«…В памяти эта эпоха запечатлелась навсегда»: Письма Ю.К. Терапиано В.Ф. Маркову (1953-1972)
Шрифт:
Насчет “безвозмездности”, — ну что же, пусть будет безвозмездно. Единственно, что я хотел бы получить в качестве гонорара, это 2 авторских экземпляра книги. Кроме того, под рисунком следует набрать: “портрет работы Юрия Анненкова” или “рисунок Юрия Анненкова”. C’est tout…»
Обратите, пожалуйста, внимание на эти пожелания Анненкова: 2 экземпляра и подпись под рисунком [325] .
Вот Вам, на всякий случай, его имя-отчество: Юрий Павлович, и адрес: 31bis, Rue Campagne-Premiere, Paris XIVе.
325
На авантитуле книги Маркова был воспроизведен портрет В. Хлебникова работы Ю.П. Анненкова с автографом автора: «Ю. А. 1916. Куоккала» и подписью от издательства: «Drawing of Velimir Khlebnikov, age 31, by Yuri Annenkov. In the collection of P.Janin, Lyon, France, it is here reproduced for the first time, by permission of the artist» (Markov V. The Longer Poems ofVelimir Khlebnikov. Berkeley; Los Angeles: Univ. of California Press, 1962).
Вдохновившись Вашим примером и получив случайно (в изд<ании> «Библиотеки поэтов», Ленинград) томик Хлебникова, стал писать статью о нем для «Р<усской> м<ысли>».
17 июня буду читать об О. Мандельштаме [326] .
В парижской литературной жизни — все то же.
Шлю Вам сердечный привет.
Ваш Ю. Терапиано
61
21. VI.61
326
17 июня 1961 г. Терапиано выступил с докладом «Осип Мандельштам» на вечере памяти О.Э. Мандельштама, организованном Союзом русских писателей и журналистов в зале РМОЗ.
Дорогой Владимир Федорович,
Рад, что удалось с рисунком. Анненков оказался любезным.
«Воздушные пути» я получил вовремя — к моему докладу об Осипе Мандельштаме 17/VI, который прошел хорошо.
Какая трагедия в «воронежских стихах» О. М<андельштама>!
Я прочел выдержки из Вашего письма И<рине> В<ладимировне> — те, где Вы говорите о Георгии Иванове — она была очень тронута.
Да, для меня тоже Мандельштам перевешивает «на весах» Пастернака — и намного.
Я было (по моей всегдашней отвлеченности) написал о стихах В. Набокова [327] (в рецензии о «В<оздушных> п<утях>» [328] ) то, что думаю, т. е. — очень отрицательно: и ухо плохое — какофония в первом, а во 2 — наглость.
И<рина> В<ладимировна> вовремя схватила за руку (сказал ей об этой рецензии): «Что, хотите иметь второго Корвин-Пиотровского, только более авторитетного, знаменитого и богатого?! Да он… Жоржа чуть не съел за ту рецензию, давно, в “Числах” [329] , когда еще был не так знаменит и богат!!!» — В общем, сознаюсь, отступился от «журнальной драки», т. к. еще раз «разводить опиум чернил слюною бешеной собаки» [330] не хочу, черт с ним! А жаль!
327
Два стихотворения В.В. Набокова — «Минуты есть: “Не может быть”, бормочешь…» и «Какое сделал я дурное дело…» — были опубликованы в № 2 «Воздушных путей» (1961. № 2. С. 184–185).
328
Разбору второго выпуска «Воздушных путей» Терапиано посвятил большую статью в двух номерах газеты: Терапиано Ю. «Воздушные пути». Вып. II // Русская мысль. 1961. 24 июня. № 1699. С. 6–7; 1 июля. № 1702. С. 6–7.
329
Иванов Г.В. Сирин. «Машенька», «Король, дама, валет», «Защита Лужина», «Возвращение Чорба» // Числа. 1930. № 1. С. 233–236.
330
Из эпиграммы А.С. Пушкина «Охотник до журнальной драки…» (1824).
Так нахал и будет торжествовать со своей мраморной рукою! [331]
Видел сегодня во сне Ходасевича — сказал, что у него есть в таком-то стихотворении недостатки, а когда Х<одасевич> спросил какие — не мог объяснить, забыл… сон критика.
Вероятно, скоро получу его стихотворения в издательстве ЦОПЭ.
Удивляет меня, почему К<орвин->П<иотровский> так много «всем-всем» рассказывает о своем роде?
В дворянской среде доброго старого времени много говорить о своих родословных считалось дурным тоном, о происхождении думали, когда нужно было определять сына в Пажеский корпус или выдавать дочь замуж.
331
Речь о последних строчках стихотворения-пародии В.В. Набокова «Какое сделал я дурное дело…» (1959): «Но как забавно, что в конце абзаца, / корректору и веку вопреки, / тень русской ветки будет колебаться / на мраморе моей руки…».
То, что я написал о русской статье, а не о книге по-английски — плод недоразумения. («Стихи прозаиков» В. М<аркова> [332] .)
Постараюсь исправить при случае эту ошибку, т. е. написать и об английской книге — примерно осенью, когда «о статье» Водов забудет и будет считать «новой книгой» английскую.
