Чтение онлайн

–  Перестаньте называть меня «сэр». Я привык, что меня зовут Тодд.

–  Хорошо. Итак, мы послали телекс в Мельбурн, и полиция следит за ними и ждет дальнейших сообщений. Мы начали проверять адреса из списка, относящегося к Англии. Результат невероятный. Все люди, фамилии которых зачеркнуты и которых мы успели проверить, стали жертвами ограбления. Мы сообщили в полицию других стран, упомянутых в списке. Единственная трудность - список, который вы нам прислали, ксерокопия. У вас есть оригинал?

–  Нет… Большая часть листов оригинала уничтожена. Это имеет значение?

–  Да нет, не очень большое. Можете вы сказать, как список попал к вам?

–  М-м-м… Лучше сказать, что список был у нас в руках.

Сухой смешок долетел до меня через двенадцать тысяч миль.

–  Хорошо. А теперь скажите, какое неотложное дело заставило вас поднять меня с постели?

–  Вы дома?
– виновато пробормотал я.

–  На дежурстве, как часто бывает. Ну, начинайте.

–  Два вопроса. Первый, могу сэкономить вам время с шифрами, которые стоят против фамилий покупателей. Но сначала… - Я рассказал инспектору Фросту о том, что Уэксфорд и Зеленн в Уэллингтоне и украли мои вещи из отеля.
– У них мой паспорт, и аккредитивы, и чемодан, где я держу кисти, краски и все, что надо для рисования.

–  Я видел его в доме вашего кузена, - сказал Фрост.

–  Верно. По-моему, у них должны быть страница или две списка…

–  Повторите еще раз.

–  Почти весь список брошен в море, но я видел, как Уэксфорд выловил по меньшей мере одну страницу, - повторил я.
– Так… Полагаю… Они намерены вернуться в Мельбурн, может, даже сегодня, фактически в данную минуту. И когда они там приземлятся… Это хорошая возможность, все эти вещи у них будут с собой…

–  Я договорюсь с таможней Мельбурна, чтобы их обыскали. Но как они рискнули пойти на кражу?

–  Они не подозревают, что я знаю о ней, - объяснил я.
– По-моему, они считают, что я уже труп.

–  Боже милосердный. Почему?

–  Они использовали меня как мишень. Будут ли для следствия полезны пули? К счастью, у меня коллекция не пуль, а отстрелянных гильз. Шесть штук.

–  Вероятно, они пригодятся, - неуверенно протянул Фрост.
– Что вы хотели сказать о шифре?

–  Возьмите короткий список… Вы получили его?

–  Да. Лежит передо мной.

–  Хорошо. Первая буква означает город, где картина была продана. М - Мельбурн, С - Сидней, У- Уэллингтон. Вторая буква показывает, какого художника картина продана. М - Маннингс, X - Херринг и Р - по-моему, Рауль Милл. Буква К означает, что продана копия. Все покупатели из короткого списка получили копии, и все из длинного списка - подлинники. Это понятно?

–  Да. Продолжайте.

–  Цифры - всего лишь номера. Они продали 54 копии к тому моменту, когда я… когда список попал ко мне. Последняя буква Р означает, что копию сделал Ренбо. Харли Ренбо, который работал в Элайс-Спрингс. Если помните, я рассказывал вам о нем в прошлый раз.

–  Помню, - подтвердил инспектор Фрост.

–  Уэксфорд и Зеленн последние несколько дней охотились за мной в Новой Зеландии, и это большая удача. Они не успели уничтожить в мельбурнской галерее все подозрительное. Если мельбурнская полиция сможет добиться разрешения на обыск, она соберет богатый урожай.

–  А не может быть так, что исчезновение списка из галереи привело к тому, что они немедленно уничтожили все, что свидетельствует о преступной деятельности?

–  Уэксфорд и Зеленн не знают, что я снял со списка ксерокопию. Они считают, что он вместе со мной где-то безвредно лежит на дне моря. И в этом их ошибка.

–  Я передам ваше сообщение в Мельбурн.

–  В Уэллингтоне есть еще одна галерея. В ней продана за оригинал копия Херринга человеку, живущему в Окленде…

–  Боже мой, вы и это узнали…

Я дал ему адрес галереи «Рюапегу» и рассказал о Нормане Апдайке.

–  В длинном списке встречается буква Б. Скорей всего, есть еще одна галерея. Наверно, в Брисбене. Думаю, что есть другая галерея и в Сиднее. Можно предполагать, что запертое помещение в пригороде Сиднея показалось им недостаточно респектабельным для галереи, и они его закрыли.

–  Стоп, - сказал Фрост.

–  Простите, - вздохнул я.
– Но эта организация похожа на грибницу. Расползлась под землей и время от времени выскакивает на поверхность в самых разных местах.

–  Я сказал «стоп» потому, что мне надо было сменить пленку на магнитофоне. Продолжайте, пожалуйста.

–  Ох!
– Я засмеялся.
– Хорошо… Вы получили ответы Дональда на мои вопросы?

–  Да.

–  Осторожно?

–  Можете быть спокойным, - сухо заметил он.
– Мы выполнили ваше пожелание в письменной форме. Ответы мистера Стюарта следующие: на первый вопрос - «Да, конечно». На второй - «Нет, с чего бы вдруг?» И на третий - «Да».

–  Он ответил с абсолютной уверенностью?

–  С абсолютной.
– Фрост слегка откашлялся.
– Он показался нам безучастным. Незаинтересованным. Но отвечал абсолютно уверенно.

–  Что он делает?

–  Целыми днями смотрит на портрет жены. Каждый раз, когда мы приезжаем, мы видим в окно, как он сидит в гостиной и смотрит.

–  Он еще… нормальный?

–  Не берусь судить.

–  Не могли бы вы по крайней мере сообщить ему, что его больше не подозревают в организации ограбления и в убийстве Реджины?

–  Такое решение принимает мое начальство.

–  Тогда хоть подтолкните их. Разве полиция заинтересована в плохом мнении общественности?

–  Вы моментально обратились за нашей помощью, - язвительно отрезал он.

Обратился, потому что вместо вас делаю вашу работу, подумал я. Но вслух ничего не сказал. Молчание говорило больше.

–  Хорошо… - В его голосе прозвучали ноты извинения.
– Мы с вами сотрудничаем.
– Фрост помолчал.
– Где вы сейчас? Когда я получу телекс из Мельбурна, мне, наверно, надо будет снова связаться с вами.

–  Я в телефонной будке в сельском магазине в деревне на холмах в окрестностях Уэллингтона.

–  Куда вы поедете оттуда?

–  Пока останусь здесь. Уэксфорд и Зеленн, наверно, еще крутятся в городе. Не хотелось бы рисковать, вдруг они случайно увидят меня.

–  Дайте мне номер телефона будки.

Прочитав на стене, я продиктовал ему номер.

–  Я хочу поскорей вернуться домой. Можете вы что-нибудь сделать насчет моего паспорта?

–  Вам придется обратиться к консулу.