Чтение онлайн

– Ты немного забегаешь вперёд, Нефрет, – перебил Рамзес. Опершись локтями о стол, подперев подбородок руками, он внимательно следил за Нефрет, и пламя свечей, отражаясь в его чёрных глазах, мерцало, как искры смеха. – Никто не упоминал о том, что принцесса во плоти предстанет перед мистером Фрейзером. Однако это неплохая идея. Ты должна напомнить ему, что самоубийство – смертный грех, и что он должен прожить весь отпущенный ему срок, совершая добрые дела и ведя себя, как подобает английскому джентльмену, прежде чем обретёт надежду воссоединиться с ней.

– Господь Всемогущий! – воскликнула я. – О чём ты думаешь, Рамзес? Нефрет не пойдёт на такое. Это слишком опасно. Что, если Дональд, охваченный страстью, попытается заключить её в объятия?

– Его попытка не увенчается успехом, – ответил Рамзес. Давид, до сих пор не вымолвивший ни слова, энергично кивнул.

– Но вы правы, миссис Амелия, – согласился Сайрус. – Мы не имеем права позволить такой красивой молодой леди, как мисс Нефрет, принять участие в подобном коварном плане. С лёгкостью можно найти какую-нибудь симпатичную малютку-египтянку, которая сыграет эту роль. Думаете, сработает?

– Возможно, – признала я. – Нам нужно как следует подумать. Сначала я должна посоветоваться с Энид.

На этом обсуждение закончилось. Вскоре ожидалось прибытие первых гостей, и, поскольку у Сайруса не было ни жены, ни сестры, ни дочери, я с радостью выступила в роли хозяйки дома. Однако на выразительном лице Нефрет ясно читалось, что она не собирается без борьбы уступать звёздную роль «симпатичной малютке-египтянке».

Вечера Сайруса всегда были примером высшей элегантности и хорошего вкуса. Электрические огни ярко горели, отражаясь от поверхностей полированных латунных сосудов и серебряных ваз. Через открытые французские двери [168] главных приёмных доносился аромат роз и жасмина. Фонари освещали знаменитые сады Сайруса.

Присутствовали все, кто хоть что-то значил в Луксоре. Единственным исключением были Фрейзеры. Скорее всего, Энид не хотела рисковать тем, что Дональд примется выставлять себя напоказ, приставая к археологам и требуя сведений о принцессе.

Доктор Уиллоуби, беседуя с немецким бароном и его фрау, кивнул мне через комнату. Мистер Теодор Дэвис, похожий на крошечного усатого пингвина в белом галстуке и фраке, подарил мне сердитый взгляд через очки и оставил меня своей «кузине», миссис Эндрюс, со вкусом одетой в пурпурный атлас с бриллиантами. Миссис Эндрюс, пожалуй, понравилась мне – жизнерадостная душа с искренним, хотя и поверхностным, интересом к египтологии. Вскоре к нам присоединился Говард Картер, который только что вернулся из Ком-Омбо и очень хотел разузнать о мумии.

Как я и ожидала, наша находка стала главной темой разговоров. Миссис Эндрюс была рада получить отчёт из первых рук, и я – поскольку не видела причин, по которым не должна этого делать – охотно отвечала на её настойчивые вопросы. Вскоре мы оказались в центре восхищённой группы. Мне удалось задать множество вопросов и дать множество ответов, сохраняя сведения в своей ёмкой памяти для дальнейшего рассмотрения.

Первой вновь прибывших увидела миссис Эндрюс.

– Святые Небеса! – воскликнула она. – Беллингемы! Я и не ожидала, что он покажется в обществе так скоро после...

Лично я отнюдь не была уверена в том, какие общественные правила применимы к запоздалому обнаружению мумифицированного тела жены. Полковник был одет в чёрное – как, впрочем, и всегда. Новой деталью можно было считать разве что белую повязку вокруг лба.

– Что с ним случилось? – спросила я, слишком удивившись, чтобы сформулировать вопрос более тактично.