От Лифтона чека до сих пор нет — видно, «пообещал-пообещал и раздумал». Ах, капиталистическая акула!
А Георгий Иванов как раз к концу дал maximum лучшего, Мандельштам же кое-где все же не тот, в его положении, правда, любой срыв был бы простителен. В новейшей эпохе М<анделыптам> и И<ванов> отделяются от всех, кто может с ними конкурировать.
332
Марков В. Стихи русских прозаиков // Воздушные пути. 1960. № 1. С. 135–178.
Как Ваш новый дом?
У меня в 20 гг. был «Новый дом» — журнал, три первых (и последних) №№ которого нигде не могу найти, а мои экземпляры зачитала Зин. Гиппиус. Желаю Вам всего доброго.
И<рина> Н<иколаевна> и я шлем привет Вашей супруге и Вам.
Ваш Ю. Терапиано
62
15. VII.61
Дорогой Владимир Федорович,
Ю.П. Иваск пишет мне: «непременно пошлите статью о Хлебникове В. Маркову, он собирает все, что появляется о Х<лебникове>».
Хотя статья [333] моя носит газетно-информационный характер, все же исполняю желание Юрия Павловича и посылаю Вам статью — несрочной, «обыкновенной» почтой.
Надеюсь, что у Вас все благополучно, и шлю Вам сердечный привет.
Ваш Ю. Терапиано
63
16. VIII.61
Дорогой Владимир Федорович,
Присланный Вами лифтоновский чек очень сейчас пригодится Ирине Владимировне — она очень благодарит Вас, — просит меня передать ее благодарность Вам потому, что сама сейчас писать не может. (Помнится, Лифтон хотел послать ей чек через меня, так? Но, даже если не так, чек все равно следует отдать И<рине> В<ладимировне> сейчас, она так больна.)
333
Терапиано Ю. О В. Хлебникове // Русская мысль. 1961. 3 июня. № 1960. С. 6–7.
У нас во Франции каникулы — «uber alles!» Доктора все в разъездах, посылают к заменяющим, а заменяющих, в свою очередь, нет — так, вот уже 8 дней, И<рина> В<ладимировна> не может добиться назначенной ей специальной радиографии уха (в обыкновенном кабинете сделать нельзя, нужен специалист). Сегодня поиски будут продолжаться, а с субботы по вчерашний день — праздники, и Париж совсем пуст, — ничего нельзя было сделать.
А у И<рины> В<ладимировны> температура и в обоих ушах скверный процесс, м. б., гной, так что дело может кончиться операцией. Три врача — говорят разное; остановилась она на третьем, ассистенте знаменитости. Он уедет 20/VIII, радио должно быть готово раньше.
И<рина> В<ладимировна> измучена и физически, и морально — грозит потеря слуха — не весело; к тому же каждый визит — 2000 фр<анков>, лекарства — в пропорции…
Друзья приняли меры, собрали здесь и в N. Y. кое-что, но все это тает и тает, т<ак> ч<то> лифтонское подкрепление пришло как раз кстати.
Кто официально должен благодарить Лифтона — я или И<рина> В<ладимировна>, каков адрес, имя-отчество? Очень буду благодарен, если ответите на этот вопрос, т. к. благодарность нельзя откладывать в долгий ящик.
Статью о Хлебникове я писал по советским источникам — и о Крученых и др. воспользовался их данными — значит, «они» переврали кое-что или не знали. Впрочем, деталь о том, когда присоединился Крученых, важна лишь для научной статьи, а не для газетной, но все же я зол на источник.
Мне очень бы хотелось иметь точные данные о тех «новых критиках 30-летней давности», которыми ошеломляет нас Берберова [334] . Я и так удивился (хотя не в курсе новейшей американской критики и американского «нового искусства»): ведь здесь все это давно вчерашний день, т. е. «новое». А Берберова заодно отменила всю русскую поэзию, забыв о том, что у нас «новая поэзия» была раньше, чем у французов, в начале 20-х годов я был свидетелем, как они постепенно открывали наших футуристов, «ничевоков», имажинистов и т. д.
334
В статье «Великий век» (Новый журнал. 1961. № 64. С. 119–140) Берберова не без высокопарности пропагандировала некоторые идеи и взгляды американской «новой критики». 7 июля 1961 г. Г.П. Струве писал об этом Маркову: «Да, статья Берберовой произвела и на меня странное впечатление. Впрочем, дело, мне кажется, объясняется довольно просто: она впервые вдруг познакомилась с англосаксонской “новой критикой” (м. б., из лекций Веллека или бесед с ним — он ведь возглавляет там Отдел сравнительной литературы и славянских литератур), а отчасти и с современной англосаксонской поэзией и, не переварив всех этих свалившихся на нее “откровений”, пустилась делиться ими с читателями (может быть, не без мысли эпатировать их)» (Собрание Жоржа Шерона). Аронсон в рецензии на № 64 «Нового журнала» откликнулся на статью Берберовой восхищенно, чем еще больше удивил Г.П. Струве, написавшего Маркову 8 августа 1961 г.: «Да, Аронсон с Берберовой — это номер; но ему простительно принимать все это за чистую монету, не может он на старости лет изучать англосаксонских “новых критиков”!» (Собрание Жоржа Шерона).