Чтение онлайн

–  А кто плакал?

–  Замолчи!

–  В машине Сара тебя не видела, но мы подумали, может, ты лежишь в багажнике вместо мешка с картошкой или что-нибудь в этом роде, поэтому взяли дорожную карту, нажали на акселератор и начали преследование. Свернули налево там, где свернул Зеленн, и оказались в красных горах.

Изучив наши раны и царапины, я сказал:

–  Надо купить что-нибудь дезинфицирующее.

–  Лучше искупаться в нем.

–  Прекрасная идея.

Даже сквозь собственный лязг зубами я слышал, как стучат зубы у Джика.

–  Давайте уедем с этого ветра и будем капать кровью в машине.

Дрожа от холода, мы влезли в машину, Сара с облегчением заметила, как хорошо, что обшивка на сиденьях виниловая, Джик автоматически сел за руль.

Он развернулся, и мы поехали в сторону Уэллингтона. Голый до пояса, мокрый с головы до ног, весь перепачканный кровью, Джик не производил впечатления типичного австралийского шофера. Но борода бесстрашно торчала вверх.

–  Мы ехали этой дорогой, - сказала Сара, - здесь нет ничего, кроме отвесных скал и моря.

–  Я нарисую эти скалы, - решил Джик.

Сара взглянула на него, а потом на меня. Она услышала в его голосе лихорадочное нетерпение - скорее приступить к задуманному. Золотое время уже кончалось.

–  Немного проехав, мы повернули назад, - продолжил рассказ Джик.
– Здесь висит знак «Проезда нет». Тогда мы спустились вниз. Конечно, не к тебе. Мы остановились, Сара вылезла из машины и стала прятать глаза.

–  Мы ни на что не надеялись, - объяснила она.

–  Ох-хох, - улыбнулся Джик.
– Я попинал камни, думая, что же делать дальше, а среди камней валялись гильзы.

–  Валялось что?

–  На обочине. Лежали рядком. Может, выпали из какого-то скорострельного пистолета или чего-то в таком духе.

–  Мы их увидели и подумали… - начала Сара.

–  Кто-то стрелял в морских птиц, - перебил я ее.
– По-моему, надо вернуться и забрать их.

–  Ты серьезно?
– спросил Джик.

–  Угу.

Мы остановились, развернулись и поехали по следам, оставленным нашими шинами.

–  Никто не стреляет морских птиц из пистолета, - проворчал Джик.
– Из пистолета стреляют только в чертовски плохих художников, рисующих дохлых лошадей. Это большая разница.

Впереди появилась каменоломня, Джик подъехал к ней и затормозил, Сара, считая, что она это сделает быстрее, вышла из машины, чтобы собрать гильзы.

–  Они и вправду стреляли в тебя?
– спросил Джик.

–  Зеленн. Но промахнулся.

–  Нда-а, плохой стрелок.
– Джик откинулся на спинку сиденья и поморщился.
– Они, должно быть, поднялись на холм и уехали по другой дороге, пока мы искали тебя в бухтах.
– Он взглянул на Сару, которая высматривала в пыли гильзы.
– Они забрали список?

–  Я бросил его в море, - криво усмехнулся я.
– Это было бы уж слишком покорно - отдать им список в руки, а бросить - вроде бы другое дело. Но они все равно успокоились, дескать, почти спасены, а этого им больше всего хотелось.

–  Скверная история.

–  Веселая.

Сара нашла гильзы, собрала их и бегом вернулась к машине.

–  Вот они… Я положила в сумку.
– Она проскользнула на сиденье рядом с водителем.
– Что теперь?

–  Телефон, - вздохнул я.

–  Зачем?
– Она обернулась ко мне.
– У вас какая-то идея… Ладно… - Она сглотнула.
– Куплю вам обоим по рубашке в первом же магазине, какой попадется. И не говорите мне ничего, если это будет бакалея.

–  А если это будет бакалея?
– спросил Джик.

Мы снова развернулись, поехали прежней дорогой, на перекрестке свернули налево и объехали холм.

Недалеко от его вершины раскинулась большая деревня с магазином, в котором продавалось все - от молотков до шпилек для волос. И бакалейные товары. И рубашки. Сара показала Джику язык и скрылась за дверями магазина.

В результате ее похода я получил тельняшку и на неверных ногах добрался до телефона, зажав в кулаке Сарин кошелек.

–  Мисс, в каком отеле есть телекс?

Она назвала три, и среди них «Таунхауз». Я поблагодарил и позвонил в «Таунхауз», с трудом вспомнив, что моя фамилия Пил.

–  Но, мистер Пил… - Голос дежурной звучал озадаченно.
– Ваш друг, не тот, что с усами, и не тот, что с бородой… Он оплатил ваш счет не больше чем полчаса назад и забрал все ваши вещи… Да, я тоже думаю, что это нарушение правил, но он принес от вас записку, в которой вы просите нас дать вашему другу ключ от номера… Простите, но я не знала, что вы не писали ее… Да, он забрал все ваши вещи. В данную минуту комнату убирают…

–  Ладно, - вздохнул я, - можете вы послать от моего имени телекс, записав счет на моего друга, мистера… Эндрюса?

Дежурная сказала, что может послать телекс, я продиктовал, она повторила и заверила, что пошлет его немедленно.

–  Я перезвоню вам, чтобы получить ответ.

Оказывается, Сара купила еще джинсы и сухие носки, мы выехали из деревни, нашли уединенное место и там переоделись. Это не была лучшая в мире одежда, зато она скрывала наши царапины.

–  Куда сейчас?
– спросил Джик.
– В ближайший травмпункт?

–  Назад к телефону.

–  Господи боже всемогущий.

Джик привез нас к телефону, я позвонил в «Таунхауз». Девушка сказала, что получила ответ, и прочла его мне: «Сейчас же перезвоните по этому номеру». Девушка дважды продиктовала номер. Я повторил. «Да, правильно», - сказала она. Я поблагодарил ее.

–  Нетруда. Простите, что так получилось с вашими вещами.

Я позвонил на международную станцию и дал номер телефона.

–  Этот номер вызывается по срочной линии, - сказала телефонистка.
– Разговор состоится через десять минут. Мы вам перезвоним.

Телефон висел в будке внутри магазина, и вокруг никаких скамеек. Я молил бога, чтобы кто-нибудь принес стул.

Десять минут тянулись очень медленно. Если быть точным, девять с половиной.

Раздался звонок, и я поднял трубку.

–  Ваш разговор с Англией…

Современное чудо. Нас разделяла половина земного шара, а я разговаривал с инспектором Фростом, будто он сидел в соседней комнате. Одиннадцать тридцать утра в Уэллингтоне, одиннадцать тридцать вечера в Шропшире.

–  Сегодня пришло ваше письмо, сэр, и мы уже начали действовать, - сообщил Фрост.