– Моя дорогая! Разве вы не слыхали? – Миссис Эндрюс понизила голос. – На него напали – жестоко напали – прошлым вечером в Луксоре. Поэтому мы все крайне встревожены. Конечно, я бы никогда и не подумала выйти одной после наступления темноты, но Тео такой храбрый и дерзкий...

Я не желала слышать, как она хвастается храбростью своего Тео, поэтому взяла на себя смелость прервать её.

– Когда это случилось?

– Почему он оказался на улице в такой час, да ещё и с дочерью, не могу себе представить; возможно, случившееся лишило его сна. А эта девица обводит его вокруг своего крохотного пальчика. Вы только посмотрите на её платье!

Долли была не в чёрном. Опять же, обычаи порой трудно определить, а покойная была – очень недолго! – её мачехой. Однако девушка вполне могла бы выбрать более приличное платье, чем лазурный шёлк, отделанный шёлковыми же бутонами роз, с шокирующе низким вырезом. Я обменялась многозначительными взглядами с миссис Эндрюс.

Вспомнив о своих обязанностях, я прошлась по комнате, следя за тем, чтобы стаканы были наполнены, а закуски – поданы. Поскольку я не поздоровалась с полковником, то поспешила к нему подойти. Я подумала, что ему тоже не терпится поговорить со мной, потому что он извинился перед собеседником и отошёл в сторону.

– Раз уж вам известно, что моё расследование вызвано не праздным любопытством, я без колебаний продолжу его, – начала я. – Надеюсь, вы не были достаточно безрассудны, чтобы покинуть безопасный отель в надежде, что враг попытается убить вас?

– У него нет такого намерения, – прозвучал мрачный ответ. – Он хочет, чтобы я жил и страдал. Он преследовал Долли. Она… – Он колебался, но недолго. – Она молода и пылка, миссис Эмерсон; мы, южане, восхищаемся в наших дамах именно этим последним качеством. Я не оправдываю её поведения, но понимаю его. Её выманила записка, якобы от вашего сына.

– Рамзес? – ахнула я.

– Она по-девичьи влюбилась в него, – произнёс полковник с терпимостью, которую я точно не проявила бы. – Увидев его в тот день на террасе отеля, в этих живописных одеждах... Пожалуйста, миссис Эмерсон, не огорчайтесь. Несколько минут назад я спросил его, писал ли он ей. Он всё отрицал, и я верю ему.

– Рамзес не лжёт, – заявила я более или менее точно.

– Ясно, что сообщение отправил мой враг. К счастью, я не спал, когда она выскользнула из своей комнаты, и нанятый мной драгоман заметил её.

– Сайид? На службе в такое время?

– Он выполнял обязанности, для которых я его нанял. Удивительно для египтянина, – добавил полковник. – Большинство из них не так преданны и не так отважны. Он последовал за Долли и пытался убедить её вернуться, когда я догнал их, и если бы не он, я мог бы получить больше, чем шишку на голове. Он прыгнул на негодяя и удерживал его, пока я не вытащил нож. – Увидев моё выражение лица, он мрачно улыбнулся. – Да, миссис Эмерсон, я тоже привык носить с собой нож. Скаддер всегда был трусливым слабаком; когда мы встретимся на равных, я не сомневаюсь, что смогу с ним справиться.

– Жалко, что вы не смогли его поймать.

Беллингем, похоже, воспринял это как критику. Он холодно ответил:

– Я ненадолго вышел из строя из-за удара по голове.

– Сайид не преследовал его?

– Самосохранение сильнее храбрости среди низших пород, миссис Эмерсон. Он отделался небольшим порезом рёбер – ничего серьёзного.

– Вы обследовали рану? – саркастически осведомилась я, начиная испытывать неприязнь к полковнику

– Я? Я отправил его в комнату для прислуги, чтобы он занялся собой. Конечно, щедро вознаградив. – Он огляделся вокруг. – Где Долли?