмассовое бревно радиотелефона. Выдвинул антенну, набрал номер. Сказал:

— По графику.

Они аккуратно прикрыли решетку, потом дверь кварти­ры. Нажимая кнопку шестого этажа, чтобы снять на нем с засады третьего, европеец сказал:

— Все-таки предрассудки, Тони, чудовищно нелепая вещь... Взять хотя бы это дурацкое зеркало.

Третий, входя, услышал конец фразы.

— На Арабской улице в Сингапуре вешают над дверями стручки перца от дурного глаза...

Тони промолчал. В глубине души он верил в «фэн шуй», в отношении которого проявлял варварскую недооценку бе­лый. Зеркало просто оказалось недостаточно надежным. Не­удачнику следовало подвесить восьмиугольное... Он поду­мал, что после получения платы надо бы заказать цветную татуировку дракона на правую лопатку. И не скупиться на краски. Прикрытие со спины будет надежнее... И еще поду­мал с завистью: насколько ловки «фаранги» присваивать чу­жие «фэн шуй», деньги и жизни!