Чтение онлайн

– И вы серьезно думаете, что...

– Я много чего думаю, - сказал Куимпер.
– Но приходится быть осторожным, такова уж участь врача. Давайте лучше вернемся к разговору об обеде. Итак, карри из курицы. Вы его ели?

– Нет. Когда готовишь карри, делаешься сыт от одного запаха. Пробовала, конечно, когда готовила.., но за обедом ела только суп и немного силабаба Как вы подавали силабаб?

– В стеклянных креманках <Креманка - вазочка на ножке, предназначенная для сервировки мороженого, бланманже и других кремообразных блюд.>, каждому по порции.

– Как насчет остатков?

– Если вы имеете в виду грязную посуду, то все вымыто и убрано. Доктор застонал.

– Ваше усердие когда-нибудь здорово вас подведет!

– Да, возможно... Я прекрасно вас понимаю, но я же не знала, что так получится, и все вымыла...

– Но хоть что-то же осталось?

– Немного карри, миска стоит в кладовке. Я хотела добавить его в куриный суп. Остался вчерашний грибной суп.., совсем немного. Но ни десерта, ни куриной печенки.

– Ладно, возьму немного карри и супа. А как насчет чатни? <Чатни индийская острая кисло-сладкая фруктово-овощная приправа к мясным блюдам.> Вы ставили на стол чатни?

– Да, в керамическом горшочке.

– Чатни тоже возьму. Доктор встал.

– Пойду еще раз взгляну на наших страдальцев. Ну как, продержитесь до утра? Подежурите возле них? А к восьми я пришлю медсестру, предварительно устроив ей подробный инструктаж.

– Мне хотелось бы, чтобы вы сказали прямо. Как вы полагаете, это пищевое отравление.., или.., или.., отравление?

– Я уже вам говорил. Врачу полагать не полагается - врач должен быть уверен. Если результаты анализа будут соответствующими, я смогу что-то предпринять. Иначе...

– Иначе?
– повторила Люси.

Доктор Куимпер положил руку ей на плечо.

– Особенно присматривайте за двоими, - сказал он.
– За Эммой. Я не допущу, чтобы с нею что-нибудь случилось...
– В голосе доктора послышалась нескрываемая нежность.
– По сути, она еще не начинала жить. На таких, как Эмма Крэкенторп, весь мир держится... Эмма.., гм... Эмма для меня много значит. Я никогда ей об этом не говорил, но скажу. Очень вас прошу - не спускайте с нее глаз.

– Не волнуйтесь, - сказала Люси.
– Я вам обещаю.

– И еще за стариком присмотрите. Он, прямо скажем, не самый любимый мой пациент, но раз уж он мой пациент, черта с два я позволю, чтобы его спровадили на тот свет. Спровадили только потому, что кому-то из его нагловатых сынков, а может, и всем троим, не терпится от него избавиться и заполучить его деньги.

Неожиданно в глазах доктора блеснула ироничная улыбка.

– Ну вот!
– сказал он.
– Я что-то слишком разболтался. Но вы будьте умницей, смотрите в оба и, между прочим, держите язык за зубами.

***

Инспектор Бэкон был заметно встревожен.

– Мышьяк?

– Да. Он был в карри. Вот, я принес вам эти остатки, чтобы ваш специалист тоже мог проверить. Я сделал анализ того, что взял, - совсем простой, но результат не вызывает сомнений.

– Значит, там у них окопался отравитель?

– Похоже, - сухо сказал доктор Куимпер.

– Вы говорите, отравились все.., кроме этой самой мисс Айлсбэрроу?

– Кроме мисс Айлсбэрроу.

– Что-то подозрительно.

– Какой у нее может быть мотив?

– Может, спятила, - предположил Бэкон.
– Такое бывает с виду нормальный человек, а на самом деле мозги, как говорится, набекрень.

– У мисс Айлсбэрроу с мозгами все отлично. Говорю вам как медик. Она совершенно здорова, как вы или я. Если мисс Айлсбэрроу угощает семью карри с мышьяком, значит, у нее должны быть на это причины. Однако она наверняка позаботилась бы о том, чтобы не оказаться единственной, кто не пострадал. То есть поступила бы как любой смышленый преступник - а ума ей не занимать! съела бы чуть-чуть отравленного карри, а потом изобразила бы, что ей очень худо, куда хуже, чем на самом деле.

– И тогда бы вы не смогли определить...

– Что ей досталось мышьяка меньше, чем другим, - подхватил доктор.
– Это действительно сложно установить. Каждый человек реагирует на одну и ту же дозу по-разному. Кто-то более восприимчив, кто-то менее. Вот если пациент умрет, бодро добавил Куимпер, - тогда, конечно, мы можем довольно точно определить, сколько яда он принял.

– Значит...
– Инспектор Бэкон пытался осмыслить ситуацию.
– Значит, кто-то сейчас только делает вид, что ему так же плохо, как и остальным, - чтобы избежать подозрений... Так?

– Признаться, я тоже об этом подумал, потому к вам и явился. Ну вот, теперь все в ваших руках. Я оставил в доме медсестру, на которую могу положиться, но она не может быть во всех комнатах сразу. Впрочем, полагаю, смертельной дозы не досталось никому.

– Неужто он просчитался? Я имею в виду, отравитель?

– Нет. На мой взгляд, замысел был несколько иной. Доза была рассчитана так, чтобы все выглядело как пищевое отравление, скажем, грибами. Многие ведь просто панически боятся есть грибы. А потом, очевидно, одному из наших больных станет хуже, и он умрет.

– Потому что ему подсыплют еще одну порцию яда? Доктор кивнул.

– Именно поэтому я сразу же сообщил вам и прислал в дом опытную медсестру.

– Ей известно про мышьяк?

– Разумеется. И ей, и мисс Айлсбэрроу. Вы, безусловно, и без меня знаете, как действовать дальше, но на вашем месте я бы навестил их и сказал, что они отравились мышьяком. Возможно, это нагонит на убийцу страху, и он не посмеет довести задуманное до конца. Он конечно же все хотел представить как пищевое отравление...

На столе у инспектора зазвонил телефон. Он снял трубку.

– Хорошо. Соедините.
– Инспектор повернулся к доктору.
– Между прочим, звонит ваша медсестра. Да, слушаю... Что? Серьезное ухудшение?.. Да... Доктор Куимпер сейчас у меня...

Он передал трубку доктору.

– Куимпер слушает... Понимаю... Да.., все правильно. Так и действуйте. Мы сейчас приедем. Он положил трубку и повернулся к Бэкону.

– Что там такое?

– Альфред, - ответил доктор.
– Он умер.