Чтение онлайн

– Спасибо за жизненный урок, но тебе, правда, стоит зайти в кабинку.

– Скажи, что я не прав. Скажи, что ты не ревновал.

– Единственное, к чему я ревновал, к тому, что ты можешь услышать его игру. Он отказывается позволить мне помочь ему заключить контракт с лейблом, потому что хочет сделать это сам.

Кэш морщится.

– Я слышал, как он поет. Он…

– Феноменальный.

Его глаза сужаются.

– Ты уверен, что слышал, как он поет? Неплохо, но он совсем зеленый.

– Может, он зеленый, потому что был пьян. Я слышал, как он пел с Кейли. У него потрясающий голос.

– Я… я этого не слышал. То есть, он хорош, не пойми меня неправильно, но я понимаю, почему он проваливается на прослушиваниях.

Как все в этой индустрии упускают то, что находится прямо перед глазами?

– Я тебя взбесил. Уверен, ты прав. А я уверен, что парень талантлив. Я просто знаю, каково это - пройти через все испытания, когда дело доходит до прослушиваний у лейблов и менеджеров. Неважно, сколько у тебя таланта, если ты не покажешь им все, что у тебя есть, они тебя не подпишут. Он не показывает всего. По крайней мере, когда я его видел.

Кэш возвращается в студию звукозаписи, и мы заканчиваем остальные песни, но все это время я думаю о Лирике.

Мне непонятно, почему другие не видят того, что вижу я. Ясно, что его что-то сдерживает, но я не знаю, что именно.

Мы заканчиваем последнюю песню, и хотя я подозреваю, что лейбл снова отправит Кэша ко мне поправить мелкие недочеты, переделать песню в другой тональности или еще что-нибудь, на что им захочется пожаловаться, знаю, что на какое-то время мы закончили.

Кэш выходит из студии и крепко обнимает меня, но прежде чем отстраниться, шепчет мне на ухо:

– Очевидно, что парень тебе нравится. Дерзай.

– Все не так просто.

Он хлопает меня по затылку.

– А ты не усложняй.

Я что-то невнятно бормочу и провожаю Кэша.

Я не могу пригласить свою няню на свидание, но хочу разобраться, почему у него ничего не получается с карьерой.

Он сказал, что не хочет моей помощи, но, черт возьми, я хочу ему помочь. Я вижу в нем потенциал, который все остальные явно не замечают. Я хочу раскрыть этот потенциал и сделать его следующим самым большим хитом, покоряющим чарты.

Мне просто нужно понять, как.

Глава 10. Лирик

Знаю, с моей стороны это незрело, но когда слышу, что Райдер и Кэш заканчивают работу в студии, я решаю, что мне нужно проведать Кейли. В смысле, она проспала два часа, но кто знает? Возможно, она задыхается или еще что. То, что этого никогда не было, не значит, что этого не будет. Я очень заботливая няня.

Когда слышу, как Райдер зовет меня, я, наконец, выхожу из комнаты Кейли.

– Проверял, как она, - шепчу я.
– Мне показалось, я слышал шум.

– А шум случайно не от рок-звезды, выходящей из дома?

Попался.

Я игнорирую его и пытаюсь спуститься вниз, но он преграждает мне путь.

Видимо, Райдеру мое смущение кажется забавным.

– Да ладно, это же лучшая история на свете. Как часто тебе еще придется рассказывать людям, что тебя вырвало на кого-то знаменитого? Уже представляю. Через несколько лет ты будешь на каком-нибудь ток-шоу, и тебя спросят о том, как тебя вырвало на Кэша Кингсли. Отличный анекдот.

Возможно, он прав.

– Может быть. Через несколько лет. Знаешь, после того, как умру от стыда и смогу снова об этом рассказать.

Райдер, похоже, все еще развлекается. На его неправдоподобно красивом лице сияет широкая улыбка.

– Я хочу тебе кое-что предложить.

Глупое сердце надеется, что он пригласит меня на свидание.

Знаю, этого не произойдёт, но надежда всё равно есть.

Потому что мне нравится мучить себя мыслями о невозможных вещах.

– Я хочу записать для тебя демо.

Это точно не приглашение на свидание, но и подобного я от него не ожидал.

– Д-демо?

– Кэш рассказал мне о твоем выступлении. Ты рассказал мне о своем последнем прослушивании. Я не понимаю, что упускают все остальные. Я услышал в тебе нечто особенное, когда ты пел с Кейли.

– Честно говоря, ты услышал только одну песню. Детскую песенку, между прочим… Подожди, Кэш сказал, что мое выступление было отстойным?

Действительно ли я хочу, чтобы он ответил?

К счастью, нет. Не знаю, смогу бы справиться с осознанием того, что не только выставил себя дураком перед Кэшем, слишком много выпив, но и что он считает мою музыку отстойной.

– В тебе, как в артисте, есть нечто большее, чем видят они. Я в этом убежден. Знаю, ты против того, чтобы я помогал, по какой-то причине, но, пожалуйста, позволь мне это сделать? Мы можем поработать над твоим звучанием, твоим голосом, твоим стилем… Я просто хочу помочь тебе разобраться, почему ничего не получается, хотя у тебя есть талант, которому даже я завидую.

Райдер Кеннеди завидует… мне.

Быть того не может.

С этим я также не могу смириться.

– Это неправильно, - говорю я.
– Все равно, что использовать работу няни, чтобы построить карьеру в музыке, а я не хочу идти на компромисс таким образом.
– Не могу.

Верно?

– Дело не в этом, - говорит Райдер.

Я хочу сказать «да». Я очень-очень хочу. Так почему же мне кажется, что сказать «да» - значит продать часть своей души?

– Это всего лишь демо, - говорит Райдер.
– Тебе даже не обязательно его использовать, если не хочешь.

Скажи «да».

Я громко выдыхаю.

– Ладно.

– Ладно?
– Лицо Райдера озаряется.

– Да. Ладно.
– В горле застревает ком, и я морщусь, сглатывая.

Нервы скручиваются в животе.

– Ты в порядке?
– спрашивает Райдер.
– Выглядишь так, будто тебя сейчас вырвет, и это будет уже две знаменитости, на которых тебя вырвало за одну неделю.